Настоящий Дракула
И именно во избежание тотального подчинения Валахии туркам Мирча в 1395 г. подписал союзный договор с королем Венгрии Сигизмундом I Люксембургским. По договору Мирче предстояло в следующем году участвовать в последнем великом Крестовом походе западных держав против турок под предводительством Сигизмунда, Жана Неверского, сына герцога Бургундского, Фридриха Гогенцоллерна, герцога Ланкастерского и других союзников [15] из Восточной и Западной Европы. Никополь Сигизмунд 25 сентября 1396 г. на подступах к дунайской крепости, вопреки совету Мирчи поставить в авангарде отряды закаленной в боях валашской пехоты, послал вперед тяжело бронированную рыцарскую конницу западноевропейского образца, которой легкая турецкая кавалерия нанесла сокрушительное поражение, обратив рыцарей в позорное бегство. «Обуянные страхом, христиане разбежались как свиньи», — писал об этом событии турецкий хронист того времени. Турки также захватили множество пленников, и среди них приходившегося кузеном французскому королю Жана Неверского (за доблесть в бою он получил прозвище Бесстрашный); позже он был отпущен турками за огромный выкуп.
Это унизительное поражение могло обернуться для князя Мирчи крупными бедами, но, на его счастье, в дело вмешалась сама судьба, заставившая султана Баязида обратить восточный фланг своего войска против нового противника — из глубин Азии и Персии надвигался грозный хан по прозвищу Железный хромец, один из последних великих тюрко-монгольских воинов-завоевателей, именуемый в западной традиции Тамерланом. К тому времени он уже основал могущественное государство в Малой Азии и намеревался бросить вызов грозной Османской империи.
В 1402 г. Тамерлан наголову разбил войско султана Баязида I в битве при Анкаре (Агоре) и захватил самого Баязида, однако тот предпочел самоубийство позорному уделу пленника. Мирча попытался извлечь всю возможную пользу из ослабевшей османской власти и поддержал претензии на освободившийся султанский трон, предъявленные слабовольным сыном Баязида Мусой Челеби [16], который состоял в браке с дочерью Мирчи Ариной. Мирче удалось водворить Мусу на трон в Адрианополе 17 февраля 1411 г., и тот правил на протяжении трех лет. То было верхом достижений славного деда Дракулы. Казалось, что Румыния вот-вот пополнит ряд могущественных держав Восточной Европы и встанет вровень с Польшей. Но не тут-то было. Ставленника Мирчи Мусу в 1413 г. убивает его собственный брат Мехмед I, поддержанный императором Константинопольским Мануилом II из династии Палеологов. Турки берут феерический реванш. Султан Мехмед захватывает островную дунайскую крепость Джурджа, и Мирча в итоге теряет провинцию Добруджа, а следовательно, и доступ к Черному морю.
В 1417 г. Мирче не оставалось ничего иного, кроме как принять неизбежное: признать сюзеренитет османов и согласиться платить султану дань в размере 3 тыс. золотых дукатов. Однако не в пример другим балканским государствам, полностью подчинившимся власти султана, его страна сохраняла автономию. В отличие от южных соседей, Валахией по-прежнему правила местная администрация, Церковь сохраняла независимость, валашская знать не потеряла ни пяди своих земель, а туркам не позволялось селиться на румынской земле. И все же правление Мирчи, начавшееся таким блестящим успехом, кончилось унизительным поражением. Годом позже (1418 г.) Мирча упокоился с миром и был похоронен в построенном по византийскому образцу монастыре Козия в ущелье реки Олт, где и по сей день можно посетить его гробницу.
Мирча Старый состоял в браке с Марией Толмай, происходившей из знатного венгерского рода, имевшего обширные владения на берегах озера Балатон и в Северо-Восточной Трансильвании. Кроме того, Мария состояла в родстве с могущественным феодальным родом Цилли (Барбара Цилли, вторая супруга короля Сигизмунда I Люксембургского, была дочерью графа Цельского). Среди многочисленных сыновей Мирчи один только Михай был законнорожденным и с 1408 по 1418 г. состоял соправителем отца, что часто практиковалось в те времена. Но что еще важнее, Мирча оставил целый выводок внебрачных потомков мужеского пола, прижитых от нескольких безвестных женщин. Эти незаконные сыновья претендовали на валашский трон, что не выходило за рамки бытовавших тогда румынских традиций, а сами их претензии воспринимались как вполне законные. Правда, особо они в том не преуспели, за исключением двоих: Александра Алдю, недолго правившего в 1431 г., и Влада, отца нашего Дракулы.
О ранних годах Влада-отца нам известно очень мало, кроме того факта, что он родился в Валахии до 1395 г. Принимая во внимание тесные отношения Мирчи с Сигизмундом Люксембургским до Никопольской битвы, можно небезосновательно предположить, что отец отправил маленького Влада в качестве заложника ко двору Сигизмунда I в Буде — в знак добровольного соблюдения условий подписанного в 1395 г. союзного договора с Венгрией. Во всяком случае, известно, что Влад провел юность в венгерской столице и ряде немецких городов, включая Нюрнберг, куда время от времени наезжал со своим двором будущий император Священной Римской империи. Сам Сигизмунд говорил о Владе, что тот «воспитан при нашем дворе» (и это предполагало также переход в римский католицизм).
Со смертью Мирчи в 1418 г. закончилось насильственное удержание Влада в Буде, однако юный сын князя решил оставаться при венгерском дворе в качестве пажа Сигизмунда. Обращались с ним сообразно его рангу, определявшемуся принадлежностью к свите короля Сигизмунда, и в составе этой свиты Влад сопровождал Сигизмунда в его переездах из Нюрнберга в Прагу, в Буду, в Рим и по различным городам Трансильвании. В качестве пажа он получил образование, которое приличествовало членам императорского семейства и по характеру и культуре было французским в той же мере, что и немецким, — сказывалось влияние первой супруги Сигизмунда Марии I Анжуйской. Упор делался на рыцарские доблести и кодекс рыцарской чести, а также на изучение языков — при этом космополитическом дворе знание основ немецкого, венгерского, латинского, греческого и итальянского языков представляло немалую важность. Кроме того, Владу вменили в обязанность ознакомиться со всем утомительным бюрократическим крючкотворством императорской канцелярии. При всей привилегированности своего положения Влад изнывал от тоски, мелкого соперничества и придворных интриг, его угнетал чужой нездоровый климат, равно как и германское засилье при императорском дворе.
Но главное, Влад уже не сомневался, что после разгрома при Никополе Сигизмунд потерял всякий интерес к Крестовым походам на Восток и все больше укреплялся в намерении искать удовлетворения своих политических амбиций на Западе. Для самого Влада важнейшим делом было добиться отцовского престола, который после смерти Михая в 1420 г. снова сделался объектом жестокого соперничества между оравой его внебрачных сводных братьев. В довершение ко всему в борьбу за валашский престол включился новый претендент, Дан II, сын одного из братьев Мирчи и, соответственно, двоюродный брат Влада. Этот Дан и его потомки вели с семейством будущего Дракулы борьбу столь жестокую и кровавую, что историки даже дали ей отдельное название — «вражда между Дракулешти и Данешти». По накалу страстей и непримиримости она сравнима с враждой между Йорками и Ланкастерами в Англии, между шекспировскими Монтекки и Капулетти или с противостоянием между Бургундским домом и Капетингами во Франции. Даже папа Пий II посчитал нужным упомянуть ожесточенность борьбы между двумя ветвями валашских князей в своей автобиографии, известной нам как «Комментарии».
Влад рассудил, что, чем сложа руки ожидать помощи от императора, лучше заручиться поддержкой польского короля Ладисласа II Ягайло, чье покровительство принесет ему больше пользы в борьбе за валашский трон. Польский король, время от времени соперничавший с Сигизмундом, заключил союз с Литвой, что позволило сформировать самую мощную по тем временам коалицию государств в Восточной Европе. Так что Влад знал, что делает, когда ранней весной 1423 г. под покровом ночной темноты с кучкой верных сторонников тайно покинул Буду: оставив прежнего покровителя, он желал найти в Кракове более деятельное покровительство. Но весть о побеге просочилась ко двору, и император дает приказ братьям Мартону и Дьёрдю Турзо, графам Уйвар, догнать и схватить беглеца, пока он не пересек польскую границу. Влада и его сторонников настигают, увещевают и везут обратно в Буду. В наказание за вероломство император подтвердил законность притязаний Дана II, который с 1422 г. правил Валашским княжеством. Однако других утеснений Влада не последовало, разве что император велел на некоторое время усилить за ним надзор.