Ведьмы Алистера (СИ)

Девушка сняла одну из своих серёжек и заменила её той, что держала в руке. Свою же серьгу Марта убрала в карман брюк.
Затем, открыв шкатулку, проверила, все ли тувроты — четыре розовых кристалла кварца — на месте. Убедившись, что всё в порядке, Марта захлопнула шкатулку и поспешила в подвал. Нельзя было терять ни минуты — мало ли что могло взбрести в голову человеку, который охотится за ведьмами с кошачьей шерстью наперевес.
Марта сознательно игнорировала упомянутый мужчиной арбалет. Ведь, в отличие от шерсти, оружие не делало охотника хоть немного безопаснее в её глазах.
Вернувшись в подвал, она застала своего пленника сидящим за столом и поедающим яичницу с сосисками, которую она принесла до этого. Он ел с такой невероятной жадностью, запихивая в себя еду, даже не удосуживаясь жевать, что сразу становилось понятно, насколько он был голоден.
Воспользовавшись его отвлечённостью, Марта принялась расставлять кристаллы. Она разгребла завалы мусора в одном из углов подвала и поставила там южный — самый маленький — туврот. Затем пошла строго по диагонали к противоположному углу, к счастью, свободному, и поставила северный туврот. Первые две точки заняли свои места. Теперь можно замыкать клетку.
Марта поспешила к западному углу, пока Коул ещё не заметил её странных манипуляций. Как только западный кристалл встал на своё место, появились две бледно-розовые едва различимые стены. Коул, конечно же, не мог увидеть этого почти неуловимого свечения его новой тюрьмы. В этом и была вся прелесть магии Артефактов: легка в применении и не требует платы, ведь за неё уже кто-то однажды заплатил.
Хотя «прелесть» тут сомнительная. Принцип действия тувротов Марта усвоила один раз и навсегда, интуитивно считав его с маминых действий, когда та заперла с помощью них саму девушку. Это случилось ещё в школьные годы, когда Марта случайно воспользовалась магией, разозлившись на учителя и опрокинув ему на голову ведро воды. Мама тогда использовала тувроты для своеобразного наказания, чтобы показать, насколько опасной может быть магия и почему к ней лучше не прибегать, после того как искупала дочку в ванной. Марта тогда сильно испугалась и разозлилась на собственные способности: если бы их не было — ничего бы не произошло.
— Что ты делаешь? — спросил Коул, когда Марта подошла к последнему углу рядом с ним и поставила восточный туврот, возводя ещё две стены. Клетка была готова. Идеальная темница, в которую без ключа не войти и из которой тем более не выйти.
— А ты как думаешь? — не без толики самодовольства вопросом на вопрос ответила Марта. — Запираю тебя здесь самым надёжным способом.
Она подошла к лестнице и села на холодные каменные ступени. Теперь они были самым безопасным местом, находясь за границей стен, которые не являлись препятствием для Марты. Девушка вытянула ноги и скрестила их, наблюдая за тем, как в месте, где её ноги проходили сквозь прозрачную светящуюся стену, образовывалась маленькая прореха.
— Артефакты, — понимание отразилось на лице Коула. Он отложил вилку и посмотрел Марте прямо в глаза. Как ни странно, но этот взгляд не особо пугал её. Теперь он был зверем в клетке, которого бояться было бессмысленно — он всё равно ничего не смог бы сделать.
— Бинго, — протянула Марта, ощущая, как самодовольная усмешка появляется на её губах.
Она разрешила себе ощутить маленькую радость, чувство триумфа, хотя и осознавала, что он сам позволил ей себя запереть. Коул не выглядел глупцом — за исключением кошачьей шерсти — и, задайся целью, смог бы её остановить, не дав возвести тувроты. Но он не сделал ничего. И, к немалому удивлению, он не разозлился на её слова или действия. В его глазах была спокойная отрешённость; он выглядел уставшим и по-настоящему изнурённым. Возможно, у него просто не было сил сопротивляться происходящему, и он решил плыть по течению. Во всяком случае, Марта думала именно так.
— Где твой отец? — спросил Коул, не отрывая от неё взгляда. — Ты его убила?
Самодовольная улыбка сползла с лица Марты, а глаза округлились от шока. Она была настолько поражена этим предположением, что даже на секунду потеряла дар речи.
 
— Чего? — возмущённо воскликнула она. — С чего бы мне заниматься подобным?
— Ведьмы — порождения дьявола, — серьёзно произнёс Коул, слегка кивая в такт своим словам. — Бедный мужчина… Его жизнь была так тяжела: он провёл её во лжи, околдованный ведьмой…
— Это он тебе сказал? — Марта ощутила, как внутри зарождается нехорошее чувство.
— Не нужно быть гением, чтобы понять муки человека, вынужденного жить с ведьмами, — начал было пленник, но Марта перебила его:
— Моя мать даже не была ведьмой! Всё, что она могла, так это изготавливать кристаллы, способные определять магическое присутствие. Во всём остальном она была обычным человеком, — Марта испытывала крайне сильную потребность сказать это, очистить имя матери. И удивление, отразившееся в глазах Коула, стало достойной наградой. — Можешь и дальше строить теории о жизни других людей, вот только пока в них нет и доли истины. Странный из тебя охотник на ведьм! Начинает казаться, что вся ваша организация — лишь кучка ни на что не годных фанатиков, которые дальше собственного носа ничего не видят.
Его глаза заблестели от гнева.
— Не смей так говорить.
— А что, ты единственная паршивая овца в семье? — усмехнулась Марта, вставая на ноги.
— Можешь оскорблять меня, сколько хочешь, но не смей так отзываться о моих братьях, — сурово процедил Коул.
— Ведро там, — проигнорировав слова пленника, Марта пальцем показала на старое железное ведро в углу подвала. — А я ухожу.
Коул ничего не сказал. И даже не попытался её остановить. Марта поднялась по лестнице и на всякий случай закрыла подвал на ключ. Конечно, тувроты были вещью отличной, вот только не хотелось бы, чтобы Мегги случайно забрела в подвал, поэтому Марта решила на всякий случай спрятать ключ в своей комнате.
Куда разумнее было бы вообще отправить сестру к бабушке до того времени, пока не решится вопрос с Коулом. Нужно было каким-то образом избавиться от него, но убийство в планы Марты не входило. А других вариантов у неё на данный момент не было.
Марта написала бабушке, что вновь заперла пленника в подвале. Получив ответное сообщение о том, что бабушка с сестрой всё ещё в больнице и что с Мегги всё в порядке, Марта решила посетить одно не самое приятное заведение.
Нацепив осенние сапоги и закутавшись в пальто, она обмотала вокруг шеи мягкий вязаный шарф и вышла из дома.
Расположенная практически в центре города на небольшой площади «Ведьмина обитель» не всегда являлась таковой. Несколько лет назад это была старая деревянная католическая церковь с небольшим приходом. Но затем церковь неожиданно получила огромную материальную помощь от неизвестного спонсора. Настолько огромную, что смогла позволить себе возвести новое здание где-то на окраине. Марта хорошо помнила, какие слухи тогда ходили: она как раз вела уроки в выпускном классе, и все школьники только и делали, что перешёптывались о переезде церкви и о том, сколько денег пастор успел прикарманить из бюджета. Слухи ходили несколько месяцев, пока в один день просто не оборвались, сменившись другими.
Причиной новых слухов стало появление в городе Кеторин Чубоски. Чужачка выкупила пустующее здание старой церкви и заменила крест на неоновую вывеску «Ведьмина обитель». Возмущению прихода не было предела: они даже писали петицию в городскую ратушу и выходили с протестными плакатами, часами восседая на площади вокруг церкви.
Но всё было без толку. Старая церковь стала чем-то вроде бара-ночлежки, где мнимая ведьма Кеторин Чубоски принимала своих гостей.
Вот только на самом деле не такая уж и мнимая. Кеторин Чубоски была очень даже настоящей ведьмой, умело прячущейся под личиной шарлатанки, с каждым днём обрастая всё бόльшим количеством слухов. Кто-то говорил, что она была послана самим дьяволом, чтобы свести город в пучины ада; кто-то отмахивался от неё, не принимая всерьёз; были и последователи и завсегдатаи «Ведьминой обители», которые любили Кеторин и поклонялись ей; кто-то называл её знахаркой и лекаркой, а кто-то даже пытался поджечь старую церковь, обозлённый не сработавшим приворотным зельем.