Фиктивная истинная для дракона

– Временно же.
И они уходят.
Временно… и я тоже временная.
В груди появляется странное ощущение. Сердце болезненно сжимается. Это ещё что за новости? Мне ведь совершенно не нравится этот холодный и высокомерный дракон. Просто… просто он выбил меня из колеи своим поцелуем. А особенно словами: «Придётся потерпеть». При воспоминании о том, что произошло совсем недавно, губы начинает покалывать, к щекам приливает кровь. Хорошо, что в этот момент поднимается ветер. Я подставляю ему лицо, чтобы хоть немного охладиться. Не стоит об этом вспоминать. Метки активированы, больше «терпеть» не придётся.
  
Вздыхаю и снова бросаю взгляд на море. Расстояние между «Стремительным» и тремя сторожевиками увеличилось настолько, что их паруса едва видны вдали. Хаос с ней, с этой истинностью и с непонятным поведением дракона, раз это всё спасло меня от самого страшного. Лорд Грейвуд до меня теперь точно не дотянется. А со всем остальным я справлюсь.
Ферон – это тот, кто меня спас. И мне надо как-то научиться с ним ладить.
А то действительно, ошибка за ошибкой, и все с моей стороны. Неудивительно, что он смотрит на меня как на маленького капризного ребёнка.
Хотя… поцелуй… Детей так не целуют. Внизу живота разливается тепло, а колени слабеют. Опираюсь на борт. Надо бы отвлечься от этих мыслей. А как? Это дракону всё нипочём, ясно же, что опыта в таких делах у него хоть отбавляй. А у меня этот поцелуй был первым в жизни. Как-то не так я себе это представляла.
Надеюсь, в Академии мы будем жить отдельно друг от друга. Находиться рядом с этим мужчиной невыносимо. Я всё время на него как-то не так реагирую. Ещё немного, и он решит, что я в него влюбилась. А ему это явно не нужно.
Вот только не мешало бы узнать поподробнее, как именно должны вести себя истинные пары при посторонних? В чём будут заключаться мои обязанности? И часто ли придётся изображать из себя пару?
А ещё, что будет, когда придёт пора убирать фиктивную метку? Все ведь будут долгое время считать нас истинными. А потом р-раз… и выяснится, что мы не истинные. Вдруг всплывёт правда о контрабандном артефакте?
Вот об этом уж точно лучше не думать.
Вздыхаю.
О том не думать, об этом не думать. Внутри смятение. А о чём можно думать?
Выручает Кира.
– О чём загрустила? Уж не о разлуке ли с несостоявшимся женихом?
Кира подмигивает, а я содрогаюсь.
– Ты что?
– Ладно, забудь, неудачная шутка. Я думала ты посмеёшься, а ты побледнела.
Кира берёт меня за руку и дружески её пожимает.
– Прости, я стала не очень чуткой. Наверное, это потому, что я всё время чувствую себя защищённой рядом с Рэем. А ведь были времена, когда я сомневалась, что мы с ним созданы друг для друга. Слишком уж мы были разными. А в итоге я влипала в неприятности.
– Мне вы не кажетесь разными, – осторожно говорю я.
– Ага, – смеётся Кира. – Мне тоже. Мы оба разгильдяи и авантюристы. А всё остальное – ерунда. Может, и ты когда-нибудь поймёшь, что всё, кроме истинности, неважно.
– А я-то тут при чём? Я не дракон.
– В истинных парах далеко не все женщины драконы. – Кира окидывает меня расфокусированным взглядом. – Ты очень странная в хорошем смысле. Аура у тебя необычная. Академия – это именно то, что тебе нужно. Раскроешь свои возможности и обязательно найдёшь своё место в жизни.
– Очень на это надеюсь, – улыбаюсь я в ответ. – До сих пор в магической школе никаких особых способностей во мне не находили.
– В Эртариане найдут. Ты успела позавтракать? А то нас так неожиданно прервали.
– Успела, – торопливо отвечаю я и отворачиваюсь в сторону моря, потому что щёки снова начинают пылать.
Нужно немного отойти от того, что недавно было. Пока что мне сложно представить, как я снова войду в кают-компанию и сяду за стол, на который меня совсем недавно усаживал один дракон.
– Ну тогда, если хочешь, мы можем подняться на мостик. И ты увидишь, с какой скоростью мы обычно летаем. Тем сторожевикам и не снилось.
В голосе Киры звучит гордость.
– Летаете? – удивлённо переспрашиваю я. – Всё, что я знаю о кораблях, – они не плавают, а ходят по воде.
– Ага, – кивает Кира. – Это обычные. А мы летаем, когда Ферон на борту. Он как раз начал разгон.
Я и сама замечаю, что ветер усилился.
– Мне очень интересно, – вырывается у меня. – А это удобно?
– Мы в сторонке постоим, мешать не будем.
Мои опасения, что Ферону не понравится, если я приду посмотреть, что и как он делает, оказываются напрасными. Он меня попросту не замечает.
Ферон стоит на мостике рядом с капитаном, а вокруг него закручивается небольшими смерчами воздух. Смотрю на его красивые пальцы, которыми он создаёт плетения, на гордый красивый профиль и впервые, наверное, чувствую непонятное сожаление. Мне никогда не стать такой свободной, как эти трое драконов. Вот кто по-настоящему управляет миром и своей жизнью.
– Не фокусируй взгляд, – советует Кира.
Я подчиняюсь и начинаю видеть. От смерчей отделяются небольшие сгустки и направляются прямо к полотнищам парусов. Но полностью их связь с руками Ферона не пропадает. Я вижу нити, которые тянутся от его пальцев вслед за сгустками силы к парусам, и через некоторое время начинаю замечать микроскопические движения, которыми он управляет воздушной стихией, каждым порывом и дуновением ветерка.
– Он только начал, – подсказывает Кира. – Настраивает. Правда красиво?
Да, это очень красиво. Я начинаю различать музыку ветра, отдельные ноты и целые аккорды. Сила ветра нарастает. И я чувствую, как увеличивается скорость корабля. Его словно бы приподнимает над водой, и он скользит по самым гребешкам волн под потрясающую магическую симфонию, которую создаёт этот мужчина.
– Вот и попробуй догони нас, если мы этого не захотим, – доносится словно издалека голос Киры.
Я не отвечаю. Я очарована силой, которая исходит от этого дракона.
А дальше день сменяется днём. Я гуляю по палубе иногда с Кирой, иногда одна. Нередко меня сопровождает Шип. Котоёж само очарование. Очень любит, когда его чешут за ушами, и старательно прижимает иголки, чтобы меня не уколоть.
Моряки, которым Дарк успел объяснить, что я не подружка, прихваченная в порту на пару рейсов, а истинная пара дракона, смотрят на меня с уважением. И мне порой неловко, потому что я-то понимаю, что это всё обман.
Самого Ферона я чаще всего вижу именно на мостике. Иногда встречаю его в кают-компании, за обедом или ужином, но у него почти всегда отсутствующий вид. Он отвечает односложно на вопросы Киры или капитана, быстро ест и уходит.
Кира в первый же день «полёта» объяснила мне, что Ферон продолжает «держать ветер» даже в эти моменты.
– Понимаешь, когда скорость набрана, – говорит она, – проще её удерживать, чем заново каждый раз набирать. Когда мы куда-то спешим, Ферон не с нами, он становится частью ветра.
Иногда мой сосед по каюте всё-таки спит. Приходит ненадолго, падает на свою постель, и чаще всего, проснувшись, я уже не обнаруживаю его в каюте.
Но с каждым днём я всё ярче ощущаю те воздушные потоки, которые окутывают корабль и заставляют его нестись вперёд. Я всё отчётливее слышу каждую ноту воздушной симфонии. Порой мне кажется, что я и сама становлюсь частью этих потоков и что они тоже узнают меня.
Что если в Академии у меня получится овладеть не только магией огня, но и научиться управлять хотя бы немного и воздушной стихией?
На четвёртый день впереди на горизонте появляется что-то вроде облака.
– Земля! – доносится крик откуда-то сверху.
  
– Ну вот мы и прибыли, – раздаётся за моей спиной.
И я подпрыгиваю от неожиданности. За эти дни я почти забыла, как звучит голос Ферона.
– А теперь, истинная моя, идём-ка в каюту. Тебе нужно будет запомнить основные правила нашей с тобой жизни.
 
Глава 8. Портурея
 
Лита