Извращенная гордость

Я последовала за ним через длинный петляющий коридор.
– Кстати, я Адамо, – представился он.
– Серафина. – Я бросила на него взгляд.
– Знаю.
– Наверняка все Фальконе принимали участие в моем похищении, – пробормотала я.
Он свел брови, но ничего не ответил. Но в его глазах было нечто вроде стыда и неодобрения.
Через несколько минут мы спустились в нижнюю часть дома, в какую-то комнату вроде игровой, с баром, диванами, телевизором и боксерским рингом. На полу в пыли и кусках штукатурки валялась боксерская груша, и Римо стоял над ней с таким выражением лица, словно груша оскорбляла его взор. Он тоже был в бойцовских шортах. И только в них.
  
Вдруг в моей памяти пронесся образ Римо, который принимал вместе со мной душ, совершенно обнаженный. Я мало что помню о тех часах, да и о последующих тоже, и сейчас мой взгляд скользил по его мышцам, множественным шрамам, которые указывали на его жестокое прошлое и настоящее. Каждый дюйм тела Римо излучал опасность. Его габариты, мускулы, шрамы, но больше всего – его глаза.
Он посмотрел на меня, и мне, как всегда, было тяжело выдержать его взгляд. В присутствии Римо люди чувствовали себя как ягнята в стае волков. Первым желанием было отвести взгляд, потому что весь его вид выражал требование к подчинению.
Адамо плюхнулся на диван и взял джойстик. На кофейном столике возле него лежала пушка.
Римо подошел к нему.
– Адамо, – громко сказал он, указывая на пистолет. Вот черт.
Тот ахнул и положил пушку себе под ногу.
– Я даже не знаю, как ею пользоваться, – солгала я.
– Ты хорошо врешь, – мрачно усмехнулся Римо.
Кожа его была покрыта испариной, словно он не удосужился принять душ после тренировки.
– Зачем ты меня позвал? Решил преподать мне еще один сеанс пытки?
Римо взглянул на мою рану и выражение его лица стало тверже.
– На кухне есть еда и кое-что из напитков, но если ты предпочитаешь что-то покрепче, угощайся, – он кивнул в сторону бара, заставленного початыми бутылками скотча, бурбона, виски, джинаq и всего прочего.
Естественно, я не собиралась напиваться, будучи в плену у Каморры.
– Мне позволят ходить по дому? – спросила я.
Римо усмехнулся:
– Не думаю, что мы уже достигли такого уровня взаимного доверия.
– Мы никогда не достигнем никакого уровня доверия, Римо.
За моей спиной раздались шаги, и я полуобернулась, чтобы все равно держать Римо в поле зрения. Он понял это, и приподнял уголки губ.
В своей высокомерной развязной манере в комнату вошел Савио.
– Я привел того, кто повесит грушу обратно.
– Ты ходил где-то четыре часа. – Римо отвел от меня взгляд и посмотрел на брата.
– Мне нужно было еще кое-что сделать, – пожал он плечами.
Римо неодобрительно помотал головой.
– Однажды ты меня окончательно выбесишь.
Савио, кажется, не сильно обеспокоился, хотя я сомневалась, что он был так же безэмоционален, как Нино. Просто Савио знал, что ему нечего бояться, когда дело касается угроз старшего брата. Меня это удивило, и я решила обдумать это позже.
– Раз уж ты здесь, присмотри за нашей гостьей, пока она будет есть в кухне. Я приму душ и сменю тебя.
– Я не гостья, – усмехнулась я, – а пленница.
– Одно и то же, – ответил Римо.
Возможно, но лишь в его воспаленном мозгу.
– Я тоже мог бы за ней присмотреть, – предложил Адамо.
Савио и Римо обменялись взглядами. Они то ли беспокоились за младшего брата, то ли думали, что он поможет мне сбежать. Очень интересно.
Римо прищурился и прошел мимо меня, задев мою руку своей, и я инстинктивно отшатнулась.
– Пойдем, – приказал Савио.
Я пристально посмотрела на Адамо, который с неодобрением провожал взглядом удаляющуюся фигуру брата. Кажется, я нашла одно слабое звено в их семье.
Вслед за Савио я поднялась на первый этаж дома и прошла в огромную кухню.
Он указал на кастрюлю на плите. Я подняла крышку. Внутри оказался оранжевый суп.
– Что это?
– Откуда мне знать? – протянул Савио, усаживаясь на стоящий у кухонного стола стул. – Наверное, что-то без мяса. Киара вегетарианка.
Я нахмурилась, стараясь различить хоть какие-то эмоции в его голосе. Кажется, я уловила нотки заботы в том, как он произнес ее имя. Повернувшись к плите, я принюхалась.
– Тыквенный суп, – констатировала я.
Савио пожал плечами.
– Я тоже буду.
Я уставилась на этого высокомерного ублюдка. Он что, думает, я подам ему обед?
– Почему бы тебе не поднять свою ленивую задницу и не налить суп самому?
Он и правда встал и приблизился ко мне. Он поставил руки на плиту, прижав меня к ней.
– Я не Римо, – тихо произнес он, – но я – Фальконе, и я люблю, когда льется кровь. Так что следи за своим языком.
Я ничего не ответила. Савио был по-своему жутким. Суп начал закипать, и Савио наконец отошел и повернулся ко мне спиной. Я открыла шкафчик в поисках половника, и тут у меня созрел план. Нино нигде не было видно. Римо был наверху, принимал душ. Только Адамо еще оставался в комнате внизу, и должно быть, здесь был работник, вешавший грушу. Но работник, зная законы Лас-Вегаса, вряд ли придет мне на помощь. Так что теперь мне представилась отличная возможность.
Я схватила тяжелую кастрюлю за ручки и развернулась, чтобы улучить момент, но Савио вдруг резко обернулся. Я швырнула кастрюлю с кипящим супом прямо в него. Он удивительно ловко увернулся и от кастрюли, и от ее содержимого. Лишь немного оранжевых брызг попало на него. Я попыталась пробежать мимо, но он схватил меня за запястье и с приводящим в бешенство высокомерным видом скрутил. Я ударилась бедрами о край стола и локтями о столешницу – и осталась стоять, нагнувшись, с неприлично выставленным задом.
– Мне нравится, как в этой позиции выглядит твой зад, – прокомментировал Савио.
– Только если ты просто смотришь и не трогаешь, – предупредил Римо.
Я повернулась.
Он стоял в дверях и оглядывал устроенный беспорядок.
– Что за хрень здесь происходит?
Савио поморщился, оглядывая майку, и потом, нахмурившись, посмотрел на меня.
– Эта дрянь решила сварить меня заживо.
Я распрямилась, пытаясь не показывать, что боюсь наказания за нападение, но Римо только рассмеялся. Раскатистый смех, от которого у меня по коже пробежали мурашки.
– Хорошо, что тебе это кажется смешным, – пробормотал Савио. – С меня хватит. В следующий раз, когда ты будешь занят, пожалуйста, проси об одолжении Нино.
Он медленно вышел из кухни, ни разу не обернувшись.
– Прибери здесь, – приказал Римо, кивнув на пол. Его голос был уже не таким веселым.
Я не сдвинулась с места.
Римо обошел оранжевое озеро супа на полу и, встав прямо передо мной, взял за подбородок.
– Позволь дать тебе совет, Ангел. Получше выбирай время для драки, – промурлыкал он угрожающе. – И ты помоешь пол. Мне насрать, что твои белые благородные ручки замараются тяжелой работой.
Я опустила взгляд, уж слишком жестко Римо смотрел на меня.
– Где швабра?
Римо повернулся к двери.
– Я приду ровно через две минуты, а ты будешь стоять на месте и не сдвинешься ни на один гребаный миллиметр. Поняла?
Я сжала губы – маленький жест неповиновения, хотя Римо и так знал, что я его послушаюсь. Немногие рискнули бы противостоять Римо в такой момент, хотя я надеялась, что однажды окажусь среди этих избранных.
Римо
Я подошел к шкафу с хозяйственными принадлежностями. Савио стоял, опершись о барную стойку; он лечил свое уязвленное эго стаканом с крепкой выпивкой.
– В следующий раз тебе стоит быть более внимательным.
– Из нас двоих, – он удивленно посмотрел на меня, – это тебе надо быть более осмотрительным. Она твоя женщина, не моя. Однажды она попытается и тебе обварить член.
  
– Я контролирую Серафину. Так что не волнуйся.
Я взял швабру и ведро и вернулся на кухню. Серафина стояла ровно на том же месте, где я ее оставил. Она хмуро смотрела на пол.