Правильный выбор

— Целоваться в кустах — занятие для юнцов! Ты разочаровываешь меня. Я ожидала нечто более утонченное.
Она старалась сохранить хладнокровие. Но, как раненому зверю, ей хотелось спрятаться и зализать свои раны. Ее не оставляло чувство унижения, но то, что было пережито ею несколько мгновений назад рядом с Реем, было гораздо сильнее. Взгляд его блестящих глаз разжигал в ней ненависть, но, несмотря на это, ей хотелось быть с этим мужчиной!.. Сумасшествие!
  
Тишину нарушало лишь их прерывистое дыхание.
— Ты привередлива, моя дорогая, — медленно сказал Рей, глядя на нее из-под тяжелых ресниц. — И очень легко теряешь контроль над собой. Ты всегда так неразборчива или сегодня — особый случай?
Особый случай?
— Я бы сказала иначе: это ты потерял контроль, — отозвалась Стефани. — Иначе ты не тискал бы меня в кустах как деревенский лавочник.
Глядя на взволнованное лицо Стефани, Рей наклонился вперед, поднял ее ботинки за шнурки и бросил их в воду.
— Зачем ты утопил мои ботинки?
— Они некрасивые.
— Цель всегда оправдывает средства? — Эти слова вырвались вместе со скупой слезой. Они оба знали, что речь идет, конечно же, не о ботинках. Стефани тяжело вздохнула. — Я ухожу! Извинись за меня перед своей очаровательной мамочкой.
— Не стоит идти по гравию босиком. Я тебя понесу.
— Скорее я пойду по битому стеклу!
— Я пошлю кого-нибудь. Пусть скажут моему водителю, чтобы он отвез тебя домой. Но не пытайся сбежать, Стефани! На свете нет такого места, где бы ты смогла спрятаться от меня!
  
Глава 5
 
Отец, как и следовало ожидать, без умолку говорил о невесте-красавице, но она оставляла его слова без внимания. А между тем Стефани была великолепна. Лиф подвенечного платья с квадратным вырезом, украшенный крошечными жемчужинами, напоминал туалеты времен королевы Елизаветы. Узкая юбка с экстравагантным шлейфом подчеркивала тонкую талию и стройные округлые бедра. В этом прекрасном шелке, соблазнительно шуршавшем, Стефани чувствовала себя на редкость уютно. Но что заставило Доминик бессмысленно потратить огромные деньги на этот наряд, ведь она даже не собиралась надевать его?..
Поездка в лимузине, казалось, длилась целую вечность.
И вот, наконец, Стефани стоит перед алтарем вне себя от ярости, медленно повторяя слова обета. Она смотрит на жениха, стоящего рядом, только в тот момент, когда он надевает ей кольцо, этот символ брачных уз. Как плотно сжаты его чувственные губы! В его глазах — ее отражение. Должно быть, ему тоже не сладко, но ведь он сам этого захотел. Когда-нибудь она отомстит ему за боль, причиненную ей…
— Ты собралась? — Рей ворвался в комнату без стука.
Прием в доме его матери был для Стефани тяжелым испытанием, и она до сих пор не могла прийти в себя. Бесчисленное множество незнакомых ей людей, веселая музыка, вспышки фотоаппаратов…
Стефани резко повернулась, поправляя на плечах легкий пеньюар, наброшенный поверх бледно-кремовой комбинации, и запахнула его. Рей откровенно рассматривал ее фигуру.
— Как восхитительно! Застенчивая невеста…
— Невеста, занявшая не свое место, — поправила его Стефани. — По-моему, все только об этом и говорят. Многие считают, что Доминик отсутствовала из-за сердечного приступа, случившегося с ней потому, что она не смогла удержать в руках огромный куш. А вырвала его у нее самым жестоким образом ее собственная сестра!
— Да, наверное, мы попадем в колонки светских сплетен, но только не на первой странице. Мы не настолько важные персоны. Не переоценивай себя, дорогая!
— Это успокаивает, — резко ответила Стефани. — Не называй меня «дорогая»! — Схватив щетку, она запустила ее в волосы и стала их со злостью расчесывать.
— Постарайся взглянуть на это иначе. Подобные сплетни скрашивают людям их однообразную унылую жизнь.
— А вот мне больше по душе жизнь без сплетен. — Стефани повернулась и посмотрела на Рея в зеркало.
— Так ты собралась? — повторил он.
— Собралась?.. Что ты имеешь в виду?
— Собрала вещи? Ведь у нас медовый месяц и мы отправляемся в путешествие!
— Ты что, шутишь? — выдохнула она и засмеялась. — Может, хватит лицемерить?
— Твоя сестра была довольно настойчива; хотела, чтобы все было организовано на широкую ногу. Как она, кстати, отреагировала на то, что компания в конце концов останется у меня? Была рада?
— Я ей ничего не сказала, — призналась Стефани.
— Почему? — Его темная бровь изогнулась.
— Честно говоря, тебе не стоит надеяться, что я проведу с тобой медовый месяц, — проговорила она, оставив его вопрос без ответа.
— Но я как раз только на это и надеюсь!
— Прибереги свой тон всемогущего и всевидящего Бога для тех, на кого он производит впечатление!
— Сейчас я скорее не Бог, а господин… той, кого вижу перед собой. — Спокойный тон давался Рею уже с трудом. — Надеюсь, ты выполнишь свои обязательства, Стефани. Все, до единого пункта! Твоя сестра хотела быть в белом — и ты была в белом платье. Ей хотелось в медовый месяц поваляться на солнышке, и она согласилась родить от меня ребенка…
От этих слов Стефани побледнела как полотно. Дрожащими руками она машинально еще сильнее запахнула пеньюар.
— Я ненавижу загорать.
— Уверен, мы найдем себе занятие. Займемся тем, чем все молодожены занимаются в медовый месяц.
— Ты вульгарен и отвратителен! — Стефани обдало жаром, когда Рей улыбнулся в ответ на ее слова.
— Я так и думал, что ты не собралась, и послал своих людей сделать это за тебя.
— Как ты посмел? — Она задыхалась от волнения.
— Ты когда-нибудь была на Канарских островах? — спросил он без особого интереса. — Кое у кого из нашей семьи там есть родственники.
— Значит, я просто вынуждена ненавидеть эти острова! — Она заскрежетала ровными белыми зубами.
— Вот это мне нравится! Ненавидеть то, о чем даже не имеешь представления!
Служанка появилась именно в тот момент, когда Стефани запустила в Рея первым, что попалось под руку. Щетка едва не угодила ей по лицу.
Рей извинился, а служанка, молодая девушка, смутилась. Но Стефани успела заметить, с каким обожанием та посмотрела на своего хозяина. Ах ты, покоритель женских сердец! Ты еще не то увидишь, подумала она, не желая признавать, что пока он разрушал все ее планы.
— Спасибо, я сама справлюсь, — ответила Стефани служанке, когда та объяснила цель своего прихода.
— Скажи матери, что я помогаю своей жене переодеться! — крикнул Рей вслед покрасневшей девушке. — Кажется, ты порвала его, торопясь скорее снять, — сказал он, поднимая валявшееся на полу свадебное шелковое платье.
— Да, я чуть было не разорвала его в клочья, — демонстративно заявила Стефани. — Но потом решила отдать его в ближайший магазин для бедных.
— Не думаю, чтобы там пользовались спросом свадебные платья, сшитые на заказ.
— Тогда надо устроить аукцион, чтобы собрать деньги для бедных. Богатые, праздные бездельники получат возможность почувствовать себя благодетелями! — выпалила она.
— Миссис Чедвик собирается принимать самое деятельное участие в благотворительных акциях?
— Несмотря на сообщения в газете о нашем бракосочетании, я никогда не буду миссис Чедвик! Вот здесь этого не будет! — Стефани прижала руки к груди, и глаза ее загорелись.
— Что ты хочешь этим сказать? Что ты так печешься о душе? Если да, то не стоит беспокоиться. Меня это не интересует…
Внезапно ее пронзила острая боль. Вот и словесное подтверждение того, что она уже знала и что не должно было так сильно ранить… Так почему же? Отогнав от себя этот вопрос, она вздернула подбородок.
  
А Рей цинично продолжал:
— Ни одна женщина не стоит тех усилий и… чувств, которые тратятся на нее во время ухаживания.
— Даже Пола?
Усмешки его как не бывало.
— Что ты знаешь о Поле?!
Он шагнул вперед, но не тронул Стефани. Вид его за секунду резко изменился: суровое лицо, недовольный взгляд. Он готов был защищать ее. Но почему? В этом-то и была загадка! Можно ли ей было произносить имя его обожествленной жены?