Десять поцелуев, чтобы влюбиться (СИ)

— Она решила, будто мы с Димой встречаемся. Ну ты же знаешь, эти голубки расстались ещё летом. А Регина его ревнует по-страшному к каждому фонарному столбу.
— Вы не встречаетесь? — хитро усмехнулась Мира.
Моё сердце грозило остановиться.
Но вряд ли. Потому, что мы спали вместе, гуляли, целовались и ели блинчики. Но сегодняшний день только убедил — это бонус к постели. Приятный, чёрт возьми, бонус.
— Нет, — вру и не краснею. Хотя, если судить по тому, как полыхает лицо, то всё совсем наоборот. — Забыла? Терпеть его ненавижу.
— От любви до ненависти один шаг и обратно, — философски заключила Мира. — И уверена, Сотников не просто так вокруг ошивается. Если был бы рядом, сам бы дельфинчиком в бассейн махнул, без шуток. Хотя нафиг такой бабник не нужен.
Не нужен. Скажите всё это моему глупому девичьему сердцу!
— Где Егор? — решительно перевела разговор в другое русло. Мне слишком много разговоров о Диме с лучшей подругой. — Вы виделись? Прости, романтический вечер запорола.
Но, говоря о Князевой, у неё у самой крыша далеко отъехала без предупреждения. Она была где-то совершенно не со мной, а в своих собственных мирах. Склонна предположить, что Авдеева там и в помине нет.
Вон телефон звонит уже пять минут, а она в упор не слышит.
Пусть Мире и склонна некоторая мечтательность. Натура она творческая, свободный художник. Вечно в сюжетах иллюстраций витает, рисуя в воображении бесконечные задумки, которые воплотит на планшете или на мольберте.
— Мир? — дотронулась до её плеча. — Ты в порядке? У тебя телефон разрывается.
Она долго полирует взглядом экран смартфона прежде, чем ответить.
Слушает чей-то голос, недовольно кривя губы и морща нос.
— Там же, где и ты. Только парой этажей ниже.
Я очень быстро понимаю, что это Егор и, скорее всего, ребята сильно повздорили.
Иначе, как понять по-другому фразу — «Егор, всё, давай. С днём рождения».
Предположительно, виной всему Никита Тарасов. Страшно заявлять такое, но у него карма куда чище, чем у Авдеева. Особенно после его тупого поведения на кухне. Парни, которые называют меня «мышью» и заливают про «галочки» автоматически теряют все раннее заработанные очки.
По крайней мере, становится понятно, почему Мира сама не своя.
— Ты чего? — нервно прикусила нижнюю губу, очень переживая за подругу. — Вы поругались? Князева, хоть слово скажи. Я же волнуюсь.
— Он мне изменил, — как ни в чём небывало, отвечает Мира. Словно ничего не случилось. — Теперь решил беседы вести светские. Скажет, мол, не так всё поняла и дальше по заезженному сценарию.
Предупреждаю заранее, цензурной лексики на этот случай у меня нет.
Я чего-то не знаю и сегодня всемирный день мудаков? Почему они сегодня все такие козлы с большой буквы?
Бедная Мирослава. Застать своего парня с другой — это просто дно. Но, с другой стороны, лучше сейчас, чем никогда.
На Диму злилась. Только подруга для меня значит куда больше, чем нелепые обиды. Особенно, когда она единственная.
Нам нужно отсюда уехать. И из всех здесь присутствующих я могу обратиться либо к Диме, либо к Нику. Последнего уже не выдержит Князева. Так что выбираем меньшее зло.
— Вот козёл! — оглядываюсь по сторонам. — Я сейчас найду Диму и попрошу отвезти нас, хорошо? Оу…
Авдеев собственной персоной.
Решительно направляется ко мне и Мирославе. Наглости хватает ещё искать встречи с девушкой, которую променял на бог знает кого.
Что же Князевой так с парнями не везёт? Грабли за граблями, ё-моё!
Егор ведёт себя, как конченный придурок. Нет, этого слова точно очень мало. Ничтожно мало.
Оскорбляет Миру перед всей толпой, унижает её, попрекает фоткой, где она якобы целуется с Никитой, но его затыкает сам Тарасов. Наверное, тот самый случай, когда грубая физическая сила не подлежит никакому осуждению.
По крайней мере, не с моей стороны.
Получил то, что заслужил.
Не знаю, что там творится у Ника и Миры, но когда он её уволок, таща на плече, то все… мягко говоря, выпали в осадок.
Они очень красиво смотрятся вместе, словно так и должно быть. Если бы не одно жирное НО.
 
Дважды в одну реку не входят.
Я порываюсь бежать за подругой, чтобы спасти её от личного дракона, который грозит уволочь её в пещеру с известными намерениями, только возникают непредвиденные трудности. В лице Сотникова.
Преграждает мне дорогу, скрестив руки на груди.
— Дай людям поговорить, Маш.
— Издеваешься? — пытаюсь обойти его.
Дима меня ловит и прижимает слишком тесно к себе.
— Нам бы тоже не помешало, кстати.
— О чём? — усмехнулась. — О том, что ты сам хотел рассекретить наши отношения, а сам сдулся, как дешевый воздушный шарик?
— Ладно, — он шумно выдыхает, прижимаясь губами к моему виску. — Я накосячил. Хочешь, я прямо сейчас всем скажу, что ты моя девушка?
— Нет.
Сотня настолько опешил, что разжал объятья.
Ага, не каждый же день Димочке дают от ворот поворот.
— Я не твоя девушка, Дима. Не путай секс с отношениями.
Сама перепутала и вот чем всё закончилось.
  
Глава 32 — Между молотом и наковальней
 
Наши на стёклах танцы
И поцелуи в тишине,
Мы словно должны были
Скитаться
При мрачной жёлтой луне.
Ты не Ромео, а я не Джульетта
В этой сказке не будет любви,
Моя душа твоею раздета
Мы снова остались одни.
В разных концах города
На противоположных полюсах,
Больше не давай мне повода
Приходить к тебе во снах.
Маша
Это чёртов Ад. Я нисколько не преувеличиваю. Не вечеринка, а мини филиал Преисподней.
Прекрасный вечер закончился абсолютным провалом. Кажется, я только что стала свободной девушкой. Дала Сотникову безоговорочную отставку. Хотя, он заслужил настоящую ссылку. Куда-нибудь в далёкую Сибирь.
Как могла так сильно ошибиться в Диме? Боже, эпическая дура. Наверное, хоть раз в жизни, но должна была повести себя, будто среднестатистическая девчонка — влюбиться по самые помидоры. Чтобы мозги превратились в сахарную вату, а логика отключилась, будто по щелчку. От одних его поцелуев…
Тушите свет, дамы и господа.
Больше разочарования не испытывала очень давно. Всё выглядело слишком красиво, чтобы быть похожим на правду. Прекрасно осознавала, куда в итоге приедет трамвайчик нашей любви.
Конечная, блин! Пора выходить, Маша. И пусть вагончик катится куда ему хочется. На самых крутых американских гонках и прямо в задницу.
Я всё сказала.
Была ли любовь? Как будто и нет. Чувствую себя героиней глупой ванильной книги про то самое первое искреннее чувство, где по классике жанра положено биться в слезах и нескончаемых страданиях. Желательно в компании конфет и мексиканских сериалов.
Паршивее всего, сама выбрала. Винить некого. Позволила втянуть себя в водоворот страсти и огня и нисколько об этом не жалею.
Дима ничего мне не обещал. Как и я ему. Всё честно, никто друг другу ничем не обязан. Это грёбанная взрослая жизнь, где две половинки целого принадлежат кому-то другому.
Мы хорошо проводили вместе время, здорово. Я не совру, если скажу, что это было незабываемо и волшебно, как в сказке.
Вот только современным принцессам не нужны нежные инфантильные принцы. Им нужны драконы, у которых, в отличие от первых, имелись собственные цели в жизни. Даже, когда это самая цель — сожрать кого-нибудь или испепелить.
Что было между нами? Я думала, что влюбилась. Он думал, что у нас отношения. Обыкновенные заблуждения молодости. Вот стану сильной и независимой женщиной, обязательно напишу об этом модную психологическую книжку. Типо «Слёзы моих бывших, или, почему девочки становятся стервами»
Но зачем он оставался рядом всё это время? Говорил, что я стыжусь нас и прочее? А сам при первой возможности сдал назад. Трус.