Правильный выбор

— Поддержать?! — изумилась Стефани.
Триумфу, который она ожидала, не суждено было сбыться, и она уже смирилась с этим.
— Я же не могу появиться в обществе рядом с тобой в подобном наряде, — сказал он и дотронулся до своей белоснежной рубашки. — Мы должны быть солидарны.
Он вызвал такси, и они поехали к нему домой. Стефани была совсем сбита с толку. Он открыл входную дверь и, крепко держа девушку за руку, начал подниматься по лестнице, торопливо шагая через две ступеньки.
  
— Что подумают слуги, если увидят, как ты тащишь меня наверх?
— Я не просил их дожидаться меня вечером. Раздеться я могу и один, если, конечно, нет более интересных предложений… — И Рей взглянул на нее с лукавой усмешкой.
— Не торопись! — попросила она, тяжело дыша. Но щеки ее пылали не только от быстрого подъема.
— Мы уже почти пришли, дорогая, — сказал он с сарказмом. Рей подтолкнул Стефани в комнату, а потом плотно закрыл за собой дверь.
— Твоя спальня? — Она огляделась вокруг.
Большая комната, дубовые панели по стенам, роскошная антикварная мебель. Ее было немного — только самое необходимое. Спартанский стиль в сочетании с роскошью, пронеслось в голове у Стефани.
— Наша спальня в скором будущем.
— Еще есть время…
Рей засмеялся.
— Передумать? Вряд ли…
Он развязал галстук, бросил его на кровать и начал расстегивать рубашку.
— Что это ты делаешь? — тревожно поинтересовалась Стефани, когда рубашка полетела вслед за галстуком.
— Раздеваюсь. Ты можешь не смотреть, если считаешь, что это оскорбительно для твоего невинного взора.
Легко сказать: не смотреть! Когда он отвернулся, она с восхищением уставилась на его широкие плечи.
— Если ты посмеешь хотя бы пальцем дотронуться до меня…
Рей, в это время расстегивавший брюки, остановился. Повернувшись к Стефани, он с иронией бросил:
— Моя дорогая девочка, чтобы снять с тебя все эти бесчисленные юбки и майки, понадобится по меньшей мере полчаса. А для моей матери самое главное — пунктуальность.
— И ты всегда ублажаешь мамочку!
— Судя по ее словам, редко. — Он едва заметно улыбнулся. — Бессмысленно раздражать ее без надобности. А ты, по-моему, раздосадована тем, что я не пытаюсь соблазнить тебя?
— Да уж, ты никому не позволишь помешать своему любовному роману с самим собой, — съехидничала Стефани.
На кровати теперь лежали уже и брюки Рея. Да, Рей красив, ничего не скажешь! У него было тело атлета. С раннего детства Стефани часто сидела рядом с матерью и наблюдала, как та рисовала обнаженных натурщиков. А сейчас ее удивляло чувство, возникшее при виде Рея. Это было уже не просто эстетическое любование мужской красотой… Это было нечто иное… За дело взялась природа, в ней заговорила женщина.
А Рей натянул джинсы с дырой на колене, застегнул на тонкой талии пояс, вытащил из ящика майку, напялил ее, а затем надел на голову черную хлопчатобумажную повязку.
— Что ты делаешь, Рей? — изумленно спросила Стефани.
— Одеваюсь к ужину, что же еще?
— Вот так?!
— К сожалению, у меня нет бус… Может быть, ты одолжишь мне нитку из своих?
Она даже представить себе не могла, что он позволит ей идти на званый ужин в таком виде. Конечно, это она устроила демонстрацию пренебрежения условностями, принятыми в обществе, но уж никак не ожидала, что ее действие найдет отклик.
— Что же скажет твоя мать, когда ты появишься в ее доме в таком виде?
— О! Думаю, сказано будет предостаточно, — весело ответил Рей.
Стефани вдруг охватил ужас, когда она представила себя в окружении блестящих аристократов. Наверное, Рей понял это, потому что с усмешкой спросил:
— Но ты ведь этого хотела, не так ли? Или ты надеялась, что я силой стану раздевать тебя?
— Конечно, нет, — торопливо ответила она, и слова ее прозвучали на удивление неискренне.
Смущение и страх девушки росли с невероятной быстротой. В ее воображении мелькали яркие, потрясающие сцены «совращения», порожденные его намеком. Что же с ней происходит?
— Тебе хотелось разозлить меня, но твои попытки привели к обратным результатам. Так что придется скрежетать зубами, но не подавать вида. Никогда не берись за дело, если не готова удерживать свои позиции, — посоветовал он. — И запомни, я из тех, кто не прочь отступить от общепринятых правил.
— Скрежетать зубами, но не подавать вида, — повторила она. — Похоже на рецепт нашего брака.
— Наш брак выгоден… — начал он, проводя рукой по ее волосам.
— Кому? — резко прервала она Рея. Его небрежное прикосновение вызвало в Стефани целую бурю чувств.
— Брак выгоден, по крайней мере, в физическом плане, — сказал он, будто отозвавшись на ее бурные эмоции. Блестящие серые глаза смотрели из-под опущенных ресниц на ее губы, полные, мягкие, розовые и манящие.
Стефани закачала головой, не соглашаясь с ним, но его неожиданный страстный поцелуй стал подтверждением его слов. Этот мужчина действовал на нее подобно наркотику.
— Я говорил вот об этом… — сказал он низким голосом, глядя на нее горящими глазами.
Стефани отпрянула от него, задыхаясь от волнения.
— В мастерстве тебе не откажешь! Ты умеешь целовать, — сказала она, ослабев. А про себя добавила: возьми себя в руки, Стефани. — Не сомневаюсь, у тебя большой опыт. — Последняя фраза прозвучала как насмешка. Она вытерла губы, стараясь забыть вкус его поцелуя.
— Видно, ты тоже в этом разбираешься.
— Как и многие. Да и Доминик говорила…
— Продолжай! Что же говорила твоя сестра?
Стефани глубоко вздохнула. Как он смеет вот так смотреть на нее? Она для него что, очередное развлечение?
— Мне кажется, ты гордишься репутацией знатока в любовных делах. Можешь удовлетворить любую женщину.
— Не знаю, что тебе говорила Доминик и где она это взяла, потому что я храню свою личную жизнь в тайне. Некоторые даже считают, что я чересчур усердствую в этом.
— Зачем Доминик лгать?.. — начала Стефани, но тут же остановилась. Ей вдруг стала ясна причина. Вероятно, Доминик хотелось представить Чедвика в ином свете. Ведь Стефани согласилась бы помочь ей с большей охотой, если бы узнала, что спасает сестру от человека, напрочь забывшего о существовании морали.
— Значит, ты у нас святой. — Стефани попыталась сгладить промашку, но тревога ее все возрастала.
— Как ни странно, это ближе к истине. Я, правда, не давал обет воздержания, но мои отношения с женщинами никогда не строились на обмане. Хотя некоторые особы предпочитают правде ложь. Запомни это!
— То, что ты говоришь, жестоко, — растерянно произнесла Стефани.
— Честность вообще жестокая штука. Интересно, насколько ты можешь быть честной? Если у тебя будет выбор, что ты предпочтешь: присутствовать на званом ужине с моей семьей, где на тебя будут бросать косые взгляды, или самой оценить мои достоинства как любовника? — За его насмешливой улыбкой скрывалась неожиданная серьезность.
— Несомненно, присутствовать на ужине. Сейчас это кажется даже заманчивым предложением, — сказала Стефани, напомнив себе о своей ненависти к Рею. Однако как быстро она о ней забыла!
Он вздохнул с преувеличенным огорчением.
— Очень скоро ты пожалеешь о своем решении, — сказал Рей.
Склонив голову набок, он внимательно, уже в который раз, разглядывал ее наряд.
И тут, к удивлению Стефани, Рей попросил ее поднять руки, что она послушно сделала, и быстро снял с нее три майки, оставив лишь одну, светлую, под которой больше уже ничего не было.
— Вот так тебе будет легче дышать. Да к тому же не стоит скрывать свои прелести. Так ты выглядишь очень даже экзотично и очаровательно.
— Экзотично — да, но вряд ли очаровательно, — ответила Стефани и, покраснев, посмотрела на ноги в большущих ботинках.
  
— Ничего страшного. Ты справишься. Это… твой стиль, — уверенно сказал Рей.
Неужели это комплимент? Стефани удивленно посмотрела на него.
— Ты бросила мне вызов, Стефани! Когда ты узнаешь меня получше, поймешь, что я не могу устоять против вызова. — Его глаза дьявольски блеснули.