Собери себя сам 2 (СИ)

Отлично, уже и с двумя за раз справляюсь. И это при том, что тело моё сильнее не стало. «Скил вырос», — подсказала память.
Из-за угла показалось лицо Рэтчет.
…
Стоп, а где награда за второго?
Вместо ответа его тело засветилось красным.
— Рэтчет, назад! — крикнул я, а сам отскочил в противоположную сторону и врубил оболочку.
Громыхнул взрыв, меня откинуло далеко назад. Но в этот раз я не стоял в упор, так что особо не пострадал, а оболочка сожрала всего 14 ед. маны.
  
Получено 40 ФМХ.
Взрыв разнёс ближайшие верстаки, освободив метров пять пространства. А самое печальное, что он полностью уничтожил тело чистильщика. И первого тоже, т. к. лежал он аккурат под вторым.
— Ты там живая⁈ — крикнул я.
— Да! Только уши малость заложило! — отозвалась Рэтчет.
Она зашла в проход, подошла ко мне и встала над обломками.
— Значит, правду солдаты говорили: завод снова начал производить камикадзе.
— И эта функция может быть у любого вида, не только у гусей, — добавил я.
— Ага.
— А есть вообще какие-нибудь способы заранее узнать, есть в механоиде функция самоуничтожения или нет?
— Не-а, — покачала Рэтчет головой. — Мастер Джервис и другие механики много над этим голову ломали, но так ничего и не придумали.
— Значит, придётся всегда быть настороже.
В этом цеху обнаружилось ещё несколько чистильщиков. И по мере того, как я изучал их повадки, победа давалась всё легче и легче. Например, я заметил, что перед «рывком» они всегда принимали особую позу. Если заранее отпрыгнуть в сторону, то чистильщик пролетал мимо, а там уже я влетал в него своим рывком и уничтожал. Итого было убито шесть особей, и каждую из них я скурпулёзно разобрал на запчасти.
— Круто, что ты их вот так можешь отсоединять, — произнесла Рэтчет. — Ты их потом в деревне продашь?
— Нет, с чего бы? — ответил я. — Оставлю себе.
— Тебе за них хорошо заплатят!
Я усмехнулся:
— Заплатят чем? Фрагментами? Так у меня их скоро под тысячу будет.
— Бууу, — плаксиво протянула она, посмотрев на меня жалобным взглядом.
— Если наберу их слишком много, может, продам излишки, — сдался я. Девушка сразу просияла.
В следующем помещении нас ждала ловушка. Изначально оно выглядело, как просто широкий коридор. Но когда мы прошли примерно треть, обе боковые стены уехали в пол, открыв скрытые ниши, в которых прятались… десять штук турелей!
— Маскировка! — крикнул я Рэтчет, а сам перебежал в другую сторону.
Всё внимание турелей обратилось ко мне, и в меня полетел шквал снарядов. Начался настоящий Вьетнам (так это назвала память). По скорострельности их орудия были, как узи дронов, а по мощности — как пушки гусей. Мне пришлось носиться по залу, уклоняясь от пуль и читая логи о том, как оболочка поглотила очередной урон и во сколько маны это обошлось. Подбежал к правой стене, сломал пушки у двух турелей, но сразу словил пару очередей в спину.
Урон поглощён, потрачено 46 МП.
Путём экспериментов я смог нащупать безопасное место — под потолком ровно посередине коридора. Там и у левых, и у правых турелей была слепая зона, т. к. их пушки не поднимались так высоко.
Но это была лишь временная мера, чтобы перевести дух. Я пробовал стрелять оттуда магией, но её мощности не хватало, чтобы повредить крепкий металл. Чтобы разбить одну турель, ушло шесть выстрелов. Плюс мои крылья были рассчитаны на полёты, а не на то, чтобы висеть на одном месте. В общем, всё вело к тому, что надо спускаться и разносить турели в ближнем бою.
Я бегал от одной к другой, кромсая их когтями и читая уведомления о поглощённом уроне и потраченной мане. Восьмая… Девятая… Я подбежал к десятой, отогнул её ствол и несколько раз полоснул по корпусу.
Получено 30 ФМХ.
— Опасное место этот завод, произнёс я.
— Ага, я слышала от солдат, что на втором этаже бывают ловушки, — сказала Рэтчет.
— И почему я узнаю об этом только сейчас?
— Ой! Прости, я сама на завод никогда не ходила, поэтому волнуюсь и постоянно о чём-нибудь забываю.
Да я и не злюсь. Давно усвоил простой урок: нужно полагаться на себя, а не искать, на кого свалить вину за неудачи. Пройти завод — это моя задача. А Рэтчет и её знания — это так, приятный бонус.
Из хороших новостей — пушки турелей считались отсоединяемыми конечностями, а значит, в теории я смогу присобачить их себе вместо рук. Поражающая сила у них всяко выше, чем у моей боевой магии. Правда, большинство пушек я сам уничтожил, и собрать целыми удалось всего три.
Ну а плохая новость: всё это мне даром не сдалось. Ни орудия, которые ничуть не мощнее драконьих лап, ни фрагменты, которые даже не на что потратить. Магазин, где же ты?
Следующий бой проходил в цеху. Сначала на меня выехали гуси, но не успел я расслабиться, как у дальней стены раздались тяжёлые шаги. Оттуда шло что-то очень крупное. Из-за поворота вырулил боевой мех и наставил на меня орудия. По спине пробежал холодный пот, но потом я понял, что это не Тартарос. Этот мех был меньше, имел другой дизайн и светло-серую расцветку, да и в целом был… не таким устрашающим, что ли.
Правая пушка меха стреляла тяжёлыми разрывными снарядами, а левая — пулемётом, примерно таким же, как у турелей. Когда я забегал за препятствия, он выпускал по параболе миномётный снаряд, который взрывался, разнося ближайшие верстаки.
В целом избегать его атак было несложно, но когда я подобрался к меху и несколько раз полоснул его когтями, стало ясно, что его главная сила — в защите. Корпус меха был покрыт толстой металлической обшивкой. Я мог максимум оставить в ней глубокие борозды, но до внутренних механизмов мне так не добраться.
Вспоминались мои битвы с драконами, которых тоже не впечатлял мой урон. Вот только этот мех не открывал рта, и ему некуда было вставить игрушечный дом, чтобы разорвать изнутри.
Вдруг тело меха загудело и заискрилось. Я предусмотрительно отскочил назад, и он изверг во все стороны электрические разряды. Амперов там явно немало, и если бы я остался рядом, мог бы превратиться в уголёк. Я ведь даже не знаю, как у драконьей чешуи обстоят дела с защитой от электричества.
Спину обожгли две пули. Ещё и гуси эти мешаются… Я подбежал к ближайшему и уничтожил его серией ударов. Тело механоида засветилось красным. Очередной камикадзе. Я отпрыгнул в сторону, мех взорвался, взрывная волна отбросила меня за верстак. И мне пришла в голову идея.
Я начал бегать по залу и уничтожать всех гусей. Первый… нет. Второй… нет. Третий… Отлично, красный свет! Я схватил его за зазор в обшивке, напряг мускулы и швырнул прямо в меха. БАБАХ! Взрывом меха разнесло на части, остатки корпуса грохнулись на пол.
Получено 20 ФМХ.
Получено 80 ФМХ.
Первое за гуся, второе за меха. Но не успел я порадоваться, как в зал вошли ещё двое… Но теперь я знаю рабочую тактику. Я бегал, уклонялся от выстрелов тяжёлой артиллерии и уничтожал гусей, которых становилось всё больше.
Один раз мех промахнулся и попал в гуся, отбросив его к ленте-транспортёру. И именно этот гусь оказался камикадзе! Блин, между нами метров пять, успею ли добежать?
Я решил рискнуть, подскочил к нему, схватил левой рукой и швырнул. БАБАХ! Всё же я не успел, и мех взорвался слишком близко. В меня ударила взрывная волна, по телу пронеслась волна боли. Но особенно сильна боль была в области левой руки. Глянув туда, я увидел лишь окровавленную культю. Оторвало взрывом… Реген такое не залечит, а ближайший магазин на другом этаже.
  
Решение пришло быстро — пора опробовать новую функцию моего тела. Первым делом я мысленным приказом отсоединил руку. Она отвалилась у самого плеча, как раз в месте стыка плоти и металла. В том месте остались торчать несколько игл — видимо, они отвечали за соединение механики и органики.