Еврейская нота

Самая простительная зависть – это: у тебя есть больше, а у меня меньше – я хочу, чтоб у меня тоже было столько, сколько у тебя. Белая зависть.
Обычная зависть: у тебя есть больше, а у меня меньше – я хочу, чтоб у меня было больше, чем у тебя.
Черная зависть: у тебя есть больше, а у меня меньше – я хочу, чтоб у меня было как у тебя, а у тебя – вообще ничего.
Смертная зависть: у нас всего поровну – так пусть у меня будет много, а у тебя ничего.
Еврейская зависть: у меня есть много, а у тебя мало – так вот пусть у тебя даже этого малого не будет.
Лично никогда не встречал, но сам факт печалит. Автор сентенции явно имел дело с юристами и ростовщиками. Милый пиар у евреев.
Максима
Именно потому, что репутация евреев во мнении многих народов и многие века была столь низка, презренна и позорна – ты обязан поступать только самым безупречным, самым достойным, эталонным образом. Тень твоих пороков ложится на весь народ. Любой твой проступок подтверждает худшие подозрения об евреях. Твоя коллективная ответственность неизбывна и неотменима, несмотря ни на какие лозунги политкорректности и гуманизма. Тебе надо быть лучшим, чтобы не быть худшим.
Антисемитизм
Не было бы антисемитизма – не было бы давно и евреев. Это просто, понятно и старо. Внешнее давление антисемитизма отграничивало и выделяло евреев как группу, и эту группу обжимало, сплачивало и побуждало к сопротивлению.
Человеку как существу групповому потребно противопоставлять свою группу чужой. Группа актуализируется и структурируется именно в отделении себя от другой группы и каком-либо противопоставлении ей. В нахождении или создании каких-либо групповых отличий.
Любить своих и ненавидеть чужих – основа социальной структуры человека. А если чужих нет – их надо найти или создать.
Это – социальный инстинкт. Это аспект эволюции – биологической и социальной. Стремление к видовому единству, к генетической близости внутри группы – и стремление к усложнению и многообразию вида путем создания разных групп, отличающихся друг от друга. Тем самым повышается устойчивость всего вида при непредсказуемых переменах среды обитания: – особенности какой-то группы дадут ей наибольшее преимущество в выживании и дальнейшей передаче генов. (Так что «ксенофобия», используя сленг леваков и глобалистов – это проявление естественного инстинкта самосохранения генетического фонда группы – и естественного эволюционного давления, направленного в сторону разнообразия групп.)
Гонения выбивают слабых, ассимилируют в окружающем народе неустойчивых – и закаляют сильных в результате такого естественного отбора. Жестокого, но полезного.
Антисемитизм – это налог на живучесть и талант.
Антисемитизм – это своего рода социальный балансир, уравновешивающий групповые преимущества: те самые ум, образование, жизнелюбие и жизнестойкость, и пр.
Там, где нет евреев, не любят кого-нибудь другого: ирландцев, шведов, поляков, корейцев… крайний найдется всегда. Просто в христианских странах – евреи всегда были под рукой и отличались больше других: они даже не христиане, и суббота у них вместо воскресенья, и не желают жить, как все люди, и язык не такой, и вообще не такие. Ну, так чего вы хотите. Потом осталась традиция, историческая память и т. д…
Еврейская самоненависть
Все смуглые, черноволосые, мелкие народы норовят реконструировать историю в том направлении, что их предки были – светлокожие рослые блондины. Таков стереотип коллективного подсознательного белой расы и всех, кто имеет претензию к ней принадлежать, включая греков и итальянцев.
Белокурый Давид не дает евреям покоя. Горбатый нос, черные курчавые волосы и карие глаза не всем внушают чувство прекрасного. Короче, согласно старому замечанию, нет худшего антисемита, чем только что выкрестившийся еврей. Ну не нравится ему его народ.
Стремясь избыть комплекс гонимого, склонный к ассимиляции еврей мечтает выглядеть белокурой бестией. О, не всегда, не все, не надо вульгарных упрощений. Но тем не менее. Не нравится ему выглядеть объектом для неожиданного и возможного презрения и поношения. Человек хочет быть героем. Сменить статус он хочет. Он хочет видеть в зеркале не рожу эту ушастую, а Дольфа Лундгрена.
 
Убегая от статуса гонимого, человек ненавидит свое национальное несчастье. Вариант стокгольмского синдрома. Стремится идентифицировать себя со своими мучителями – храбрыми, сильными, победительными хозяевами жизни. Это ведь куда легче, чем им противостоять и утверждать собственное достоинство.
Случаи евреев – фанатичных национал-социалистов III Рейха – вполне известны. Известен и случай, когда уличенный товарищами по партии, такой еврей покончил с собой, написав перед смертью на зеркале славу арийской расе, без которой незачем жить презренным евреем. О – вот это самоненависть.
…Однажды обвинили в еврейской самоненависти и меня. В тексте «Евреи как авангард самоуничтожения цивилизации» я анализировал феномен американских евреев-демократов. Они составляют три четверти евреев США. Голосовали за Байдена против Трампа. Поддерживают лютых антисемиток-конгрессменок, урожениц черных и южноамериканских стран. Осуждают Израиль и поддерживают Палестину. Процветая в США, как никогда в истории евреи не процветали – они способствуют уничтожению США, словно у них парализовало мозги. Что навлечет на них самих огромные беды.
Поскольку евреев критиковать нельзя ни по какой причине (см. выше), несколько советско-российских евреев-эмигрантов обрушились на меня с обличениями, затрудняясь сформулировать суть претензий. А вот не понравилось им это.
Но. «Еврейская самоненависть Веллера» – этот заголовок предпослал своей статье вполне русский человек Игорь Яковенко. Аргументом об хоминема – интересный человек. Во второй половине 1970-х – освобожденный секретарь комитета комсомола, в 80-е – инструктор и завотделом пропаганды и агитации райкома КПСС, годы перестройки – преподаватель Высшей партийной школы. Заметьте: это уже время полного безверия и цинизма, где подобную стезю избирали только законченные приспособленцы, кому ложь и бессмысленность их деятельности не мешали получать посильную выгоду от жизни. Такой послужной список – это уже характеристика. Затем – конец СССР: наш герой – резко демократ, либерал, член меняющихся партий, депутат ГосДумы, Генеральный секретарь Союза журналистов; за хищение средств выгнан, бежал в Чехию, стал блогером, горячий демократ, придерживается западных ценностей в леволиберальном каноне.
И вот на сайте «Каспаров. ру», исповедующем либерал-социализм в левом американском варианте, Яковенко разразился чеканными советско-коммунистическими штампами: «Чем же это не угодили Веллеру американские евреи?» То есть: я, гнусный самоненавистник – против политической позиции трех четвертей евреев США, голосующих по сути за отмену свободы слова, фальсификацию выборов, построение социализма, уничтожение американской идентичности, выступающих против сионизма и Израиля, поддерживающих уличных погромщиков и объявляющих их жертвами; против тех, кто вложил свои голоса в нынешнее падение экономики, инфляцию, преступность и развал страны.
Да, я считаю: сенатора Чака Шумера следует выпороть на площади, а политтехнолога Дэвида Аксельрода приговорить к пожизненным каторжным работам. И еще с кучей народу. За преступную глупость мировоззрения.
Невозможно любить людей по национальному признаку, даже евреев, и объявлять их вне критики. Особенно в наши времена массового и злокачественного идиотизма. Забавный русский хамелеон, подмахивающий левому курсу, решил побыть святее Папы Римского, защитник сирых и обиженных.
Выжить и стоять
Да простит мне Всевышний эти слова…
Ведь похоже, что. Из огромного послевоенного поколения 1946–50 гг. рождения, пришедшего когда-то в литературу, устоял я один. Сейчас, на семьдесят пятом году жизни, я решаюсь это сказать.