Десять поцелуев, чтобы влюбиться (СИ)

— Нет, — устраивается сзади, вытянув ноги вперёд и обняв меня за талию. — Мы же идём с тобой на вечеринку к Егору?
— Да. Мира почти сломалась.
— Я не собираюсь прятаться по углам, чтобы поцеловать тебя.
Прозвучало почти, как признание в чём-то глобальном.
— Спрячемся в какой-нибудь комнате?
— Савельева, я вообще-то серьёзно. В универе тебя трогать нельзя, домой возвращаемся по отдельности. Сколько ещё ты собираешься нас стесняться?
Ну вот и как сказать, что я не стесняюсь, а просто боюсь?
— Чтобы толпа твоих фанаток порвала меня на куски? Что твои друзья подумают?
— В этом вся проблема? Не всё ли равно, как подумают другие? Мне казалось, Маше Савельевой плевать на людей с высокой колокольни.
— Дим, мне нужно немного времени. Просто дай мне его.
— До пятницы, заучка. Твои ботаны из книжного клуба и так пускают слюни на мою девушку. Дождёшься, что мальчики-зайчики останутся без своих иллюминаторов.
— Сотня, у меня не книжный клуб! — возмутилась, но злиться на него нормально не могла. Не получается, чёрт побери. — Это редакция газеты. И ты что, к ребятам ревнуешь? Глупость.
— Прикинь, они тоже мужики, которые пялятся на твои обалденные ножки.
— Дим, у меня длинная юбка. И они не парни, а…
— Ага, — недовольно хмыкнул. — Если ты держишь их во френдзоне, это ещё ничего не значит.
— Всё-таки ревнуешь. Расслабься, Отелло. У них нет шансов.
— До пятницы, — напомнил Дима. — Напряги свой мозг, заучка.
Наверное, я даже понимаю, почему он так настаивает. Мне было бы тоже неприятно, если бы меня от всех прятали. Но показаться всем, как настоящая пара — сложно. Вдруг что-то пойдёт не так?
В любом случае, всё изменится и повернуть назад мы уже не сможем. На нас будут обращать внимание, а всякие золотые девочки вроде Филатовой начнут постоянно маячить перед глазами. Она летом меня чуть без соли не сожрала, когда увидела рядом с Димой.
Боюсь неизвестности. Боюсь прыгать с обрыва без страховки.
— Почему мы не можем встречаться, как сейчас? — тихо спросила.
— Я не знал, что ты трусиха, — приподнимает меня и усаживает к себе на колени, будто бы маленькую. — Чего ты боишься? Того, что скажут твои или мои друзья? Мне плевать. И тебе тоже должно быть.
— Когда-нибудь игра станет скучной.
Тяжело вздыхает и гладит меня по волосам.
— Из нас двоих дрожать от страха должен я. С тобой не может быть скучно, Маша. Ты горишь нон-стопом, сорок восемь часов в сутки. Я…
Поднимаю глаза.
— Ты?
— Хорошие девочки не выбирают мудаков.
Справедливо.
— Будем считать, что мой радар настроен именно на них.
— А мой настроен на тебя.
И только посмей в него не влюбиться. Он не оставит ни единого шанса. Лично вколотит в сердце стрелу амура. Кажется, моя уже засела слишком глубоко.
  
Глава 26 — Неловкая ситуация
 
Одним поцелуем покорить,
Научить дышать по-другому,
чаще.
Мне так больно тебя любить,
Но уже не смогу иначе.
Дотянуться с ломкой до звёзд
И упасть с седьмого неба,
Ты мой ветер, мой разрушитель
грёз,
Из-за тебя сломалась система.
Я не знала, что значит слово
«люблю»
До последнего нашего касанья,
И сотни «зачем», «почему»,
Бесконечные «но» на свиданьях.
А однажды солнце
остановилось
В миллиметре от меня,
Как в тебя влюбилась?
Как я стала вдруг твоя?
Но ты осколками в
грудную клетку,
Пустой, холодный,
не живой,
По щелчку поймал меня
в эту сетку
И накачал собой.
Без тебя я разбилась
На десятки рваных частей,
Помнишь, ты говорил,
тебе снилась?
Помнишь, как кормили голубей…
Чай на террасе в обнимку,
Укутанные пледом,
в коконе чувств.
Ты всё смотрел на мою улыбку,
А я впервые почувствовала
губ любимых вкус…
Но этого не было словно,
 
Остались лишь воспоминания,
Но только вот… безапелляционно
Ты плюс я равно расставанье.
Доктор зло есть доктор время,
Сыплет на раны крупную соль,
И почему мы хотим быть с теми,
Кто приносит одну лишь боль?
Мои чувства перемолоты в пыль,
От нашей любви остался
пепел едкий.
Пусть разум и твердит «остынь»,
Но у чая до сих пор вкус терпкий.
И я вижу твои глаза,
Вспоминаю вкус поцелуя
пьяный,
От последней Луны и назад
Мой холодный, чёрствый,
фатальный.
«Можно приехать?» —
какой глупый вопрос!
Разве можно сказать
«да» или «нет»?
Я с тобой доставала до звёзд,
Ты со мной — научился гореть.
Между нами пропасть,
между нами лёд,
Но твоя рука греет, как прежде.
Губы сладкие, словно дикий мёд
Я плавлюсь, таю в надежде.
Твою токсичную любовь
Мне нужно оттолкнуть, бежать!
Но ты держишь, не отпускаешь
и вновь
Говоришь —
я так устал тебя терять.
Маша
Домой я так и не вернулась. Хотя мама звонила, писала, пыталась воздействовать на меня через Диму и бабулю, но нужного эффекта не добилась. Уж простите, да только сыта по горло. Нужно время, чтобы всё устаканилось.
Ничего не меняется. Она психует, устраивает скандал, а после начинает просить прощения, клясться и божиться, что подобного впредь не повторится. Плавали — знаем.
Последняя наша ссора перешла любые границы. Твёрдо уяснила для себя одно — пора взрослеть и оставить маму со всеми своими тараканами. После университета планировала обустраивать собственное гнёздышко, но, видно, вселенная решила немножко подтолкнуть в нужном направлении.
С Сотней нам было хорошо. Мы будто бы идеально подходили друг другу. Не знала, что он может быть таким понимающим, адекватным, простым.
В университете и со мной — это два разных человека.
Плохой избалованный мальчик, который плевал на всех с высокой колокольни. Любимчик девушек, избалованный наглый мажор и душа любой компании. Пять букв — Сотня.
А дома он превращался в Диму. В того, кто умел слушать, веселил меня и не давал и шанса сомневаться в нём. Между нами было какое-то невероятное волшебство. Страсть, нежность, магическое притяжение.
Проводили время и порознь, давая возможность отдыхать друг от друга. Его жизнь отличалась от моей. С обилием вечеринок, развлечений и прогулок с друзьями. У меня же была только газета, Мира и работа в цветочном магазине. Правда с последним пришлось завязать в первую же неделю учебного года, поскольку времени совсем не хватало.
Я прекрасно понимала, что первая влюблённость не перерастает во всегда и навечно. Мы не станем жить вместе, не поженимся, не родим детей… но очень глупо отказываться от искренних чувств просто потому, что боишься обжечься.
Знаю на что иду и почему-то не боюсь. Возможно, просто искала определённого человека, особенного. С которым всё станет просто, понятно и уютно. И нашла.
Сегодня допоздна задержалась в редакции. У Димы тренировка, а после с Тарасовым будет зависать, как обычно. Они лучшие друзья, не виделись целых три года. Вот теперь отлипнуть не могут. Хотя Ника не перевариваю органически, приходится терпеть. А этот гадёныш ещё снова клинья к Мире подбивает, будто бы мало ей досталось. Если подруга узнает, что мы с Димой вместе, то точно на меня обидится. Но, с другой стороны, бесконечно скрываться у нас не получится.