Жена хранителя теней (СИ)

— Что я мог сделать? Дать опровержение? Так прямо меня ни в чем не обвиняли. Выйти в свет и провести разъяснительную беседу? К тому моменту, как я понял, что происходит, меня уже никуда не приглашали. Кроме замка Хранителя Закона. И, что самое главное, у меня не было времени. Это сейчас затишье, духи только-только пробуждаются. В остальное время года мне не до статеек. Я ведь не просто полирую Зеркало и раздаю приказы. Я отправляюсь вместе с Тенями к морю и…
Он посмотрел на меня и поспешно добавил:
— И совсем ничем не рискую. Кхм.
Я выдавила бледную улыбку и притворилась, что поверила.
— Хороший полководец не лезет в гущу боя, но всегда находится неподалеку, чтобы видеть, что именно происходит, — с чувством произнесла Наставница. — Что ж, будем надеяться, что слухи сыграют в нашу пользу. И что завтра-послезавтра к нашим воротам не придет толпа обывателей, желающих любой ценой спасти бедного-несчастного Странника. Если вы не против, то я уединюсь в своих комнатах. В этих статьях есть что-то, что не дает мне покоя.
— Что-то кроме грязных сплетен? — удивилась я.
— Именно, — кивнула Ринари. — Понять бы только, что именно. Доброй ночи. Не забудьте передать птицу Орину, а то вас потревожат в самый неудобный момент.
Подмигнув, Наставница поднялась на ноги и ушла.
— У тебя веселая наставница, — оценил Дан и добавил: — Давай помогу. Оставим его здесь, а Орин присмотрит. Верно, Орин?
Тень тут же появился и чуть гнусавым голосом произнес:
— Очень жаль Искорку. Но я вспомнил, что у нас, в Сагерте, тоже видели черного Небесного Странника. Никто не верил тому безумцу.
— Давно? — заинтересовалась я.
— Очень давно, — вздохнул Тень. — Я был ребенком, когда эту историю рассказывал дед моего друга. Черный Странник прилетел к ручью и стал водой. И на месте того ручья возникло болото с ядовитыми ягодами. Брусника и клюква выглядели очень аппетитно, они были крупными и ковром устилали мох. Вот только достаточно было одной проклятой ягодки, чтобы отравить весь чан с вареньем или морсом. А люди, зашедшие в сердце болота, никогда не возвращались.
— Черная пуща, — опознал местность Данриэль. — Неприятное место. Пущу тщательно охраняют, потому что противоядие так и не нашли.
— Но разве пуща — это не лес? — удивилась я.
— Вокруг болота вырос труднопроходимый густой лес, — кивнул Дан. — Там все ядовитое: и трава, и цветы, и ягоды. Удивительно красивое и опасное место. И живности нет никакой, даже насекомых. Только растения.
— Жуть, — передернулась я.
Оставив Проглота под присмотром Орина, мы ушли в нашу спальню.
— Все-таки Небесные Странники очень непростые создания, — со вздохом произнесла я, когда Дан вышел из купальни.
— Согласен. Помочь с волосами?
Неуверенно улыбнувшись, я кивнула. Дан зашел мне за спину и принялся аккуратно разбирать пряди. Помощь мужа была скорее незатейливой лаской, чем попыткой заплести мои волосы в свободную ночную косу.
— Можешь сесть? — Я кивнула на постель.
— Да, — коротко ответил Дан.
Наскоро заплетя косу, я устроилась рядом с мужем.
— Я могу коснуться тебя?
— Да, — так же ровно и спокойно произнес он.
Подняв руку, я осторожно, едва касаясь, провела пальцами вдоль линии скулы. Огладила все еще горящую метку Теней и соскользнула подушечками пальцев на подбородок. Идеально гладкий, как будто Дан и думать забыл о своей бороде.
Осмелев, я подалась вперед и коснулась губами его виска. Там заполошно билась жилка, и не успела я подивиться этому, как оказалась на постели, а сверху нависал Дан.
— Ты сводишь меня с ума, — жарко выдохнул он. — Такая нежная, чистая, невинная. Такая моя.
От его горячечного шепота во мне что-то перевернулось, откликнулось на его слова, и я, не позволяя себе задуматься, сама обняла Дана. Обняла и притянула к себе, целуя в уголок губ. Ответом мне стал тихий вздох и жадный, исступленный поцелуй.
— Ты…
Рядом с нами, практически впритирку, полыхнуло золотое пламя, и на постель шмякнулся Проглот. Радостно курлыкнув, он втиснулся между мной и Даном, а после… А после вновь засунул голову под крыло и тихо засопел.
 
— Что ж, — кашлянул Хранитель Теней. — Что ж, доброй ночи.
Он ласково коснулся губами моего лба и лег рядом, набрасывая на нас троих одеяло.
— Сильный мужчина здесь ты, а не я, — возмутилась я и спихнула на него Проглота.
— Сильный мужчина здесь я, — согласился Дан и добавил: — А еще терпеливый, да.
— Доброй ночи, — шепнула я и взмахом руки погасила свет.
После чего коснулась кончиками пальцев губ. После поцелуя они стали такими чувствительными…
«Стоит признать, что чувство момента у Небесного Странника не самое лучшее, — подумала я и прикрыла глаза. — Ничего, когда-нибудь он повзрослеет».
Глава 13 
Проснулась я в одиночестве. Ну, почти в одиночестве: Дан ушел, оставив мне карминно-красную розу на подушке. Зато Проглот остался и очень оценил подарок моего мужа. Ибо проснулась я под хруст трагически погибшего цветка. Как выяснилось, птица Антариус абсолютно всеядна.
— И даже колючки тебе не помешали, — вздохнула я и подобрала с подушки один уцелевший лепесток. — Вот ведь Проглот.
Птиц забавно курлыкнул и подсунул голову мне под руку. Гладь, мол.
— То ли птица, то ли кошка с крыльями, — проворчала я и покорно погладила гладкие перья.
Отпихнув от себя Проглота, который попытался забраться ко мне на колени, я ушла в ванную. А вернувшись, столкнулась с Роной, которая, со всем возможным пиететом, пыталась защитить мое платье от коварной птицы.
— Кажется, ему нравится вышивка, — со смущенной улыбкой произнесла служанка. — Лорейн пошила для вас домашнее платье.
«Домашнее платье из иренмарского шелка», — пронеслось у меня в голове.
Село платье просто идеально. Серебристый лиф, розовый подол и вышивка из нитей тех же цветов. На розовом — серебро, а на серебре, соответственно, розовый цвет.
— Позволите собрать вам узел?
На мгновение я запуталась: какой узел? А после, поняв, покачала головой:
— Предпочитаю косу. Все-таки я дома, не хочу мучиться.
Рона просияла:
— Значит, я не зря велела Лорейн сделать ленты для волос в тон к каждому платью.
Кивнув, я поблагодарила Рону за смекалку и присела, чтобы ей было удобней заплести мне волосы. Через несколько минут я была готова и передала курлыкающего Проглота в руки Орина. Птиц тут же забрался на плечо Тени и уложил голову ему на макушку. Зрелище вышло презабавнейшее. Даже жаль, что Тени скрывают лица: мне почему-то кажется, что на лице Орина должна быть широкая блаженная улыбка.
Завтракали мы в одиночестве: Данриэль все еще проверял силки.
— Хранитель Теней вернется к обеду, — пояснил Орин и занял стратегически важное место у птичьего подушечного трона.
— Спасибо, — кивнула я. — Ринари, ты какая-то напряженная.
Наставница дернула плечом и, отставив в сторону тарелку, отрывисто произнесла:
— Ночью доставили свежие газеты. Орин, ты можешь как-то вызвать Хранителя Теней в замок?
— Так силки же проверить надо, — растерялся Тень. — Что важного в газетах?
— Так можешь или нет? — нахмурилась Ринари.
— Сейчас сделаю, — что-то в тоне моей Наставницы заставило Орина серьезней отнестись к ее просьбе.
Тень исчез, а на его месте тут же появился другой, незнакомый мне боец. Он коротко поклонился и придвинулся к птичьему трону чуть ближе.
— Нас объявили вне закона? — со смешком поинтересовалась я.
Вот только острый взгляд, которым наградила меня Ринари, сбил все веселье.
— Что случилось?
— Дождемся твоего мужа, — покачала головой Наставница. — Не хочу говорить об этом здесь и сейчас.
 
Присмотревшись к ней, я заметила, что под глазами Ринари залегли тени. Неужели она не спала всю ночь? Ох, Мать-Магия, да у Ринари дрожат руки!
Дана мы ждали почти полчаса, и все это время тишину, повисшую в столовой, разбавляло лишь курлыканье поглощавшего пищу Проглота.