Дочь для олигарха (СИ)
— До встречи со мной ты и мечтать не могла о богатстве, которым окружена сейчас. Иногда деньги портят людей, особенно тех, кому они достались легко.
Приказываю охранникам осмотреть дом.
Минут тридцать мы с Юлей напряженно ждем вердикта от Вальтера. Полонская разочарованно прогуливается у пруда. Говорит, что не может стоять ко мне ближе, чем на десять метров.
— Ничего нет, особняк пуст, — отчитывается охранник.
Облегченно выдыхаю.
Больше всего на свете я хотел услышать эти слова. И плевать, что все факты указывают на Юлю — она ведь была в курсе перевозки денег.
Возможно, Юля успела кому-то передать незаметно украденное, — черт ее знает.
Конечно, я найду, чем перекрыть брешь, а заодно дам поручение отследить банковские транзакции всех, кто живет со мной в доме.
* * *Юля
Не стану отрицать, что поступила неправильно, умолчав о безуспешной попытке открыть сейф. Но поведение Демида меня сильно напрягает. Явился требовать какие-то деньги…
Он что, хочет выставить меня воровкой?
Весь день блуждаю по дому, засыпаю поздно.
Следующее утро начинается с телефонного звонка, который, пожалуй, я не ждала еще больше, чем Грозного.
— Джулия? — отвечаю не сразу. Сестрица так настойчиво обрывала связь, что пришлось сдаться.
— Здравствуй, Юль, — приветливо щебечет.
Как странно слышать нормальный голос Хилл. Даже говорит без оскорблений. А может, это до сих пор сон?
— Что стряслось?
В отличие от Хилл, немного волнуюсь. Откидываю одеяло, сажусь на постели.
— Сестра, отношения между нами не сложились. Я по большей части виновата, ведь боялась потерять Демида. Теперь мы обоюдно решили расстаться, а значит и с тобой делить нечего. Если честно, мне стыдно за свое поведение, на сердце камень лежит. Я не могу вернуться в Америку с этим тяжким грузом. Хочется извиниться… Я приглашаю тебя на ужин. Сегодня.
Ох… ничего себе.
Хилл не только надумала просить прощения, но и назвала меня сестрой! Я точно проснулась в параллельной реальности.
Не горю желанием опять иди к Демиду. Зачем было отселяться? Все равно у нас не получается и дня провести друг без друга. И Джули уж очень подозрительно затеяла ужин.
— Извините, мисс Хилл, чувствую недомогание, — пытаюсь отбрехаться.
— Нет, просто называй меня Ритой! Юль, мы ведь никогда больше не увидимся. Понимаешь? Я столько наломала дров в отношениях с тобой! Дай же мне шанс сказать прости.
— Ладно.
— Спасибо за благосклонность Юль. Очень жду тебя к семи.
— А Демид тоже будет на ужине?
— Понятия не имею, — отвечает моим же голосом. — Он уже полгода как не делится со мной планами. В любом случае Грозный хозяин особняка. Хочет — приедет, хочет — нет, только ему решать.
Думаю, он приедет.
После разговора с Хилл обращаю внимание на странное сообщение от банка. Вижу, что на мой счет пришел денежный перевод. Пятьсот тысяч. Хм… наверное, кто-то ошибся.
Только собираюсь позвонить на горячую линию, как следом приходит еще одно оповещение. Теперь к прошлой половине миллиона добавилось еще триста тысяч! Что за шуточки такие?!
Номер отправителя неизвестный, но цифры кажутся отдаленно знакомыми.
По мобильному приложению определяю, что аттракцион невиданной щедрости с утра пораньше устраивает Виктор! Мой бывший! Ужас… Что на этот раз ему взбрело в голову?
Ведь мы так давно не виделись. Звонить и выяснить о цели перевода боюсь. Не хочу лишний раз напоминать о себе. Молча возвращаю деньги Виктору.
Время неумолимо ползет к семи.
Я все еще в колебаниях, идти к Хилл на ужин или нет. А имеется ли для нее существенная разница моего местоположения? Нет, конечно. Если бы Джулия задумала совершить гадость, ее бы точно не остановил мой переезд.
Охранники, служанки — все пляшут под дудочку Хилл и Грозного, а мне только улыбаются, да.
Грандиозно на ужин не наряжаюсь. Платье-халат свободного кроя замечательно подходит к моей фигуре. Длинные темные волосы расчесываю и оставляю распущенными. Делаю легкий макияж.
Даже на позднем сроке беременности не хочется выглядеть замухрышкой.
Беру с собой сумочку, в нее складываю телефон, документы, ценные мелочи, которые не могу забыть в особняке.
Охранник встречает меня возле ворот, протягивает черные очки. Сопровождает весь путь до владений Грозного.
— Привет, — обращаюсь ко всем на первом этаже дома.
Чуть-чуть растерялась при виде хлопот служанок. Девушки торопливо накрывают стол аппетитными яствами, украшаю гостиную вазами с живыми цветами. Фоном играет легкая классическая музыка, а Джулия руководит всем процессом. Услышав меня, оборачивается.
— Привет, Юль! Ну что же стоишь у порога? Не стесняйся, добро пожаловать.
— Даже не думала, что ты так заморочишься…
Шагаю к столу, усаживаюсь.
Бросаю взгляд на часы — без десяти семь.
Хилл двигается следом. Выглядит она уж очень блистательно. На Джулии идеальное платье с кружевным воротником. Модные кудри на голове, уши сияют от бриллиантов, а на шее нить жемчуга. Губы она накрасила ярко-алой помадой.
Отодвигает стул, плюхается рядом, но и двух минут не высиживает, как подстреленная соскакивает.
— Вот неумехи такие! Ничего без меня не могут! — срывается в кухню.
Контролировать и стоять над душой сестрица любит.
Наблюдаю, как Люсинда ставит передо мной тарелку с паровой рыбкой и овощами. В бокал наливает свежевыжатый апельсиновый сок.
— Лучше воды, — прошу.
Но вместо Люсинды слышу голос Джулии:
— Может, хотя бы чай? — шагает к дверному проему.
— Нет, жарко что-то. Просто воды без газа.
Покачав головой, Хилл скрывается в кухне. Экономка тоже идет к хозяйке.
Первой возвращается Джулия, усаживается рядом со мной. Себе в бокал наливает напиток покрепче. Люсинда приносит мне долгожданную воду.
— Что же ты не пьешь? — с улыбкой спрашивает Хилл. — Ведь так хотела…
Она поднимает свой бокал. По традиции тоже беру стакан в руки.
— За мир! — восклицает Джулия. — Очень жаль, что я так быстро уезжаю, толком с тобой и не общались. Именно как любящие сестры. Но буду ждать тебя в Америке, Юль! Прилетай, если надумаешь.
Это вряд ли.
Я, конечно, рада, что Хилл предложила закопать топор войны, но сближаться с ней и доверять всей душой я уже не смогу.
Делаю пару глотков и приступаю к рыбе.
Общаемся с Джулией на дурацкие поверхностные темы а-ля природа, мода, погодные отличия в наших странах. Обе держимся дружелюбно, но с некоторым холодком.
— Не опоздал? — внезапно доносится со стороны прихожей.
Все нотки нежной пропаренной рыбы теперь ощущаются на языке пресными. Если бы не правила приличия, вообще бы выплюнула еду на тарелку. Но кое-как проглатываю.
В особняк марширует сам господин Грозный! Огромная честь прям.
После находки в его кабинете документов с планом по лишению меня родительских прав и обвинений в воровстве видеть Демида мне не очень хочется, если выражаться мягко. Я согласилась вернуться в особняк, чтобы попрощаться с сестрой, и надеялась что Демид, как обычно, будет до ночи в офисе.
Грозный шагает прямиком к нам, его взгляд словно не воспринимает Хилл, она для Демида сейчас словно стала прозрачной и совсем безликой. Все внимание олигарха адресовано мне.
Удивительным образом Хилл не кидается на шею Грозному, как это всегда было раньше, ей неинтересно знать, как прошел еще один день на работе.
И я, прикусив губу, лишь поглядываю на Демида. Вид у него спокойный, уж точно не яростный как бывает у человека, который все потерял из-за долга банку. Стало быть, деньги он все-таки нашел.
— Вовремя, Демид Леонидович, — пересиливаю себя. — Составите нам компанию?
Отвожу взгляд и снова беру стакан. Жажда при виде Грозного ужасно сушит горло. Выпиваю почти всю воду. Душно как-то становится, потягивает живот. Неужели у меня такая реакция на Демида?