Наруто – Лабиринт теней (СИ)

Почти невольно, взгляды всех в зале скрестились на Третьем Хокаге — старик не раз встречался с их лидерами лично — как наиболее осведомленном о постоянных союзниках Конохи и их возможностях.
— Насколько я знаю, Хисен-сан ни разу не упоминал о наличии специалиста подобного уровня, предпочитая проводить закупки большинства стандартных печатей у нас, — отрицательно помахал рукой Сарутоби, — конечно, если за последние пару-тройку лет ничего не изменилось.
— Мастера печатей на дороге не валяются, — насмешливо фыркнул Хизаши.
— То есть, учитывая требования Такигакуре но Сато сразу после смерти их джинчурики, которые едва ли изменились за прошедшее время, нам нужно найти, поймать, запечатать и передать биджу им, — в отвращении скривилась Тсуме, а сарказм в ее голосе можно было черпать ложками, — предлагаю просто передать им десяток-другой свитков Конго Фуса и на этом умыть руки, а вот если захотят большего — договариваться отдельно и без всяких поблажек, на наших условиях.
Смотря на лица высшего руководства селения, я с удовольствием отметил, что противников предложения почти не имелось, не считая нахмурившегося Сарутоби, набивавшего следующую трубку. Но ветеран промолчал, лишь отрицательно покачав головой на вопросительный взгляд главы Юрин.
— Кто считает так же? — просто спросил Сакумо, состроив задумчивую физиономию.
Руки поднял весь Совет без исключения.
— Я принял решение — как союзник, Коноха обеспечит передачу пятнадцати свитков для поимки Нанаби безвозмездно, а условия поиска, получения подходящей печати и процесса запечатывания будут обсуждаться как для отдельных миссий по соответствующим ценам, конкретные детали уточним с посольством, — объявил лидер Конохагакуре и повернулся ко мне, — Рью-кун, сколько времени займет создание требуемого количества свитков Адамантовых Запечатывающих Цепей?
— Если на время отложить заказ Анбу, то около трех недель, — почти сразу ответил ему, накинув себе чуть больше срока производства, — слишком затраты по чакре значительны.
— Официальная миссия от моего офиса будет завтра, — кивнул Хатаке и отрицательно помахал рукой, — Анбу должны пополнить запасы печатей в первую очередь, а Такигакуре может подождать.
— Понял Хокаге-сама.
Против такого расклада я ничего не имел против.
— Собрание окончено, все свободны.
Только и дожидавшиеся роспуска, ниндзя поднялись со своих мест и потянулись к выходу из зала со своими спутниками, тихо обсуждая между собой последствия подобного политического хода. По сути, никого не интересовали проблемы малой деревни, чья поддержка и так обходилась бюджету Конохи в немалую сумму рё, чтобы вкладываться еще и людскими ресурсами.
— Очередное скучное собрание, — вздохнул брат, все время простоявший истуканом рядом и кажется, даже задремавший с открытыми глазами.
— Сакумо-сан решил проявить осторожность, чтобы не потерять политических очков, если его решение главы кланов воспримут в штыки, — пожал плечами в ответ Шенесу, — а так, будущие претензии Такигакуре подрезали единогласно.
— Шенесу дело говорит, — прогудел Чоджи, успевший достать бумажный пакет с сушеным мясом и с аппетитом уплетавший закуску, — учитывая, каким образом Хатаке возвели на престол, это дальновидное решение, прямо показывающее, что интересы кланов учитывают, пусть и не в ущерб Конохе.
— Если бы еще собрания не тянулись так долго, — вздохнул Чоза, сопровождавший отца.
— Радуйтесь, что для вас работа закончена, — скривился глава Яманака на молодую команду Ино-Ши-Чо, — а меня дома ждет еще куча документации.
Трое шиноби переглянулись и мудро решили смыться, пока их не припахали.
Попрощавшись с союзниками, мы с дядей нигде не стали задерживаться, а по крышам устремились домой. Шенесу знаком показал следовать за ним, явно желая обсудить что-то важное, если судить по нахмуренному лицу и в защищенном месте. Добравшись до дома главы и закрывшись в кабинете с активированными барьерами, старший шиноби устало опустился в кресло.
— Итак, я слушаю, — заняв место напротив, вопросительно вздернул бровь.
 
— Пусть сегодня Хокаге обсуждал вопрос по поводу Нанаби, — начал он, подперев подбородок рукой, — но рано и поздно, речь зайдет и о джинчурики в подземельях Анбу — никто не позволит оставить подобное оружие просто гнить в камере.
— То, что Йонби захотят перезапечатать в носителя, верного Конохе, можно даже не гадать, — лениво помахал я, вытягивая ноги и обмякая в кресле, — до конца года, скорее всего.
— То, что из Узумаки нежного возраста получится отличный джинчурики, знают все главы кланов — далеко за примером ходить не надо, — устало потер висок дядя, — я хочу услышать твои мысли по этому поводу.
— Однозначно нет, я не желаю своим детям подобной судьбы, — решительно рубанул перед собой ладонью, скривившись в недовольной гримасе.
— Может оказаться так, что другого выхода не будет и придется выбирать меньшее из двух зол, — вздохнул он, посмотрев мне прямо в глаза, — если носителем биджу станет член Нара, то я еще смогу побороться, чтобы ребенок остался в семье.
— Химавари, — моментально понял, на что он намекал.
— Да, хоть Кейко-сан с дочерью проживают на территории Нара, но не принадлежат к клану и это открывает простор для политических маневров, — скривившись, подтвердил Шенесу, — из которых мы не выйдем победителями даже с поддержкой остальных — джинчурики является слишком жирным кушем, чтобы позволить оставить в семье обычной куноичи.
И Кейко скорее всего согласится, с детства воспитанная и выросшая на пропаганде Воли Огня, в отличие от клановых детей, которым прививаются несколько другие ценности.
— Что ты предлагаешь?
— Кейко-сан становится твоей официальной любовницей и вступает в клан вместе с дочерью с соответствующими документами, — внезапно ухмыльнулся дядя, — будешь у нас как настоящий аристократ.
Я закатил глаза — кто бы сомневался, что он такому развитию событий будет только рад!
— Оформляй, — только и оставалось, что махнуть рукой.
Все, кому надо и так в курсе.
  
Глава 17
 
Мизу но Куни. Остров Костей. Владения клана Кагуя. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя
Благодаря памяти Основы, Хисато вполне разбирался в деле управления кланом и готовился применить имеющиеся знания на практике, но и тут у Кагуя оказалось не все, как у нормальных людей — единственной статьей дохода кровожадных придурков были отчисления с выполненных миссий. Никаких других источников дохода, вроде небольших предприятий, какой-нибудь торговли или тому подобного, чем обычно занимались члены клана, не имевшие таланта к стезе ниндзя или просто желания посвящать себя кровавому ремеслу, у них не оказалось.
Учитывая полным ходом идущую гражданскую войну, этот ручеек оказался надежно перекрыт и в связи с выборами нового главы, часть бойцов даже не промышляла пиратством, из-за чего казна показывала дно. Судя по куцым бумагам прошлого главы, полученным канпеки нингё от пары старейшин — Рисуши и Тайки — Кагуя никогда не купались в деньгах, скорее, были самыми нищими из всех кланов Киригакуре, устраняя критический недостаток финансов грубой силой.
Самая натуральная банда, которую терпели только из-за большого военного потенциала и суицидальных наклонностей во время выполнения миссий — из обладателей Шикотсумьяку (Мертвый костяной пульс) выходили отличные мясные щиты. Тем не менее, полученные знания о ведении дел банды не наполняли казну клана и имевшихся средств должно было хватить только на три недели закупки провизии — основная статья расходов вместе с закупкой одежды. Все остальное производилось с помощью костей, не уступавших по твердости высококачественной стали. Как вообще редкие купцы имели смелось вести дела с кровожадными отморозками, которым зарубить человека проще, чем высморкаться и примерно на том же уровне по моральной дилемме, Хисато решительно не понимал.