Астральный гамбит (СИ)

— Я… Я солгал! Хотел спасти свою жизнь! На самом деле, я вовсе не нарочно задел ту плитку! И граф же сам сказал, что и так все знал! Я не виноват! Спасите меня! Дайте маны!
— Ну, что я говорил? — самодовольно усмехнулся Воронцов.
— Молодой князь, вы обещали! — клещом вцепился в меня Татарчук. — Дали слово!
Дух меня дери, я же и впрямь ему обещал…
«Не делайте сего, сударь, только… — понял мои намерения Фу, но остановить меня не успел: прежде, чем я понял, что мана уходит в пустоту, слилось мерлинов двадцать — в плюс к тем, что и так тащил из меня граф Анатолий. — …зазря потратитесь», — закончил дух.
— Я отдаю, вы не принимаете… — пробормотал я, глядя на Татарчука.
Несмотря на то, что явно был на грани истерики, тот, как ни странно, все понял сразу.
Выпустив мою руку, кадет затравленно огляделся — и зайцем сиганул к Милане. Молодая графиня скрестила пальцы — должно быть, машинально — но щит, понятное дело, призвать не сумела. А тем временем Татарчук уже выхватил у нее из руки кинжал.
Блеснула сталь… Сперва я увидел брызнувшую кровь и успел подумать, что кадет ударил оружием Воронцову. 
Я метнулся к ним — как был, со спящей девицей на руках, но, еще не завершив шага, рассмотрел, что это Татарчук отсек собственный мизинец. 
Взвыв, кадет переложил кинжал в искалеченную руку и отрезал себе уже второй палец, теперь на правой кисти.
— Все! — истошно проорал он в потолок. — Я все сделал, как вы велели! Теперь выпустите меня отсюда!
— Выйдут все одновременно, — совершенно спокойно проговорил на это граф. — После того, как остальные последуют вашему примеру, сударь!
— Но я… Но я же… — Татарчук сунул рукоять кинжала Милане и прокричал девушке прямо в лицо: — Делайте, как сказал граф! Живо!
Воронцова презрительно скривилась, но оружие взяла. Применить его по чужой указке она, впрочем, не спешила.
— Ну же?! — судорожно взмахнув четырехпалыми руками и щедро оросив все вокруг кровью, нетерпеливо подпрыгнул на месте Татарчук.
— Баранки гну, — сухо бросила Милана.
— Прошу вас, молодая графиня… Умоляю… — стоявший спиной ко мне кадет снова взметнул руки вверх — кисти его были уже сплошь черными, не светлее рукава форменного кителя. Я было подумал — от залившей их крови, удивился еще: как такое возможно? Но нет. У Татарчука уже потемнела шея над воротником, затем ухо (лица мне видно не было) — и в следующий миг несчастный вспыхнул ярким белым факелом. 
Еще мгновение — и на месте подлого (как минимум, по происхождению) кадета осталась лишь жалкая кучка сизого пепла. 
Я обмер. Муравьева с фон Ливен ахнули, Воронцова постаралась сохранить невозмутимость, но лезвие кинжала в ее руке заметно подрагивало. 
— А вот и первая потеря, — констатировал граф. — Соглашусь: не особо ценная, но уже следующая будет куда болезненней. Кого же ждет сия прискорбная участь? Молодую баронессу фон Ливен? Или госпожу Муравьеву, немало потратившуюся на бессмысленную маскировку? Будем делать ставки — или таки займетесь вашими пальчиками, как завещал вам покойный господин Татарчук?
Милана приподняла руку с кинжалом и резким движением стряхнула с лезвия кровь погибшего кадета — словно не желая, чтобы та смешалась с ее собственной. Но затем снова опустила оружие.
— Мне кажется, вы пытаетесь тянуть время, — недовольно заметил на это ее отчим. — Неужели надеетесь на привязанный портал? Напрасно! Метка-то активируется автоматически, но мана для сего действа все одно потребна. А вы своей нынче — не хозяева!
«Что? — не понял я. — Страховочный портал Терезы не откроется?»
«Граф прав, — пробурчал Фу. — Для наведения привязанного портала должна сработать метка. Происходит сие само собой, в условленный срок — но требует маны».
«То есть что, мы пропали?! Остается лишь сдаться на милость Воронцову?»
«Не совсем так, сударь. Думаю, что, пожалуй, смог бы направить ману на метку…»
«Хвала Ключу! — отлегло у меня. — Погодите, — сообразил я тут же. — То есть вы и Татарчука могли спасти, дав мне его подзарядить?»
 
«А он того стоил? — хмыкнул “паук”. — В любом случае, у меня будет всего одна попытка, — не дав мне ответить, продолжил дух. — Похоже, я нашел уязвимость в сей ловушке, но стоит ею раз воспользоваться, как дырку тут же прикроют. Так что, подпитав господина Татарчука, я уже наверняка не смог бы включить метку. Погибли бы все — только позже. Ну, или успели бы сдаться — что для большинства из вас, как я подозреваю, ничем не лучше мгновенной смерти».
«Ладно, допустим, — бросил я, гоня прочь лишние мысли. — Но метку вы включите?»
«Думаю, сумею сие сделать, сударь. Но есть один нюанс…»
«Что опять такое?»
«Большая часть маны все равно уйдет мимо — в лучшем случае я сумею отсечь лишь двенадцатую часть. А у молодой баронессы к моменту открытия портала и так останутся крохи. Так что при срабатывании метки госпожа фон Ливен неизбежно провалится в минус — с понятными последствиями».
«Нет, не годится, — отрезал я, в ужасе покосившись на прах Татарчука на полу. — Нужно придумать что-то другое!»
«Иных вариантов нет, сударь»,
«Как это нет?! Давайте я просто открою новый портал! — пришло мне в голову. — Я не умею, но вы сделаете это за меня — я уступлю контроль! У меня же маны хватит? Используем вашу попытку на это!»
«Мы все еще в подвале, сударь. Отсюда портал не открыть — только сюда».
«Тогда… Тогда… Тогда пусть сработает мое Зеркало! — придумал я. — Ловушка же тянет из меня ману — прям как тогда молодой граф Петр! Так пусть Зеркало ответит — и спалит всю западню к духам!»
«Я рассматривал сию возможность в первую очередь, сударь — увы, ничего не выйдет. Зеркало уничтожит первый контур ловушки, но имеется второй, а возможно, и третий. Граф Анатолий подошел к делу серьезно, да. Если сжечь первый контур, второй не позволит нам развить успех».
«Но тогда…» — я запнулся: больше ничего путного на ум мне не шло.
«Отсроченный портал — ваш единственный шанс, сударь. Да, молодая баронесса погибнет — но остальные спасутся. В любом же ином варианте… Не думаю, что граф Анатолий намерен оставить в живых кого-то, кроме царевны Златославы. Ну и, возможно, Миланы. Остальных он убьет. Или обратит в холопство».
«В холопство?!» — ноги у меня едва не подкосились.
«Думаю, вас все же убьют», — «успокоил» меня фамильяр.
«Но… Но… — я судорожно искал приемлемый выход — и не находил его. — Но ведь, чтобы помочь Терезе активировать метку, вам придется ей открыться?» — спросил, так ничего и не придумав.
«Не проблема, сударь — пусть сие прозвучит цинично, но молодая баронесса уже никому ничего не расскажет».
«А если она откажется вас к себе допустить?»
«Тереза фон Ливен? Откажется? Когда вы о сем ее попросите?!»
«Это подло!» — убито выдохнул я.
«Сие рационально, сударь. Позволит спасти несколько жизней, пожертвовав одной! Которая и так обречена!»
«Почему нельзя пожертвовать моей?!»
«Потому что страховочный портал подготовила молодая баронесса».
Я выругался — так, как не выражался, наверное, никогда в жизни. Причем, сделал это вслух, пусть и вполголоса.
«Весьма образно, сударь, — буркнул Фу. — Но время идет!»
Я поднял голову и увидел, как Воронцова заносит кинжал над своим левым мизинцем.
— Стой! — само собой вырвалось у меня.
— Иного пути нет, — спокойно проговорила девушка и стремительно опустила клинок на палец. — О, духи, как это больно без магии! Сударыня, — с перекошенным лицом повернулась она к Муравьевой, — вы не поможете мне со второй рукой? Боюсь, сама я не справлюсь…
 
— Мы сдаемся? — прищурилась Маша, не спеша брать протянутый ей кинжал.
— Увы, — вздохнула Милана. — Я переоценила свои силы… Или недооценила графа. Простите, что втянула вас в эту авантюру — но теперь попробую вытащить. У меня найдется, что предложить отчиму — но сначала нужно выйти отсюда.