Олигарх 6 (СИ)

Русским пришлось уйти с Амура, Албазин был срыт. Границу провели по реки Аргунь, до её слияния с Шилкой, затем по Шилке и её притоку Горбице, а затем по горам.
Тут-то и была собака зарыта.
Где там какие горы проходят и тем более их отроги, никто толком не знал. Река Уда и Удский острог точно русские, дальше в низовьях Амура всё непонятно.
Маньчжуры, которых теперь русские называли китайцами, получали право ставить пограничные знаки на левом берегу Амура и почти везде это было единственное, что говорило об их присутствии в здешних местах.
  
Единственным маньчжурским укреплением пунктом на Амуре был Айгун в среднем течении Амура, да еще присутствовал небольшой пост после поворота Амура на северо-восток.
В 1727-ом году был заключен еще один договор — Кяхтинский, он уточнил западную китайско-русскую границ, упорядочил торговлю с Китаем и юридически оформил существование в Пекине Русской духовной миссии.
Вот после этого и начался расцвет Кяхты. Самые лучшие сорта чая в Европу попадают именно через Кяхту. Здесь начали пить и продолжают это делать, такой чай, какого в том же Лондоне пока еще нет. Обороты торговли такие, что пока это чуть ли не самый весомый источник пополнения бюджета империи.
Цинский Китай кажется еще достаточно сильным и могучим, но его дни уже сочтены и он стоит на пороге страшных потрясений.
Много веков торговля с Китаем была для Европы убыточной, китайцы требовали за свои товары только серебро и золото, отказываясь открывать свой рынок для европейских товаров.
Но в конце 18-ого века англичане нашли средство как изменить баланс торговли с Поднебесной в свою пользу и это средство называется опиум.
Торговля этим наркотиком, на который Китай начал стремительно подсаживаться последние шестьдесят лет целиком была нелегальной, её вела Британская Ост-Индская компания при полнейшей поддержке всех правительств Великобритании за это время.
И вот историческое событие свершилось. Два года назад был достигнут положительный торговый баланс в торговле с Китаем.
Год назад отменяется ост-индская монополия на торговлю с Китаем и тут же всплеск завоза опиума в Поднебесную.
Счет опиумных наркоманов по всей стране начинает идти на миллионы. Это зло поражает все слои и сословия Южного и Срединного Китая, проникает в среду чиновников и армию. Даже в наших краях уже есть на той стороне опиумные наркоманы и в редкую стёжку эта публика появляется и в Кяхте.
Воспрепятствовать этому я не могу никоим образом, но сыграть на знание истории предстоящей первой опиумной войны вполне можно.
Мои ставки на дату достижения положительного торгового баланса и вероятность отмены монополии Ост-Индской компании сыграли. Что было очень кстати, кубышка значительно пополнилась.
Денежные мешки Лондона чуть ли не пинками начинают толкать своё правительство на путь силового решения «китайского» вопроса: отмены «изоляции» Китая и захвату какого-нибудь острова у его побережья как оплота свободной коммерции.
Эта «деликатнейшая» миссия поручается Уильяму Джону Нейперу, 9-ому лорду и барону Нейперу.
Друг семьи Нейпера, министр иностранных дел лорд Палмерстон, назначает его первым главным суперинтендантом торговли в Кантоне.
Прошлым летом Нейпер прибывает в Китай и прет буром на китайского генерал-губернатора. Время таких разговоров с китайскими чиновниками еще не пришло и лорд послан очень далеко.
После этого он, будучи самоуверенным и неграмотным профаном в дипломатии и коммерции, решил своей властью начать войнушку.
Два имеющиеся в его распоряжении фрегата немного безуспешно повоевали, но получили отпор и ретировались. Лорд-неудачник заболел тифом и осенью 1834-ого года умирает в Макао, порткгальской колонии в Китае.
Я не мог упустить такую возможность и моя ставка на проигрыш Нейпера была чуть ли не единственной и на мой взгляд на ровном месте я выиграл кучу денег и в клубе и на бирже.
Самое интересное, что я понятие не имел об этой авантюре и её исходе. Но я рассудил очень просто.
Если бы сей джентельмен был успешен в своих наездах на Китай, но опиумная война возможно и не произошла. А так как она точно была, значит лорд Уильям потерпел неудачу.
Денюжку я поставил на это дело небольшую, но для тех кто топил за успех Нейпера вопрос был принципиальный и их было достаточно много, поэтому мой выигрыш в клубе оказался на удивление большим, а затем еще подоспел и подсчет итогов биржевых игр.
Авантюра Нейпера принесла мне в итоге огромную кучу денег и непреходящую ненависть лорда Палмерстона, который теперь будет мне «гадить» в меру своих сил и возможностей.
Война теперь по общему мнению неизбежна и весь вопрос когда она начнется.
У Китая финансы откровеннейшим образом поют романсы и я решил на этом сыграть предложив властям Поднебесной отдать мне в аренду чемодан без ручки: Приамурье, Приморье и Китайскую Даурию.
Сделано это было через друга детства шурина Василия Петрова — Кирилла Петровича Аксенова, который конечно действовал через друга своего детства, родственника императорского фаворита.
Полностью действовать на свой страх и риск я в этот раз не решился и Государь получил мой меморандум в котором подробнейшим образом изложен весь вопрос и есть просьба о его высочайшем разрешении.
Михаил Дмитриевич наверное нажил себе кучу недоброжелателей, добывая для меня тексты русско-китайских договоров.
Государь поступил именно так, как я и ожидал. Он не сказал ни «да», ни «нет», но Бенкендорф известил меня о получении моего «творения».
Золото, которое от меня будут получать китайцы, конечно будет разворовано и скорее всего уйдет англичанам в качестве платы за опиум. Но надеюсь, что хоть пару оплеух Поднебесная на эти деньги спесивым сынам Альбиона сумеет организовать.
К предполагаемому броску к океану через Амур мы готовимся, но и сейчас мне самое важное знать удастся ли уломать китайцев на аренду нужных мне земель, пока аренду.
Кирилл Петрович действовал очень осторожно и похоже никто из посторонних пока ничего не подозревает.
Готовясь к предстоящему, я по памяти составил карту Амурского бассейна, а Василий по мере возможности её детализировал и уточнил. Вместе с Кириллом они нанесли на неё практически всю имеющуюся у нас информацию и получилось очень наглядно и информативно.
Петр Кириллович Аксенов был единственным человеком посвященным в тайную миссию сына и как мог помогал ему.
Закончив чаепитие, а в этих местах это просто какое-то священное мероприятие, мы начали наше секретное совещание, которое возможно будет иметь судьбоносное значение для Дальнего Востока.
Кроме Аксеновых и меня в нем будут участвовать, два Ивана и Ян Карлович.
Доклад Кирилл Петрович сделал очень подробный и он получился достаточно долгим — почти полтора часа. Вопросов никто не задавал, я сразу же предложил их отложить на потом.
Переговоры естественно шли не на прямую с императорским фаворитом, а с лицом им на это уполномоченным и судя по результатом, у него были большие полномочия.
Кирилл с ним имел одну личную встречу в монгольской Угре две недели назад. Маньчжурский переговорщик ждал в каком-то секретном месте в её окрестностях и разговор был тет-а-тет без свидетелей и переводчиков.
Собеседник Кирилла представился господином Го. Это был седой, худощавый мужчина лет сорока, одетый как простой маньчжурский офицер.
Мундир на нем сидел вполне естественно, явно был не первой свежести, но чистенький и опрятный.
Кирилл свободно говорит на китайском и маньчжурском, а господин Го продемонстрировал почти совершенное владение русским языком и российских реалий. Например он знал кто такой светлейший князь Новосильский.
  
Но главным было то, что маньчжурским переговорщик отлично знал реалии современной империи Цинь.
Я читал о трудностях переговоров с китайцами, а в Петербурге дважды встречался с теми кто имел личный опыт и рассказ Кирилла меня поразил.