Владыка Нового Мира 2 (СИ)

— Понял! — кивнул Удальцов, развернулся и похромал в обратном направлении. — Ну вас нахер…
— Благородие!
— Да, Владыка⁈
— Поверни на меня фонарь!
— Сделаю, Владыка!
Вз-з-з! — Шампурелла портировалась прямо на забор; в самую гущу колючей проволоки. Затем свернула фонарю шею так, чтобы моя тень падала на ангар и, — Вз-з-з! — вернулась обратно.
— Спасибо! А теперь бегом к гоблинам, — я указал на соседний ангар. — Судя по всему они там.
  
— Что нужно делать, Владыка?
— То, зачем мы сюда ехали! Освобождай их! Рассказывай о Разящем Весле, Владыке и городе-стоянке! Вперёд-вперёд!
Увлекая за собой Маргариту Арсеньевну, которая от одного вида свиноподобного монстра впала в праведный ахер, гоблинша побежала исполнять. Мне же не оставалось ничего другого, кроме как принять бой.
Заплясали тени, замелькало весло. Сперва отбиваться было даже слишком просто, но спустя какое-то время свинолаки разорвали стену ангара и хлынули на меня целой толпой. И вот тут-то мне пришлось потно; за раз приходилось следить как минимум за тремя противниками.
Вообще, крушить монструозные рожи — занятие медитативное. Вот и я немножечко ушёл в себя. Думал о том, что с момента попадания впервые нарвался на серьёзного противник. Та же Хозяйка помножилась на ноль легко и просто, можно даже сказать «мимоходом». А вот этот старичок оказался силён настолько, что заставляет меня превозмогать.
Но! Это не самое главное. Самое главное то, что этот хрен у Бахметьева… может и не на побегушках, но уж точно на службе.
И сколько у него ещё таких же талантливых кадров припасено? Не поспешил ли я огрызаться на столичных игроков? Может, стоило всё-таки остаться в Новом Саду, продолжить укрепляться там и до поры до времени не светиться? Говорю как на духу: слабо себе представляю, чтобы Разящее Весло пережило атаку пятерых-шестерых таких вот одарённых дедушек.
Я-то да. Я-то переживу. А вот моя паства? Что станет с божественной сущностью, если некому станет в меня верить?
Из этих не самых радужных размышлений меня вырвал мокрый такой, сочный чвяк. Парочка самых ближних ко мне свинолаков буквально взорвалась. В воздухе повисло облако мелкодисперсной крови, а невдалеке Женёк, пытаясь остановиться, прыгал на одной ноге.
— Не надо!
— Я помогу!
— Не надо, говорю! Не лезь!
Но Удальцов упрямый. Развернулся, прихрамывая шагнул раз, два, три, затем опять перешёл на свои одноногие поскакушки, чуть разогнался, будто кошак вытянулся в прыжке вперёд, перекувырнулся через голову и…
— Ну охренеть теперь.
…и будто смертоносный колобок покатился прямо на толпу свиномонстров. Чёрт! Очень надеюсь, что в качестве личного артефакта ему достанется золотое колечко, а в качестве боевой формы синий латексный костюм. Соник херов. Хеджыхог.
Чвяк! — ещё один свинолак разлетелся на кусочки от удара энергетического щита, а Женёк покувыркался дальше.
— Стой! — и дальше. — Удальцов, собака, стой говорю! — и дальше.
Женёк явно не понимал куда он катится, — и как бы его после такой нетривиальной актробатики не вытошнило. В конце концов он прорвался сквозь ряды монстров, подскочил на случайной кочке, взмыл ввысь и проделал в ангаре аккуратное круглое оконце.
Я же сперва вознегодовал. Сперва в голову мне пришли мрачные мысли о том, что я сейчас не успею прорубиться сквозь свиней внутрь, и Женька внутри попросту разорвут на части, но…
Гнев мой довольно быстро сменился на милость. Ни через дверной проём, ни через сделанную монстрами прореху я до сих пор не видел виновника всего этого торжества. А вот через «окошко» Женька увидел.
Старый хрен стоял в загоне посреди свиней с закрытыми глазами и медитировал. Но главное, что в рожу ему бил свет фонаря, — того самого, что немногим ранее развернула для Шампурелла. Ну вот и всё, стало быть.
— Аф-аф, — прошептал я и сложил из пальцев волчью голову…
Столица. Штаб-квартира Младших Сыновей
— Вы ведь уже связались с господином Бахметьевым, верно?
— Само собой.
— Что конкретно сказали?
— Что мы не при чём. Что всё по-старому, договорённости в силе, а происходящее в городе — подлог и грязная инсинуация.
— Наместник поверил?
— Сказал, что удивлён и ждёт доказательств. Вот только… кхм… только я не уверен, что они ему понравятся.
— То есть?
— То есть как Борис Степанович отреагирует на то, что мы добыли их путём взлома его драгоценной системы камер слежения? Это же его гордость. И гордость, получается, уязвлённая. Вряд ли обрадуется.
— Это смотря как подать. Мы же с ним почти друзья, верно?
— Верно.
— Во-о-о-оот. А друзья иногда делают друг другу подарки. Вот и мы великодушно укажем наместнику на несовершенность его системы. Не насмехаясь, а именно что по-дружески. Устроим встречу. По обмену опытом, так сказать. Пусть наши спецы объяснят его спецам, где и в чём те ошиблись.
— Попробуем.
— Конечно, попробуем. Так! Смотрим: вот этот бессмертный чудик в «Регалии»… тут лучше всего видно лицо. Вот он у казарм, вот у арсенала, а вот у дома Бахметьева. Как именно поджигает непонятно. Пиромант?
— Что-то не очень похоже.
— Да не важно! Важно, что таких совпадений не бывает. Понять бы теперь ещё, кто он такой и откуда взялся…
Бах-бах-бах! — раздался стук в дверь.
— Ваше Сиятельство, разрешите доложить! На свиноферму Бахметьева напали!
— На свиноферму?
— Ну… на ту самую.
— Хм…
— Я сейчас же выведу трансляцию на экран, если вам интересно.
— Ну конечно же мне интересно!
Экран моргнул, и одна картинка сменила другую.
— А что насчёт звука?
— Сию минуту, Ваше Сиятельство.
— Вы свободны! — прокричала гоблинша. — Отныне вы вольны делать со своей жизнью всё, что вам заблагорассудится! Но зачем бороться в одиночку и выживать, когда теперь можно жить по-настоящему⁈ Теперь мы действительно можем вернуться домой! И вы даже представить себе не можете, как там всё изменилось! Болотные кланы объединены и теперь сильны, как никогда! А еще Владыка — защищает!
— Ах, — прокатилось по зеленокожей толпе.
— А теперь скажите мне! Кто согласен пойти за Владыкой⁈
  
Глава 11
 
Её Благородие Шамурская повела гоблинов, потому что была для них «своей» и наиболее походила на лидера восстания. Карякина пошла вместе с ними по причине активизма, — боролась, напоролась, и надо бы теперь придерживаться своих ценностей до конца. Женёк пошёл потому, что окончательно уверовал в гадание и пускал на Карякину слюни.
Что ж… в добрый путь! А я всё это, признаться, мотал.
Пешком? Несколько сотен километров? По лесам и полям? Без толкового снаряжения? Не-не-не, спасибо. Владыка сделал своё дело, Владыка может отдыхать. Столь длительный турпоход в компании гоблинов, — пускай и городских, — мне вообще не улыбался.
Женёк с Шампуреллой отныне серьёзные боевые единицы, и потому если что смогут постоять за себя в пути самостоятельно. Мне же нужно было как можно скорее ехать в Новый Сад. Если я всё правильно рассчитал, то вернусь впритык к балу Садовникова, а там уж и восстание начнётся. Или не начнётся. Как минимум после обнародования письма князя про национализацию, стартует первый раунд брожения умов, а там посмотрим.
Так вот…
Времени на напутственные слова и долгие прощания не было. Я покинул свиноферму в тот самый момент, когда гоблины решали судьбу свиней. То ли взять их в качестве ездовых животин, — ну да, ну да, — то ли в качестве провианта, а то ли… то ли навьючить часть свиней останками других свиней.
  
Добрейшей души ребята, блин. Как мне кажется, от созерцания такой процессии сам Сатана начнёт улыбаться и трогать себя в срамных местах.
Во-о-о-от… Я же прошёл по всё ещё беспокойному городу до гостиницы, забрал вещи и был таков. Рудольф всё это время тусовался в собачьем питомнике на окраине города, персоналу которого был выдан флакончик с жабьими феромонами, инструкция по уходу и бессовестное количество денег за молчание.