Временная жена (ЛП)

Я что-то невнятно мычу. Она права, конечно, но признаваться в этом не хочется. Мой взгляд скользит по ее обнаженному телу, и я довольно вздыхаю, когда она расстегивает лифчик и с лукавой усмешкой позволяет ему упасть.
Я тянусь к ней, но она покачивает головой:
— Руки прочь, — шепчет она. — Просто расслабься и наслаждайся, детка. Мне нужно сказать кое-что, и ты выслушаешь меня. А если сделаешь это, я позволю тебе трахнуть меня так, как тебе захочется.
  
Я недовольно рычу, но убираю руки за голову, подчиняясь. Ее пальцы скользят по молнии моих джинсов, и она смотрит мне в глаза, расстегивая их.
— Помнишь, я говорила, что думала, будто ненавижу тебя? — спрашивает она, обхватывая рукой мой член.
Я стону, раздраженный воспоминанием, но полностью во власти ее прикосновений.
— Конечно, черт возьми, помню.
Она улыбается, стаскивая трусики и устраиваясь сверху, обнаженная. Валентина прикусывает губу, проводя влажной горячей киской по моему члену, дразня.
— Я давно перестала тебя ненавидеть, но не уверена, что до конца бы избавилась от обиды, если бы у меня не было возможности по-настоящему выбрать тебя… без давления, без долгов.
Я снова стону, когда кончик моего члена едва проникает в нее, но она тут же отодвигается. Она продолжает так издеваться надо мной, сводя нас обоих с ума. Каждый раз, когда мой член задевает ее клитор, она тяжело дышит, и это сводит меня с ума. Я не знаю, сколько еще выдержу.
— Если бы твоя бабушка не поступила так, как поступила, я бы никогда не узнала, что ты сделаешь, окажись ты на месте моего отца. Я бы всю жизнь жила с этими иррациональными страхами.
— Черт, детка, — стону я. — Как я могу сосредоточиться на том, что ты говоришь, когда твоя киска течет по моему члену? Как долго ты собираешься меня так мучить?
Она тихо смеется, позволяя головке члена снова скользнуть внутрь.
— Ты бы не стал меня слушать, если бы я не загнала тебя в угол.
— Дразнишься, — шепчу я. — Ты за это поплатишься.
Она смеется, позволяя мне войти еще чуть глубже, но это только сильнее сводит меня с ума.
— Лука, — стонет она, и я усмехаюсь, осознавая, что ей тоже тяжело сосредоточиться, пока она двигает бедрами, позволяя моему члену частично входить в нее и выходить.
— Ты… ты думаешь… если бы… — заикается она, теряя ход мысли.
Я резко подаюсь бедрами вверх, вонзаясь в нее чуть глубже, но она слишком проворна. Валентина бросает на меня укоризненный взгляд, не позволяя мне войти до конца. Эта женщина сведет меня с ума.
— Лука, если бы не все это, ты когда-нибудь был бы уверен, что я с тобой не из-за того, что ты Виндзор?
— Ладно, — стону я. — Ладно, детка. Ты победила. Ты права, хорошо? То, что она сделала, избавило нас обоих от самых больших страхов. Я признаю.
Она довольно улыбается, позволяя мне войти в нее наполовину. Я уже на грани безумия, и да, я окончательно потерял голову от своей жены.
— Еще кое-что, — говорит она, отстраняясь так, что мой член почти выскальзывает из нее. — Пообещай, что простишь свою семью.
Я запускаю руку в волосы, изо всех сил сдерживаясь:
— Я сделаю все, что ты захочешь, детка. Все, что угодно, лишь бы ты была счастлива. Если для этого нужно простить их, значит, так тому и быть.
— Хорошо, — шепчет она, наконец позволяя мне войти до конца. Ее горячая киска жадно сжимается вокруг моего члена, и это ощущение просто нереальное. — Тогда позволь мне сделать тебя счастливым в ответ, Лука. Трахни меня.
Я ухмыляюсь, резко хватаю ее и одним плавным движением переворачиваю нас, почти полностью выходя из нее, прежде чем вонзиться обратно с силой. Она стонет, впиваясь пальцами в мои волосы, пока я, наконец, трахаю ее так, как давно хотел.
— Я же говорил, что ты за это поплатишься, — шепчу я, не сбавляя темпа.
Она улыбается и крепко обвивает ногами мою талию.
— Я на это и рассчитывала, — шепчет она, прижимаясь губами к моим.
Валентина Виндзор. Я абсолютно уверен в нас. Я буду хотеть ее так же сильно, когда мы поседеем и постареем. Это навсегда. Она — навсегда.
Глава 70
Лука
Я держу Валентину за руку, пока мы идем по пляжу, выбирая длинный путь к ресторану, где договорились встретиться с остальными на завтрак. Без сомнений, это один из самых красивых курортов, что принадлежат нашей семье. Все здесь пропитано романтикой, и, честно говоря, в такой обстановке трудно продолжать злиться на свою родню. Мы так редко проводим время вместе, что не хочется тратить его на ссоры, но, конечно, именно это и учла бабушка, затевая эту поездку.
Она та еще лиса, но, возможно, я ошибался в ней. Я всегда думал, что ей плевать на наше счастье, но теперь вижу, что это не так. Она плела свои интриги годами, но делала это ради моего блага. Она старалась выполнить желание моей матери, и, делая это, привела меня к браку с любовью всей моей жизни. Трудно винить ее за это.
— Это Дион? — спрашивает Валентина, указывая вперед. — Почему он идет так далеко позади Фэй?
Я хмурюсь, вглядываясь вдаль.
— Похоже на то, — бормочу я. — Что они делают?
Мы с женой наблюдаем издалека, как Дион постепенно догоняет Фэй. Судя по ее реакции, она не заметила, что он был так близко — она резко оборачивается и едва не роняет телефон.
— Похоже, они ссорятся, — встревоженно произносит Валентина.
До их свадьбы осталось всего несколько недель, а дела у них явно идут неважно. Глядя на напряженную фигуру Диона, я догадываюсь, что она говорила по телефону со своим парнем. Вот дерьмо. Я никогда не видел Диона таким взбешенным, но, наверное, только его будущая жена способна выбить его из колеи.
Валентина ахает, когда Дион вырывает у Фэй телефон и со всей силы запускает его в океан.
— Черт, — бормочу я, а затем не сдерживаюсь и начинаю смеяться. — Черт.
Валентина толкает меня локтем, бросая осуждающий взгляд.
— Ничего смешного, Лука.
Я пожимаю плечами.
— Как раз наоборот. Он вечно твердил, что не хочет на ней жениться, но это поведение совсем не похоже на равнодушие к невесте, да? Дион обычно такой чопорный и невозмутимый, а теперь смотри на него. Фэй разрушит все его стены, и это будет чертовски забавно. Он сам виноват, что так долго держался от нее на расстоянии. Теперь она невольно заставит его расплатиться за свою холодность, и я с удовольствием на это посмотрю.
Валентина качает головой и тянет меня дальше. Дион и Фэй приходят в ресторан раньше нас, и я не удивлен, увидев их сидящими по разные концы длинного стола. Все замолкают, когда мы заходим, а девушки бросают на Валентину виноватые взгляды, явно сожалея о том, что скрыли планы бабушки.
— Вы пришли, — говорит бабушка, поднимаясь со своего места. Она указывает на два стула рядом с собой и улыбается. — Садитесь.
Валентина сжимает мою руку и бросает ободряющий взгляд. Черт возьми. Она права, не так ли? Наш брак стал намного крепче. Теперь все по-настоящему. Между нами больше нет тайн, и, как бы мне это ни не нравилось, за это мы должны поблагодарить мою бабушку.
Я помогаю Валентине сесть, а затем присаживаюсь рядом. Братья поглядывают на меня, большинство из них едва осмеливаются встретиться со мной взглядом. Даже Арес выглядит виноватым. Ублюдки, все до одного.
Валентина кладет руку мне на бедро, и я бросаю на нее взгляд. Она улыбается так мягко, так умоляюще, что я не могу не уступить. Я поворачиваюсь к бабушке и вздыхаю.
— Я не стал меньше злиться, но понимаю, чем ты руководствовалась, — говорю я, переводя взгляд на каждого из своих братьев и сестер. Гнев все еще бурлит во мне. — Я прощу вас, но если кто-то из вас хоть раз коснется моей жены, я уйду и больше не посмотрю в вашу сторону. Можете делать со мной все, что угодно, я к этому привык, — но ее не трогайте. Заставить ее поверить, что она потеряла работу? Это недопустимо, и, так или иначе, я заставлю вас всех заплатить за этот обман.
  
Валентина щипает меня за бедро и выпрямляется.