Тест-драйв (ЛП)

Мир словно внезапно выключился – не дул больше ветер, не щебетали птицы – единственным звуком осталось лишь постоянное жужжание кислородного баллона.
— Расскажи мне о Дрю, — наконец нарушил тишину Ларри.
— Дрю? Ты только что кашлял кровью и хочешь поговорить о Дрю? — Джастин мгновенно взорвался, словно порох. Он не собирался делать ничего подобного, не желал, но сдержаться просто не мог. — Джой видела это?
— Да. И медсестра из хосписа тоже. Она стала приходить примерно неделю назад. Все происходит быстрее, чем я ожидал.
Нога Джастина бесконтрольно подрагивала вверх и вниз. Он наклонился вперед, надавливая на нее локтем, чтобы обездвижить, но это нихрена не помогло.
Все происходит быстрее, чем я ожидал.
— Насколько? — наконец прохрипел он.
— Пока точно не ясно. Никто и никогда не сможет сказать наверняка. Я уже говорил, как много для меня значила поездка с тобой и Лэндоном вместе?
— Нет. — Джастин покачал головой.
— Ну, значит скажу сейчас. Я…
— Говоря нет, я имел ввиду, что не стану в этом участвовать. Мы не будем сидеть здесь и прощаться!
Именно это и делал папа, спрашивая о Дрю и рассказывая о совместной поездке, а Джастин пока не был готов к такому разговору. Он просто, блядь, не готов. Поднявшись на ноги, парень дошел до ступенек крыльца, но его остановил голос отца.
— Ты ведь знаешь, как сильно я люблю тебя, Джастин? И то, что в нашей жизни появились Шенен и Лэндон, ничуть не умаляет моих чувств. Ты мой сын, независимо от того, как сложились отношения между мной и твоей матерью. Или между мной и Джой. Несмотря на то, что сожалею об исчезновении из моей жизни Лэндона и Шенен, ты ведь понимаешь, что я ни секунды не жалею о том, что вырастил тебя?
Джастин с силой сжал перила. Острый кусок дерева вонзился в палец. Замерев, парень буквально прирос к месту, стоя спиной к отцу.
— Мне не следовало разрывать отношения со своими детьми, но и будучи только твоим папой, я наслаждался каждой проведенной рядом секундой. Наблюдал, как взрослеешь. И ужасно горжусь тем, каким человеком ты стал. Гораздо лучшим, чем я был когда-либо. Я украл у тебя возможность узнать родных брата и сестру. — Голос отца сорвался, дыхание стало прерывистым, но Джастин все еще не мог повернуться. — Лишил тебя отношений с ними. И лишил их отношений с тобой, и все же вы трое здесь. Поддерживаете меня. Ты оставил свою жизнь, чтобы приехать со мной сюда. Знаешь, насколько ты невероятен? Как сильно я тебя уважаю?
Джастин склонил голову, и одинокая слезинка скатилась по щеке. Ему нужно было услышать эти слова. Настолько сильно необходимо было все это услышать, что причиняло физическую боль. Столько раз он задавался этим вопросом с тех пор, как узнал о Лэндоне и Шенен. Хотел ли отец, чтобы Джастин общался с ними все эти годы? Было ли у него больше общего с Лэндоном? Желал ли папа находиться в новой семье вместо того, чтобы жить со своей прежней семьей и женщиной, которую, очевидно, все еще любил? Неважно, что Джастин уже взрослый мужчина, эти тревоги все равно терзали сердце каждый день.
— Не уподобляйся мне, сын. Когда я злюсь или испытываю боль, то сбегаю. Больше всего на свете я мечтаю о том, что у тебя установятся хорошие отношения с братом и сестрой, когда меня не станет. Вы все гораздо лучше меня, и будете нужны друг другу. Шенен и Лэндон любят тебя. Неважно, что они выросли вместе, а ты воспитывался отдельно. Все равно они твои брат и сестра, и любят тебя.
Джастин закрыл глаза, в груди смешались боль и надежда.
— Я тоже их люблю, — прошептал он.
— Знаю, что любишь. И вижу, будто думаешь, что лишний здесь, что тебе не место рядом с ними, но это не так. А теперь садись и расскажи мне о Дрю. Хочу узнать о мужчине, которого ты любишь.
Сказанное было правдой, которую Джастин старался не замечать. Повернувшись, подошел к пустому стулу и сел.
— Наверное, люблю. Не знаю. Не могу сейчас об этом думать.
— А следовало бы. Что бы ни происходило в жизни, всегда находи время подумать о том, что делает тебя счастливым.
  
Джастин посмотрел на отца, удивленный его словами.
— Посмотрите-ка, кто вдруг ни с того ни с сего раздаёт разные жизнеутверждающие советы.
Отец рассмеялся, хрипло и раскатисто. Он тяжело дышал, поэтому Джастин решил заговорить, чтобы дать возможность ему передохнуть.
— Дрю действительно делает меня счастливым. Мне хорошо с ним. Не знаю, как это произошло, но он стал для меня много значить.
— Мы почти никогда не знаем, как это происходит. Люди ведь не планируют влюбляться. Это может быть надежда или возможность, но уж точно не план.
Возможно, он действительно влюбился в Дрю. Но, несмотря на это, разве существовал способ, чтобы у них все получилось?
— Моя жизнь там, дома. Там мое место.
— Твоя мама поймет.
На этих словах Джастин вскинул голову.
— Ты чувствуешь вину, даже если этого не осознаешь. Тебе кажется, что ты предпочтешь это место, этих людей ей, но это не так. Ты не я. Я любил твою мать, но не так, как должен был.
Потому что всегда любил Джой. Джастин знал это и полагал, что мама тоже.
— Это не одно и то же, — добавил его отец.
Джастин покачал головой. Он не мог. Не мог сейчас разобраться во всех этих мыслях и эмоциях, поэтому вместо этого сделал то, о чем просил отец, – рассказал о человеке, который делал его счастливым.
— Дрю владеет спортзалом, представляешь? Начал учиться на юриста, но не закончил, потому что хотел открыть чертов спортзал. Мне нравится его подкалывать на тему здоровой пищи. Он добр к людям и заставляет их чувствовать себя непринужденно. Самостоятельно спроектировал собственный дом. Дрю из тех, кто хорош во всем, но при этом не делает вид, что лучше других. Умеет слушать, живет своей жизнью и просто хочет быть счастливым.
Отец подтолкнул его локтем.
— Кого-то этот парень мне напоминает.
Джастин не был настолько в этом уверен.
Они поболтали еще немного. Парень рассказал, что они вместе ездили на пляж, что Дрю путешествовал по всему миру и рассказывал о поездке в Шотландию. Со временем ответы отца становились все более вялыми и редкими. Когда Джастин понял, что папа заснул посреди разговора, то внутри все сжалось. Еще одна слеза скатилась по щеке, он вытер глаза и поднялся. Вкатил кресло отца в дом. Тот не проснулся, даже когда Джастин поднял хрупкое тело на руки и уложил в кровать.
Его снова затрясло. Хотелось свирепствовать. Разорвать этот чертов мир на части. Все это нечестно. Несправедливо, но разве справедливость вообще существует?
Как только Джой вошла, Джастин сообщил:
— Он кашляет кровью.
— Знаю, — кивнула она.
— Мне нужно идти.
Выскочив за дверь, парень направился к машине. Сумка с формой для сегодняшней смены лежала на заднем сиденье. Джастин вырулил с подъездной дорожки и поехал на работу. Слишком сильно сжимая руль, всю дорогу до ресторана он ощущал, как сердце неистово колотится. И понимал, что на смене появляться не следовало. Но в то же время не мог бросить Ника в безвыходном положении в последнюю минуту.
Припарковавшись на стоянке, парень остался сидеть в машине, пытаясь перевести дух.
Его папа скоро умрет.
Умрет. Все происходящее реально.
А еще отец думал, что Джастин влюблен в Дрю, и, возможно, так оно и есть, но было ли это чувство настоящим? Или оно возникло только лишь потому, что его сердце, настолько разбитое и израненное, цеплялось за единственную вещь в жизни, которая казалась чем-то прекрасным?
От раздавшегося стука в окно Джастин подпрыгнул. Подняв голову, увидел Ника и разблокировал дверь.
— Боже. Ты напугал меня до смерти.
Босс выглядел печальным, а в добрых глазах плескалось сочувствие.
— Джой позвонила Лэндону, а тот связался со мной. Сказала, что ты выглядел расстроенным, когда уходил.
Расстроенным?
— Не то слово. Мой отец кашляет кровью и заснул посреди разговора. Даже не шелохнулся, когда я поднял его и уложил в постель. Думаю, расстроен – это еще очень мягко сказано.