Виновник завтрашнего дня (СИ)
Сейчас он её так накурит, так напоит, что с неделю сидеть на заднице не сможет. Сама потом будет шарахаться от него, возненавидев всеми фибрами души.
Нервно схватившись за руль, всматривался в освещенную фонарями дорогу и словно ненормальный, мчался по ночному городу.
Внутри… а что там? Да распирало его. Вот-вот взорвется. И что самое интересное, ждал этого момента. Вот не хватало ему толчка, чтобы слететь с тормозов.
Целый вечер ходил сам не свой, не имея возможности выплеснуть скопившийся после встречи с Гордеевым негатив. Даже секс не помог. Не расслабил. Не снял с мышц звенящее ощущение натянутости. А Влада смогла, подвела к самой черте. Если сейчас ещё удумает взбрыкнуть — хана ей и всем, кто попадет под горячую руку.
Ну почему среди десятков клубом, она выбрала именно «Ажур»? Из-за Олега? Пригласил или сама решила?
Со всей силы увалил по рулю, не обращая внимания на запредельную скорость.
А если ещё и курит!!!
— Твою ж мать, а! — в сердцах шибанул ладонью по колену. — Придушу на месте. П*здец тебе, Ладка. Самый лютый. Юрас, — набрал охранника, разведывая обстановку, — ну что там?
Телохранитель выругался, видимо, пребывая в том же состоянии, что и он.
— Да хреново всё. Сейчас жрут у бара эту… как её… бл*дь… текилу, о! Облизывают друг другу руки и херачат лайм, как потерпевшие. Лёх, ты это… давай быстрее, иначе я пере*башу тут половину клуба…
Лёшка в сердцах отключился, пролетев на красный. Чувствовал себя, будто в тумане. Словно это он нажрался и сейчас именно его бросало в разные стороны. И ведь ничего плохого не произошло. Отрывается девочка, освобождается от негатива. Каждый по-своему расслабляется.
Накрыло. Ни с того, ни с сего переклинило. Не стал внедряться в причины, не когда было. Но когда понял, что девчонки нет дома — будто с цепи сорвался.
У входа в клуб сумел-таки взять себя в руки и вернуть прежнюю невозмутимость, хладнокровие. Ни к чему устраивать представление да ещё в заведении Олега. Спокойно, насколько это возможно, заберет свою Владку и самолично утопит в ванной. Вот тогда и оторвется, получив истинное наслаждение.
Набрав полные легкие воздуха, расправил широкие плечи и неспешной походкой вошел в помещение.
Некрасову со всей п*здобратией заприметил ещё издали. Настолько разношерстным выглядело её окружение, что сразу бросалось в глаза. Были тут и выпирающие из короткого топа буфера, и фиолетовые волосы, и коротко стриженая Чистюхина и патлатый мудила. Его Лёшка запомнил больше всех. Ещё бы. Ведь это он разъезжал с Владой по кладбищам, был поверенным всех её тайн и мечтаний, а ещё… дрых с ней на одной кровати.
Ядовито оскалился, мазнув по парню недобрым взглядом. Час от часу не легче. Не скрылось от него, как Мироненко шепнул что-то на ухо пошатывающейся Владе, и как та рассмеялась, запрокинув назад голову, а потом лизнула ему внешнюю часть кисти, приправив влажную кожу губ россыпью соли.
От подобного зрелища передернуло. Так шандарахнуло, что двести двадцать вольт нервно покуривали в сторонке. Этот разряд был такой мощности, что из ушей повалил пар.
Переместил взгляд на Владу и в который раз восхитился её красотой. Прошелся по идиальной, заключенной в обтягивающий комбинезон фигурке, неосознанно огладил безупречную грудь и на мгновение подзавис.
Музыка грохотала, давила на мозги битовкой, мыслей своих не слышал, а вот непривычное раздражение вперемешку с легким возбуждением чувствовал особенно остро.
Мелькающие от стробоскопов лучи придавали перламутровой коже девушки загадочное свечение. Нереальное. Мистическое.
Внезапно, что-то такое всколыхнулось в груди, не сказать, что неизведанное, просто… давно забытое. Не впервой. Было уже так. И когда обнимала его у себя в комнате. И когда он прижимал её к себе в машине. И вот… снова, полыхнуло.
И уже не так раздраженно прошелся по ней пристальным взглядом. Обласкал густые волосы, пышными волнами струившиеся по спине и даже мысленно зарылся в них пальцами, до пробирающей до костей реальности ощутив прикосновение шелковых локонов к шершавым ладоням.
Чё-ё-ёрт, сжатые в карманах кулаки ощутимо дрогнули, а сердце… гулко забилось в груди, разгонная кровь до запредельной скорости. Странно…
Неожиданно Владу повело, и она, что бы не упасть, ухватилась за Сеню. Тот прижал её к себе, поддерживая, и сказал что-то такое, отчего девушка рассмеялась.
Лёшка вздрогнул, выйдя из ступора и отыскав глазами Юрку, указал на выход. Всё, пора. Ясно, что сейчас с Некрасовой бессмысленно вести воспитательные работы, но положить конец развернувшейся попойке можно.
— …Сень, ну ты как скажешь! — продолжала посмеиваться девушка, и не думая отлипать от одногруппника. — Любой девушке нравятся цветы. Лю-бой… — скривилась, проглатывая дольку лайма. — Подари фургон роз и увидишь, что будет…
— И что-о-о бу-у-удет? — по-глупому протянул Мироненко, и вся компашка по-идиотски заржала, что натолкнуло на мысль о всё-таки выкуренной травке.
— Секс! — заорала Чистюхина, запрыгнув на него сзади.
Влада выскользнула из-под его руки и, пошатнувшись, ухватилась за стоявшего позади мужчину. Он ловко подхватил её, и достаточно грубо прижал к себе.
— Ой, — глупый смешок, — ик… извините… — недоуменно изогнула брови, обнаружив, как переплетенная крупными венами рука обвилась вокруг её талии и хотела уже всыпать обнаглевшей морде по первое число, как неожиданно обмерла, разглядев в ней любимые черты. — Лёшка?!..
Это глюк или вправду он? Обещала ведь напиться до белочки, дабы упасть в полубредовое состояние, но не настолько же быстро.
В драбадан пьяная, колышущаяся от малейшего качка воздуха, плюнула на всё, повиснув на крепкой шее.
— Лёшка-а-а… — протянула счастливо. Думать будет потом. Главное, бог услышал её молитвы и обрушил на неё Гончарова. От этой мысли рассмеялась. Да так, что, если бы не удерживающие руки, согнулась пополам. — Лёшка, ты… ахаа-ха-ха… ты… ой… не могу… ну-у-у, не будь бякой… расслабься… здесь все свои, правда, ребят?
Все оторопело наблюдали за её реакцией, не понимая, кто такой Лёшка и откуда он взялся. Тася осушила залпом свою текилу, и пока Ника смотрела во все глаза на незнакомца, скомуниздила и её порцию. Блонда ведь не в курсе, кто заявился к ним на огонёк, а Таська знала и искреннее переживала за исход. Если сейчас Владка не угомонится — вряд ли Гончаров воспылает к ней страстью. По окаменевшему лицу было видно — лучше ей захлопнуть варежку, и смирено отчалить домой.
— Пошли домой! — рявкнул, чувствуя, как тусившаяся возле барной стойки молодёжь принялась с любопытством наблюдать за разыгравшимся представлением. — Быстро!
— Ууу, какие мы злые… А не хочу я… — насмешливо высунула язык, продолжая угорать. — О, давай потанцуем? — повисла на шее, принявшись зажигательно вилять бедрами. — Я тебя нашел, нашел, я так тебя искал, — начала подпевать зазвучавшему треку. — Я тебя нашел, нашел среди пустых зеркал….
Я тебя нашел, нашел, я так тебя искалЗнаю, что ты хочешь, чтоб тебя не отпускал… [1]Поддавшись сиюминутному порыву, прошлась ладошкой по небритым щекам, упиваясь колкими ощущениями на коже, впервые очертила упрямый подбородок, обласкала высокие скулы, слегка впалые щеки. Прижаться бы к ним носом, вобрать в себя только одному ему присущий аромат опасности и забыться… забыться в сильных руках, отдавшись во власть похотливого влечения.
Лёшка стоял, окаменев всеми группами мышц, и не сводил потемневших глаз с её пьяных, до наивности нелепых движений. Когда ты трезв, всё воспринимается совсем по-другому. Понимал, что Влада не отдает отчёта своим действиям, что мстит за проявленный им игнор, наказывая в первую очередь себя, но потакать её причудам не входило в его обязанности. Отвечать за жизнь — да, во всем остальном — извиняйте, не его обязанности. Ему, по-сути, должно быть равно. Есть Юрка, профессионал своего дела, вон, трется у выхода, недоумевая, какого хрена шеф приперся сюда посреди ночи, да ещё панькается с его подопечной.