Вперед в прошлое 12 (СИ)

У меня есть возможность улучшить жизнь нескольких десятков людей. Потом появится больше возможностей, и я постараюсь их не упускать.
Когда Наташка принесла миску для мяса, я обратился к прорабу:
— Сергей, как я понял, все готово, чтобы принимать бетоновоз? Работы по монтажу опалубки закончены?
— Да, Паша. Хоть завтра можно вызывать машину.
Я потер руки.
— Отлично! Сколько кубов заказывать?
  
Сергей задумался, потер подбородок. В этот момент жир снова брызнул на угли, вспыхнуло пламя, и он снял с огня три шампура. Наташка вилкой принялась снимать куски мяса. Алтанбаевцы налетели, как голодные чайки, норовя схватить кусок прямо на лету. Пришлось становиться грудью и раскидывать руки, защищать парней от самих себя, чтобы не обожглись.
— Сейчас. С едой разберемся, и посчитаю, — проговорил Сергей мне. — И подумаем, что и когда.
— Да че вы напираете! — воскликнула Натка. — Всем хватит! Четыре килограмма мяса, блин! Егор, ну хоть ты-то веди себя нормально!
Алтанбаев устыдился. Почесав макушку, отступил. Наташкин упрек подействовал на всех. Парни отошли к столу, взяли по куску хлеба. Крючок принялся стучать по столу единственной деревянной ложкой, но его не поддержали, и он вилкой, сделанной из веточки, выудил соленый огурец. Ложек, вилок и тарелок ни у кого не было — напасись-ка на такую ораву!
— Руки мыть! — скомандовала Наташка, указав на ведро с водой.
И толпа гопников послушно поплелась исполнять приказ царицы их сердец.
Закончив с шашлыками, Сергей резюмировал, снимая последние куски в наполненную миску:
— Нам нужно двадцать два кубометра бетона — если с запасом. Это два полных бетоновоза и еще немного. Но может уйти и меньше, в две машины уложимся. Когда вызывать бетоновозы?
— У меня директор завода знакомый, я вызову…
— Да, блин, когда уже можно жрать? — возмутился Заславский, перебивая меня.
— Ага, — поддержал его Понч. — Кишка кишке бьет по башке!
Я отвлекся на алтанбаевцев и дал команду приступать к еде. Шесть рук одновременно метнулись к миске с мясом. Потом по кусочку взяли те, кто не голодал: Я, Наташка, Сергей и Крючок. Воцарилась тишина. Пока парни поглощали еду со скоростью молотилок, я обратился к прорабу:
— Бетоновозы могут приехать и завтра утром. Нормально?
— Одиннадцать, — ответил он, прожевав. — Оптимально в двенадцать. Всем парням присутствовать необязательно, двух человек вполне достаточно.
— Хорошо, — я выхватил кусок мяса про запас, подозревая, что скоро миска опустеет. — Все оплачу с утра, машины приедут к двенадцати. Кстати, я вам всем зарплату за два дня должен.
Даже эта благая весть не оторвала алтанбаевцев от мяса. Они будто не слышали меня. А может, слышали, но не верили. Как в анекдоте, когда студент устраивался в колбасный цех.
Рис парни ели по очереди двумя деревянными ложками нов се еще молча. Сергей наблюдал за ними с добрым, почти ленинским прищуром. Наташка доминировала то над одним, то над другим, говоря, что они чавкают, как свиньи. Крючок из шкуры выпрыгивал, чтобы ей понравиться, и строил из себя интеллигента.
— Понял. В двенадцать буду здесь, — кивнул Сергей.
Воцарилось молчание. Парни размели мясо, опустошили котелок с картошкой, хрустели консервированными огурцами, постепенно возвращаясь в реальность.
— Вернемся к зарплате, — проговорил я, и Заславский процитировал тот самый анекдот про студента:
— А тут еще и платят?
— Да. Единственное, Нагу Амзатовича с февраля вы оплачиваете сами. Одна тренировка стоит две тысячи. Вот и считайте, по сколько скинуться.
— Триста тридцать рублей. — Крючок, похоже, в этой команде не только самый сильный и здоровый, но и самый сообразительный. — Вроде мало, но работа-то тю-тю. А деньги, которые ты еще раньше платил, мы потратили.
— А можно пацанов на тренировки позвать? — спросил Зяма. — Наших, николаевских, с фазанки. Они хотели!
— Пусть тоже платят, — сказал Хулио. — Где нам денег-то брать? Мы скоро не сможем.
Вспомнилось, что грядет строительство ангара для автомастерской, и я проговорил:
— Скоро будет аналогичная работа. К тому же демонтаж досок, погрузка-разгрузка — тоже труд. Не пропадете. Месяц пройдет, работы тут возобновятся, а их не на месяцы — на годы. Так что не дрейфьте. Кто не ленивый и с руками, будет при деньгах. Если научитесь чему-то, зарплата повысится.
— Ну клево, че, — улыбнулся Алтанбаев.
Я осмотрел гоп-команду и внушил:
— Вам нужно закончить вечернюю школу и получить профессию. Строительные специальности не так уж и плохи, и всегда актуальны. Можно сказать, за ними будущее. Сергей вас научит, да, Сергей?
— Научу, — кивнул он.
Посидев еще немного, я достал из кармана рюкзака часы. Было без двадцати семь.
— Сергей, разберетесь, кого вызывать на работу завтра? Мне пора идти.
Я достал заранее отсчитанные деньги и принялся раздавать парням. За вчера и сегодня каждый заработал по четыре тысячи. По нынешним меркам деньги фантастические, а главное — живые. На них можно купить килограмм свинины на рынке или две-три пары носков.
— Идем смотреть хаты! — Наташка схватила меня под руку и повела туда, где планировались ворота.
Мы шагали по неосвещенному пустырю, я светил вперед фонариком и думал о том, как быстро этот совершенно дикий район обживут, застроят коттеджами, поставят фонари и заасфальтируют подъезд. Благодаря первым жильцам, то есть нам, процесс может ускориться.
Как же здорово у нас будет! Просторно, и море будет видно с балкона второго и третьего этажей. Или вообще сделать крышу видовой? Мысль! Забетонировать, сделать легкий уклон, чтобы вода стекала, и встречать рассветы, а по вечерам смотреть на огни поселка сверху.
Эх! Жаль, что нельзя перенестись в момент, когда все будет готово!
А с другой стороны — и вовсе не жаль, потому что за это время произойдет много других приятных моментов, равных новоселью по силе.
Эти мысли сменились мыслями о таинственном недруге, поджидающем нас на мукомольном заводе. Бухгалтерша поделилась, что скользкий тип подолгу беседовал с директором, и тот к нему благосклонен. Так что, возможно, он нас сдаст с потрохами, и придется искать новый мукомольный завод.
С одной стороны, это неприятно, с другой — ничего страшного, потому что мы проехались по всем окрестным деревням, даже в городах поработали. Скоро у всех желающих будет наша мука, и мы начнем кататься вхолостую. То есть придется искать другой товар и продавать уже его.
Бухгалтерша обещала предупредить, если опасность станет явной. Пока же мы с Канальей соблюдали наши меры предосторожности, и этого хватало. В принципе-то нам нужны недели две, чтобы покрыть все населенные пункты, что поблизости.
Следующую неделю, когда Василий заберет грузовик у напарника, я в школе, он будет работать один…
Зачем так далеко забегать? Завтра мы поедем за «Зилком», я порадую Завирюхина и оплачу двадцать два куба бетона. Даже торговаться не буду, хотя мог бы. Потому что вижу, что Завирюхин не в карман эти деньги кладет, а старается, чтобы завод работал и рабочие не разбежались.
Заодно толкну идею заниматься декоративной плиткой. Если дать рекламу, все новые русские с их убогими дворцами наши. Можно попроситься в долю, оформить предприятие-дочку и спонсировать закупку оборудования. Не прямо сейчас, через несколько лет, когда достигну совершеннолетия. Все-таки предприятие не с нуля, рабочие в наличии, производственные мощности тоже. Да и к тому времени народ чуть жирком обрастет, будет не так голодно, как сейчас.
Вспомнилось, что еще на металлопластиковых окнах люди состояния сколачивали — те, кто занял нишу первыми. И на мини-пекарнях, как Корм. Кто первым додумался и рискнул, тот и снял сливки. А ниш этих после распада Союза, как ячеек в сотах, ничего не развито. Развивай — не хочу.
  
Вспомнилось развитие сетевого маркетинга типа «Орифлейм». Вот где Наташка развернулась бы или та же Лялина!