Наруто – Лабиринт теней (СИ)

Вспоминая собственное недоверие и насмешку, Юки оставалось только сожалеть о собственной недальновидности и недостатке информации о новом игроке. Причем, Икимори-сан совершенно не скрывал собственные намерения и даже пойдя на поводу у совета кланов, на самом деле лишь использовал их в той же мере, что и они его, вот только имелось единственное отличие — Кагуя прекрасно осознавал, что зачистка старшего поколения берсерков вовсе не означает ослабление клана. Целых два бойца эС-ранга! Да с такой силой будь их всего пара десятков — все равно получится иметь огромное влияние на политическую ситуацию в Киригакуре! А у вынужденного союза четырех основных кланов имеется только Ринго Амеюри. Куноичи, что не прошла проверку решающей битвой и получила тяжелые ранения от которых не оправится в ближайшее время со всеми вытекающими последствиями.
Презрительное отношение к долгое время деградировавшим берсеркерам сыграло свою роль и Атариру проморгал появление действительно серьезного соперника, весьма умело воспользовавшегося ситуацией в свою пользу. А то, что этот Кагуя являлся не только очень серьезным бойцом, но также умеющим думать наперед человеком, прямо указывало недавнее заявление о неприкосновенности сдавшихся генинов — даже с огромными потерями этого слоя Сейки Бутай примерно полторы тысячи человек будут бесконечно ему благодарны, избежав участи большей части проигравших. Это будущее поколение, часть из которых поднимется в звании спустя пару лет и образует мощный блок поддержки для Икимори в дополнение к личной силе. Идеальная почва для заявки на лидерство селения и самое главное, конкурентов у него не имеется. Амеюри не скоро на ноги поднимется, как доложили стабилизировавшие куноичи ирьёнины — Тсунаде Сенджу среди них не имеется. Что уж говорить о вероятности стать новой Мизукаге? С Кагуя придётся договариваться и чем раньше, тем лучше.
Бросив быстрый взгляд в неверном мерцании осветительных ракет на сохранявшего каменное выражение лица коллегу, убравшего руку подальше от рукояти массивного меча, Юки тихо выдохнул — Хошигаки без сомнения думал точно также, а старейшины Теруми и Хозу вообще старались держать руки на виду, чтобы ненароком не спровоцировать союзника после горячки боя. О конечном результате противостояния сомневаться не приходилось — Кагуя самолично зачистил больше десятой части вражеского войска и перебил львиную долю сильнейших бойцов.
— Прежде чем что-то обсуждать, сперва стоит занять Киригакуре, Икимори-доно, — слегка склонив голову, произнес Юки, желая отсрочить проведение переговоров.
— Как будто кто-то сможет нам помешать, — прогудел Кагуя, смотря сверху вниз.
К вящему облегчению окружающих, спустя несколько секунд он начал стремительно уменьшаться и очень скоро перед Юки встал закованный в костяную броню шиноби, а не устрашающий монстр огромной силы.
— Проблема состоит не только в этом, — закатил глаза Ро, — с завершением гражданской войны в Мизу но Куни, наши силы здорово подорваны, и та же Суна вполне может попытаться отыграться за действия прошлого Мизукаге с поддержкой Конохагакуре за спиной.
Юки едва удержался от того чтобы недовольно скривиться — Хошигаки стремился переключить внимание Кагуя на внешнюю угрозу и намекнуть на необходимость совместных действий против возможного врага, но подобный подход мог сработать только против обычного туповато-кровожадного Кагуя, интересовавшегося исключительно возможностью устроить очередную резню и доказать собственное превосходство над окружающими. Причислять Ишигаву к подобным индивидуумам вовсе не стоило.
— Вот для этого Туману и нужен действительно сильный Мизукаге вроде меня, — ухмыльнулся Кагуя, скосив взгляд на брошенные рядом трофеи упомянутых бойцов, — чтобы сперва задумались — а стоит ли вообще что-нибудь начинать?
Еще один рычаг давления — едва ли кланам будет позволено решать, кто будет новыми владельцами Великих Мечей.
— Мы это понимаем Кагуя-доно и готовы к переговорам как цивилизованные люди, но сейчас несколько не то время, чтобы обсуждать действительно важные вопросы, — с поклоном выступил вперёд Гиши Хозуки и показательно повертел головой вокруг на еще продолжавшиеся кое-где вокруг схватки, больше различимые на слух в предрассветных сумерках.
 
— Сейчас гораздо важнее заняться уменьшением потерь среди раненых и пленниками, — согласно кивнул Юки, — а так же не дать сбежавшим сторонникам Третьего Мизукаге вернуться в селение и лишить нас остатков казны.
— Если у Каратачи вообще что-то осталось от финансов, учитывая то количество миссий, что еще продолжали заказывать, — насмешливо фыркнул Хошигаки, немного разряжая напряженную атмосферу.
Впрочем, туманникам пришлось прерваться — к месту сбора наиболее влиятельных повстанцев приблизилась группа монахов во главе с Ацуши, за прошедшее время успешно поспособствовавшего пленению джинчурки.
— Надеюсь, я не особо помешал? — сложил перед собой ладони сохэй, слегка поклонившись.
— Для оказавших огромную поддержку союзников у нас всегда найдется время, Ацуши-доно, — уважительно поклонился в ответ Атариру.
Несмотря на продемонстрированную вежливость, шиноби испытывал к выходцам из Великого Храма Воды лишь опаску — маятник судьбы мог качнуться в другую сторону и вполне возможно, монахи выбрать сторону Мизукаге с катастрофическими последствиями для повстанцев, руководствуясь какими-то своими принципами. Ниндзя Киригакуре давно знали, что храмы далеко не так безобидны, как может показаться со стороны, но финальная битва только утвердила в истинности подобных знаний, потому что Юки готов был поставить на кон любую сумму денег — им продемонстрировали лишь часть наличных сил.
— В таком случае, как предводитель сил Великого Храма Воды я уполномочен заявить — союзный договор исполнен полностью и дальше шиноби придется действовать самостоятельно, — прищурился монах, — надеюсь, новые лидеры Тумана окажутся более щепетильны в отношении простых людей Мизу но Куни, чем покойный Мизукаге.
Пронзительный взгляд фиолетовых глаз, будто сиявших внутренним светом и смотревших прямо в душу, оказалось очень непросто выдержать, но Юки справился, ощущая, как по спине побежал холодный пот.
— Можешь в этом не сомневаться, я лично займусь сменой официальной политики Киригакуре насчет допустимых во время миссий жертв обычных людей, — спокойно кивнул Кагуя, как будто совсем не ощущая давление завуалированной угрозы, — достаточно ненужных смертей, что ослабляют страну и делают нас посмешищем в глазах соседей.
— Разумный Кагуя? — удивленно вздернул брови Ацуши, — Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь стану свидетелем подобного чуда — воистину наступают другие времена!
— Ха-ха, ниндзя Киригакуре понимают исключительно язык силы, — рассмеялся шиноби и многозначительно скосил взгляд на глав кланов со старейшинами, — думаю, что коллеги проявят разумность в этом вопросе, ведь необходимая сила у меня как раз имеется…
Монах так же повернул голову к клановым. Атариру подавил желание сглотнуть вдруг ставшую вязкой слюну и сделать шаг назад, оказавшись на острие пристального внимания сразу двух бойцов эС-ранга. Как будто было мало схлестнуться с Каратачи несколько десятков минут назад.
— Думаю, политику воспитания новых поколений Киригакуре давно стоило поменять в сторону меньшей жесткости, и повстанцы боролись в том числе за более стабильную ситуацию в стране, — дипломатично ответил шиноби в глубине души сетуя, что стал слишком стар для всего этого дерьма и стоит поскорее передать бразды правления старшему сыну.
— Великий Храм вместе с Дайме-сама заинтересованы в мире внутри страны, так что несколько наблюдателей будут наблюдать за ситуацией в первое время, — удовлетворил ответ главного монаха, после чего он кивнул Кагуя, — я рад, что душа будущего правителя Тумана не отягощена массовыми убийствами невинных — поразительное достижение для выходца из безумного клана.
И прежде чем Ишимори успел как-то ответить на столь неоднозначное заявление, Ацуши развернулся и направился к своим бойцам. Юки удивленно посмотрел на озадаченного будущего Каге — обычно выходцам из Кагуя все равно кого убивать, лишь бы текла кровь и не имело значения кто уж там попадется под руку, а тут из самого кровавого клана попался заслуживший даже одобрение монахов. В голову невольно полезли мысли, что Туман не даром заслужил приставку Кровавый чуть ли не с самого начала собственного существования, и никто из Мизукаге не стремился этого изменить, скорее добавляли к дурной славе и безжалостно относились не только к врагам, но и собственным людям. Похоже, такая тенденция скоро изменится и не сказать, чтобы он имел что-то против — обладатели ледяного кеккей генкая всегда отличались сдержанностью не только в эмоциях, но и поведении, чего не скажешь многих других.