Ошибка сценария
Сергей мгновенно понял, что не успеет перехватить ствол и метнулся к открытой двери. По старой привычке он согнулся пополам, готовый к низкому старту на очередную дистанцию, и это движение уберегло его от перелома основания черепа, потому что кулак «папуаса» ударил не в затылок, а в плечо.
Дикая боль в лопатке мгновенно перекрыла боль в запястье. Взвыв дурным голосом, программист Нерон вылетел на лестницу, как ошпаренный кот. Не успел он ссыпаться по первому лестничному маршу, как сзади затопала погоня: шлепанье босых ног говорило о крайней неприхотливости любителя глубокого макияжа, а топот ног обутых предостерегал, что преследователей несколько.
Вписываясь в поворот, Сергей схватил с подоконника толстый рекламный журнал и не глядя швырнул за спину. Увы, эффекта этот трюк не произвел. Никто не залег. То ли бандиты поумнели, то ли толстый «Оптовик», зашуршавший тонкими страницами мало напоминал гранату. А может быть, история с брошенной книжкой не вполне соответствовала действительности.
Возможность обдумать последнюю версию представилась программисту буквально через несколько секунд, когда его уже поднимали за волосы с пола и волокли обратно в квартиру, поддавая под ребра тяжелым кулаком и приговаривая что-то поучительно-ругательное.
Сопротивляться не имело смысла. Нерон позволил втащить (крайне непочтительно) себя в квартиру без номера на двери и бросить на пол. Из каких-то неумных побуждений программист попытался приподняться и тотчас получил удар в лицо, опрокинувший его на спину.
— Лежи, урод! — объяснил задачу Витек.
Сергей лег на пол, благо застеленный ковролином. Левый глаз стремительно заплывал, но в целом, можно было сносно обозревать и комнату и севшего в кресло сутенера.
— Ну, давай разговоры разговаривать, — предложил Витек, откидывая барабан револьвера и с интересом заглядывая внутрь. — Зачем пришел?
— Я хотел найти Галину, — врать не имело смысла, тем более что ответ выглядел довольно безобидно. Ситуация была бы и вовсе невинной, если бы не пистолет и небольшая спартакиада на лестнице.
— Понятно. Ты не ожидал нас тут встретить, — кивнул сутенер, защелкивая затвор. — Тогда спрошу тебя о другом. На кого ты работаешь?
— На Илью, — говорить правду всегда приятно.
Витек скривился.
— Не точи мне оглоблю, лады? На кого ты работаешь на самом деле?
— Не понимаю.
Сергей осторожно обозревал окрестности в поисках возможности спасения. Понятно, что никакого другого оружия на видном месте тут не валяется. Так же ничего путного не лежит в шкафах и ящиках. Однако, необходимо как-то выкручиваться, потому как правдивые ответы сидящую над ним сволочь явно не устраивают. Заведомо глупо хвататься за тяжелые предметы, поскольку револьвер в руках бандита не оставляет шансов.
— Мне спешить некуда, — сообщил Витек, снова заглядывая в барабан. На сей раз он вытащил один патрон и придирчиво осмотрел, словно ожидая увидеть на нем монограмму. — Но терять с тобой весь день мне в падлу. Спрошу конкретнее. Откуда ты узнал про журналиста?
Сергей почувствовал себя скверно. Вряд ли правдивый ответ на этот вопрос понравится сутенеру. Соврать? Что соврать, программист даже не представлял.
— Пока ты думаешь над этим вопросом, я задам тебе более важный. Откуда ты узнал, что мы готовим на Кудринской? — он достал второй патрон и начал крутить латунные цилиндры между пальцев. — Число людей, которые знали об этих эпизодах весьма ограничено. Почти до нуля. Так что мне крайне важно знать, кто тебя проинформировал или какую хитрую электронику ты использовал. Илья на тебя прямо молится. Говорит, что ты гений по компьютерам. Так что?
Сергей продолжал молчать, взвешивая все «за» и «против».
— Поршев, — сказал он, закончив взвешивание.
— Хороший ответ, — Витек достал третью пулю. — Почти правильный. Еще маленько, и ты получил бы призовое очко, но! Поршев неправильный ответ. Знаешь почему? Потому, что он завалил журналиста, а на Садовом работал уже Саша, — последовал указующий жест в сторону ванной, где фыркал, отмываясь, ловкий «папуас». Поршев не знал, где мы будем мочить этого козла. Знаешь почему? Я тебе объясню, чтобы ты понял, что врать мне без мазы. Потому что никто не знал точно, какую квартиру выберет этот урод. Я предполагал, что удастся затащить его на Садовое. Там звукоизоляция и отход удобный. Но это я предполагал, соображаешь? Может, кто-то еще догадывался, но Поршев даже не знал об этой квартире. Он узнал адрес от тебя, дурачок. И адрес, и время. Поэтому мы его и не послали.
Сергей осторожно фыркнул, прочищая нос от набежавшей крови.
— Не всхлипывай, — посоветовал сутенер. — Братва слезам не верит. Я тебе даже расскажу, почему ты решил валить все на Поршева. Поршева грохнули сегодня, и ты об этом знаешь. Я тебе больше скажу! Ты там был, и этот факт заставляет меня глубоко офигевать. Без дураков! Я узнаю этот ствол, — он крутанул открытый револьвер на указательном пальце. — Вещь известная. Вася Шнек, человек Шалого. Получается, что неопознанные два трупа на квартире Поршева — Шнек и еще кто-то — люди Шалого. Скажи мне, электроник, кто второй?
— Мент какой-то, — ответил Сергей. — В форме.
— В форме, — повторил со значением Витек. — И три трупа. И двое людей Шалого, и труп Поршева, и все пули там на месте расписаны по количеству стволов, а у тебя ствол Васи, из которого сегодня стреляли, только ты стрелять не умеешь. И у меня от этих фактов мозги раком. Завернутая получается мозаика! Проясни, наконец, на кого ты работаешь! Не на Интерпол же!
— Я ни на кого не работаю, — сказал Сергей грустно, терзаемый предчувствием, что ему не поверят. Взгляд его упал на электрический чайник. Если одним рывком выдернуть его из розетки, размахнуться и ударить, как цепом… хорошо бы еще чайник закрутился бы вокруг запястья сутенера… Бред! Ковбойские приколы, неприменимые в жизни. Между тем, когда душегуб Саша выйдет из душа, шансы на спасение окончательно растают.
— Брось! Брось! — взмахнул руками Витек. — Ты же лох галимый! Не играй тут в партизана. Мы не обязательно тебя будем убивать. Может быть, мы придумаем, как тебе искупить свою вину. Ну? Кто твой хозяин? Шалый?
— Я не знаю никакого Шалого.
— Это странно, но очень интересно. С Шалым мы воюем за место под солнцем второй год, и я бы не удивился. Но зато я удивился, когда понял, что с Галиной ты в разных командах. Эта тварь крысятничает на Шалого, так что ты должен был знать… Но если ты даже не знаешь Шалого, то выходит в игре есть третья сторона, о которой я даже не подозревал… Стой! А почему ты удивился, что я жив? А?
— Поршев сказал, что… тебя взорвали гранатой.
Витек погрустнел.
— Да, двух парней и тачку я потерял. Суки! Ответят мне! — он погрозил кому-то за окном.
Сергей машинально посмотрел в ту сторону, и в голову ему пришло, что за этим окном — балкон, и, если этот дом представляет типовую коробку, то соседний балкон отделен пожарной лестницей. А балконная дверь не закрыта на запоры… Что это все дает, кроме чувства гордости за архитектуру родного города? Кстати, как смотрит теория вероятности на четвертую подряд попытку спастись бегством, если первые две удались, а третья нет?
Из ванной появился Саша вполне нормального цвета, с мокрыми волосами, завернутый в огромное полотенце. Он остановился в коридоре, с интересом заглянув в комнату, и принялся лениво вытирать голову. Вода стекала с него прямо на пол.
— Вытрись сначала, — неприязненно поморщился Витек, наблюдая, как собирается под напарником лужа.
— Мне интересно, — сказал тот, отирая толстенную шею. — И все равно полы мыть.
Сергей чуть не спросил, зачем обязательно мыть полы. Интуитивно он почувствовал, что такая чистоплотность не к добру.
Витек защелкнул затвор револьвера и передал мокрому коллеге.
— Подержи его секунду, — попросил он буднично и скрылся за дверкой.
Саша взял оружие в правую руку, продолжая вытирать левой. Он смотрел на Сергея хмуро и недовольно, потому что из-за него приходилось вытираться абы как.