Самая рыжая в Академии драконов (СИ)

Трибуны примолкли. В центр арены направился судья, чтобы огласить результаты. Внезапно в торжественной тишине, когда нервная система у всех была на пределе, раздался восторженный женский вопль:
— Вперед, водники! Ник лучший!
Мы с изумлением повернулись к орущей девушке. Тайлер Лачи вскочила со своего места и, размахивая руками, как болельщица во время спортивных матчей, начала читать идиотскую речовку:
  
— Водный маг утопит всех, Ника Блайка ждет успех! Неутомим, силен и ласков, мой гордый кит, ты просто сказка!
На Блайка было больно смотреть. Кажется, у него не только лицо вытянулось — он весь как будто чуток вытянулся. Но надо отдать должное судье, тот даже бровью не повел и, усилив магией голос, объявил результаты. Наши с Ником команды получили одинаковое количество баллов. Проклятье какое-то, честное слово! Меня как будто приговорили до самого диплома делить первые места с Блайком.
Между тем Лачи продолжала буйствовать на трибуне. Правда, ее вопли теперь терялись в общих восторженных криках. Очевидно, пока шел зачет, ей стало хуже, и сознание окончательно смешалось.
Я подошла к Нику и, положив руку ему на плечо, заставила обернуться.
— Что тебе, Воттер? — резким тоном спросил он.
— Не хочу вмешиваться не в свое дело, Николас, но твоей девушке определенно не очень.
— Знаю, что она ведет себя странно… — надменно ответил он.
— Ты кретин? — перебила я, и у Блайка на скулах вспыхнули гневные пятна. — Глаза открой пошире! Она сюда пришла в полуобморочном состоянии. Наверняка из Разлома к тебе рванула. Ты почему ее сразу не отправил в лазарет?
Одновременно мы обернулись к Лачи. Даже издалека можно было разглядеть, насколько девушка бледная. Черные волосы, собранные в косу, растрепались. Она замерла, устремив в нас ответный тяжелый взгляд.
— Твоя Лачи, конечно, суровый некромант и все такое прочее, но к любимой девушке нужно относиться бережнее. — Неодобрительно покачав головой, я отошла от Ника.
Началась вторая часть зачета. Первая десятка вышла в центр развороченной арены. Профессор никого не щадил, осыпал такими заклятьями, что я внутренне содрогалась. С другой стороны, нечисти в Разломе наплевать студент перед ней, дипломированный маг или корм. Попытается сожрать всех.
Николас с треском провалился! В тот момент, когда его атаковали, Тайлер на всю арену проорала, что ночью они занимались тем, чем Рэдвин хотел заняться сегодня утром. И Блайк был гигантом! Потеряв концентрацию, тот пропустил заклятье. Мощным ударом его проволокло по грязи. Это было сокрушительное поражение.
Зато я сдала с легкостью, хотя пара моментов заставила всерьез понервничать. Особенно в тот момент, когда от силы нападения ноги поехали по глинистой скользкой жиже и использованная профессором формула мгновенного тлена едва не проела дыру в выстроенном щите.
Зачет подошел к концу. Судьи поздравили меня с хорошим результатом, и даже профессор Рофигр одобрительно похлопал по плечу. Я отошла в сторонку и, дожидаясь Оливию, попыталась привести себя в порядок. Грязь, казалось, въелась в спортивную форму намертво.
— Эй, староста! — позвал меня Даррел.
Я с удивлением обернулась. Честно говоря, совершенно забыла о нем.
— Беру свои слова обратно, — проговорил он.
— О чем? — не поняла я.
— Ты была… впечатляющей, — ответил Рэдвин.
— Спасибо? — протянула я вопросительно.
— Почему ты удивлена?
— Потому что ты на самом деле считал, что мне оценки ставят за красивые глаза, — пояснила я. — Думала, просто подкалываешь.
— Но у тебя правда красивые глаза.
С ухмылкой подмигнув, Даррел оставил меня переваривать неожиданный комплимент, нагнал приятелей и уверенно-ленивой походкой направился к мосту. Пока я провожала его внимательным взглядом, подошла Оливия. Надо сказать, одежда на ней была практически чистая. Первый поток начинал зачет на сухой арене.
Она взяла меня под руку и мечтательно промурлыкала, глядя вслед Даррелу:
— Если подумать, подруга, я сама не откажусь выполнить пару его желаний.
Накаркала, честное слово! До следующего утра я не планировала встречаться с Даррелом ни под каким предлогом. Закрывшись в комнате, сидела на кровати и пыталась отыскать ошибку в проекте по теории боевой магии. Конструкция из разных формул не складывалась: разящие заклятья не собирались в шар и распадались.
Погасив магическую проекцию, я раздраженно поправила под спиной подушку, пристроила на коленях блокнот с расчетами и постучала кончиком карандаша по странице. Нервно поерзала. Стоило отправиться в зал для самостоятельных занятий, но там был полный аншлаг. Оставалось копаться в формулах и заедать досаду шоколадкой…
— Катти! — Оливия потрепала меня по коленке.
Я резко дернулась и, плохо соображая, посмотрела на подругу. Она успела вернуться из бассейна. В комнате царил полумрак, а за окном почти погас день. Учебник валялся на полу, конспекты съехали с колен на кровать.
— Сколько времени? — удивилась я.
— Почти девять, — пояснила Оливия. — Ты заснула.
— Мне надо доделать проект, иначе завтра не сдам… — вздохнула я, потерев ноющую от неудобной позы шею, и резко выпрямилась от прошившей насквозь мысли.
Магическое желание от повелителя-дракона Рэдвина Даррела! Чтоб он сейчас икнул, подавился и споткнулся. Желательно все одновременно. Мне от этого станет легче.
Ругаясь сквозь зубы, я вырыла из-под записей связеон и соскочила с кровати.
— Ты чего всполошилась? — не поняла подруга.
— Магия не будет слушаться без хверсова желания!
— Ой! — охнула она, округлив глаза. — Но ты уверена? Может, утренний кофе для Даррела еще считается? Попробуй.
Стараясь не паниковать, я осторожно сжала кулон на шее и мысленно прикоснулась к капле внутри него. Жидкость ожидаемо начала биться в серебряные стенки, а из графина на подоконнике веселым фонтаном брызнула вода. Мы с соседкой в унынии проследили, как струйки потекли по стеклянным стенкам и начали собираться в поднос.
— Не считается, — вздохнула я и принялась в зеркальце артефакта пролистывать длинный список номеров однокурсников.
Бесконечный перечень был давно не актуален. Большинство однокурсников из него отчислили, но никак не доходили руки почистить контакты. Даррел, как назло, находился в самом конце, под именем «Хверсов хаос».
— Ну, может, просто возьмешь учебники и доделаешь проект рядом с ним, — предположила Оливия, пока я ждала ответа и слушала скребущие звуки, доносящиеся из артефакта.
В этот момент Рэдвин лениво протянул:
— Неожиданно, староста. Что-то важное или просто захотела поболтать?
На заднем фоне звучали чужие голоса. Он явно был не один.
— Доброе утро, Даррел, — отозвалась я.
— Сейчас вечер, Катарина, — с ехидной интонацией напомнил он.
— У тебя, может, вечер, а у меня утро. Я заснула.
— Поздравляю. Хорошо отдохнула? — хмыкнул Рэдвин.
— Отлично просто! Можно всю ночь не спать и доделывать проект, но с магией у меня сейчас чуточку проблематично.
— Кхм… — донеслось глубокомысленное.
— Просто скажи, что ты сидишь над учебниками, и я тоже могу посидеть рядом с тобой, — искренне попросила я.
— У меня плохая новость, староста…
— Ясно, ты не сидишь над учебниками, — вздохнула я. — Давай сделаем так: ты мне говоришь, что хочешь, а я приду со всем готовым. Кофе, поесть, девушку? Может, ты уже с девушкой и вам надо красный носок на дверную ручку повесить, чтобы никто не вломился? Только скажи! У меня есть красные носки. Даже в сердечко! Может, ты просто хочешь, чтобы я от тебя отстала, и на этом разойдемся? Озвучь, пожалуйста.
  
Оливия изумленно округлила рот от моих рациональных предложений. Видимо, начала понимать, что про кофе ей с утра чуток соврали.
— У меня еще одна плохая новость… — проговорил в связеоне Даррел.
— Мне страшно уточнять, — призналась я.
— Я хочу искупаться.
На тыльной стороне ладони, как в насмешку вспыхнул алый знак, намекающий, что Рэдвин говорит совершенно искренне. И в этой искренности он собирается, кондраг его раздери, плескаться в водичке.