Настоящий Дракула
Но, даже зная, что судьба его предрешена, Ганс-вратарь желает оставить за собой последнее слово и бросает в лицо Дракуле:
«…Злодей,подумай о душе своей,считай, что жизнь ты прожил.Напомнив о кровавом псе,против тебя восстанут все,кого ты уничтожил.Дойдет их вопль до Бога,хоть был, глупец, ты в жизни глух,и в ад отправится твой дух,туда тебе дорога».Тут уж Дракула приходит в неописуемую ярость, поскольку монах все же сумел задеть самые болезненные струны его совести и развеять ложные надежды, что, раз он помазанник Божий, Господь сжалится над его душой. Дракула хватает монаха и тут же на месте голыми руками расправляется с ним. В нарушение принятой процедуры сажать на кол ягодицами Дракула бросает монаха на пол и раз за разом вколачивает кол ему в голову. Когда крики несчастного обрываются и он испускает дух, Дракула велит связать мертвецу ноги и подвесить вниз головой на высоком шесте перед францисканской обителью. А в придачу велит посадить на кол его осла.
Можете представить, какое жуткое впечатление произвела эта картина на еще остававшихся в обители францисканцев. Понятно, что они в ужасе бросили свой монастырь и убежали куда глаза глядят. Между тем брат Михель и брат Якоб пересекли границу Трансильвании и по примеру своих злосчастных собратьев из Горриона тоже отправились искать приюта в бенедиктинских монастырях Штрии. Старейшим и самым почитаемым из них был монастырь в Ламбахе, и неудивительно, что беглецы направили свои стопы именно туда. Они рассказали о своих злоключениях монастырским писцам, и, несомненно, на их живописании не могли не отразиться пережитые ими страдания и смертельный страх перед жуткой участью, которой им только чудом удалось избежать. Так в конце 1462 г. родилась первая история-страшилка о Дракуле.
Мы знаем, что после Ламбаха по крайней мере один из беглецов, брат Якоб, отправился в Мельк, где находилось гораздо более крупное и значительное бенедиктинское аббатство, собственно говоря, основанное монахами Ламбаха.
Мелькское аббатство, величественное сооружение на вершине высокого скалистого утеса, господствующего над Дунаем, и сегодня остается одной из самых богатых и роскошных обителей ордена бенедиктинцев в Европе; оно же питало вдохновение Умберто Эко, когда он писал философско-культурологический роман с элементами детективного триллера «Имя розы». Сегодня монастырская братия Мелька насчитывает более сотни монахов, благодаря их заботам в аббатстве и по сей день действует одна из старейших и самых престижных гимназий. В XV в. самая роскошная, изысканно отделанная часть монастырского здания отводилась под покои членов императорской семьи, и здесь останавливался сам император Священной Римской империи Фридрих III — его резиденция Винер-Нойштадт всего на несколько миль отстоит от Мелька.
Именно в Мельке брат Якоб встретил других монахов-бенедиктинцев, как и он, бежавших из Трансильвании; записи их рассказов о пережитом до сих пор хранятся в монастырских архивах. Автор одного из них, подписавшийся как Johannes de Septem Castris (в переводе с латыни — Иоанн из Семи крепостей, т. е. из Семиградья, как немцы называли тогда Трансильванию), тоже, по всей видимости, бежавший из Трансильвании бенедиктинец, был всего на год старше Дракулы. Позже он стал приором Мелькского монастыря. В обители нашел приют еще один трансильванский беженец, Блазиус из Бистрицы, саксонского города, тоже жестоко пострадавшего от карательных рейдов Дракулы и его союзника Михая Силадьи. Так что зверства Дракулы, безусловно, служили неиссякаемой темой для пересудов среди немецких и румынских монахов, теперь ставших насельниками величественного Мелькского монастыря. В подтверждение их неизбывного интереса можно привести тот факт, что история о зверствах Дракулы попала в монастырскую летопись, составленную румынским приором и охватывавшую события с 1461 по 1477 г. Не исключено даже, что во время монастырских трапез, на протяжении которых устав предписывал хранить молчание, монахам вслух зачитывали «страшилки о Дракуле», чтобы немного разнообразить круг их чтения, состоявший главным образом из житий святых.
Сам Михаэль Бехайм, судя по имени, определенно имевший богемские (чешские) корни, происходил из ремесленного сословия и родился в семье простого ткача 7 сентября 1416 г. в местечке Зюльцбах, на территории немецкого графства Вюртемберг, входившего в состав Священной Римской империи. Типичное для юнцов того времени честолюбие в сочетании с отсутствием денег привело Михаэля Бехайма на стезю странствий и приключений. Он начал карьеру солдатом удачи, проще говоря, наемником, потом обучился музыке и увлекся изучением религиозной и библейской литературы. Но больше всего у него лежала душа к исполнению поэм под собственный музыкальный аккомпанемент, и он поступал придворным менестрелем на службу к важным вельможам. Со временем во всю силу проявился его талант к сочинению баллад на исторические темы. Он поступил на службу к могущественному графу Ульриху Цилли примерно в то время, когда граф сопровождал в освобожденный от турецкой осады Белград венгерского короля Ладисласа V Габсбурга. После вероломного убийства графа Цилли, описанного им в цикле «Десять поэм из истории Австрии и Венгрии», Бехайм сопровождал короля Ладисласа V в Вену и на протяжении 1457 г. служил у него придворным поэтом. Еще до смерти Ладисласа (в декабре 1457 г.) Бехайм решил перейти на службу к императору Священной Римской империи Фридриху III во дворец в Винер-Нойштадте. В 1462 г. он стал свидетелем унижения императора, когда его в собственном дворце держали в осаде взбунтовавшиеся венцы. Но Бехайм сохранил верность своему господину, за что был надлежаще вознагражден должностью придворного стихотворца и императорского пажа — по тем временам, когда бунтовавшие против императора подданные имели привычку убивать императорских прихлебателей, такая должность таила нешуточную опасность для жизни. После того как императора освободил подоспевший ему на помощь король Богемии Йиржи из Подебрад, Бехайм несколько раз сменял место службы у знатных вельмож в Венгрии и Богемии. Позже он сопровождал императора Фридриха в Винер-Нойштадт, где несколько лет прослужил придворным историком и мейстерзингером. К тому времени Михаэль Бехайм уже отточил мастерство стихотворного изложения исторических событий. В одной из исторических баллад он довольно точно описал Варненский крестовый поход, основываясь на рассказах добровольца крестоносного войска Ганса Мегеста, лично участвовавшего в событиях. Как мы уже отмечали, последний много рассказывал о важной роли, которую сыграли в той военной кампании отец Дракулы и его старший брат Мирча.
Понятно, что у Бехайма разгорелось желание сложить поэму о подвигах еще одного члена этого выдающегося семейства. Обстоятельства предоставили ему благоприятную возможность осуществить этот замысел. Именно в Винер-Нойштадте произошло знакомство Бехайма со странствующим монахом братом Якобом. Монах часто наведывался в Винер-Нойштадт, в те времена бывший самым значимым культурным и торговым центром к юго-востоку от Мелька. Прознав, что брат Якоб бежал из Валахии, Бехайм стал намеренно искать с ним знакомства. Их первый разговор произошел, по всей вероятности, 12 декабря 1462 г. После они еще много раз встречались в одном неназванном монастыре в черте города. В данном случае брат Якоб выступил для Бехайма таким же информантом, каким в свое время послужил Ганс Мегест для его поэмы о Варненском походе, — монах подробно рассказывал поэту о жизни и деяниях странного и жуткого валашского господаря. Их беседы продолжались не менее четырех месяцев в течение весны и лета 1463 г. — словом, у Бехайма было достаточно времени, чтобы уяснить и обстоятельно записать, что и как происходило. Скорее всего, поэма была написана в конце 1463 г.