Убийство на острове Фёр
— Ничего особенного. Я спонтанно приехал, надеясь снять номер в гостинице или пансионате, но все было занято. В итоге я переночевал в машине и вернулся первым паромом.
— Почему Линус Феглер рассказывает нам ту же историю, только по его словам за рулем был он?
Впервые за время разговора веки Вагнера нервно дернулись. Немного помолчав, юноша глубоко вздохнул и сказал:
— Потому что я попросил его солгать.
— По какой причине?
— Я стал участником мелкого инцидента. Нет, я не совершил ничего страшного, просто поцарапал на стоянке чужую машину. И уехал вместо того, чтобы остановиться и уладить ситуацию. Тупость полнейшая… Потом я испугался, что меня кто-то видел и заявит в полицию. Я побоялся, что если об этом станет известно в университете, то мне непоздоровится: я, помимо всего прочего, изучаю теологию, а там порядки строгие. Вот я и попросил Линуса… Ему на такие вещи плевать.
— Хорошо, — кивнула Лена, — Мы на время приостанавливаем допрос свидетеля.
Она назвала время, нажала красную кнопку, встала из-за стола и направилась к двери. Йохан последовал за ней.
— А этот парень — крепкий орешек, — заметил он, когда они с Леной прошли в соседнюю комнату и встали у зеркального стекла. — Или он и правда ни при чем?
— После твоего звонка у него было достаточно времени, чтобы придумать убедительную отговорку.
— Конечно, у меня меньше опыта, чем у тебя, но мне показалось, что Вагнер говорит правду. Он высокомерный и самодовольный тип, но это не преступление. Разве можно так правдоподобно лгать?
— Главное — хорошо подготовиться. Если приправить ложь полуправдой и поверить в нее, то можно убедить у остальных, — пояснила Лена, после чего вытащила из кармана телефон и добавила: — Надо узнать, что происходит на Фёре.
Она отправила Бену сообщение. Тот перезвонил через две минуты.
— Как успехи? — осведомился Бен.
— Медленно и вяло, — сказала Лена.
— Я тоже не могу похвастаться результатами. Мартин Раймерс все отрицает. Мы только что предъявили ему свидетельские показания и результат ДНК-теста. Они стали для него полнейшим шоком. Раймерс молчит, но адвоката пока не требует. Хочу помурыжить его в допросной. Сейчас мы сделаем перерыв, а потом продолжим.
— Что скажешь? Убийца он или не он?
— Думаю, он. Он понял, пока был на Амруме, что шансов на побег у него нет, и теперь он попытается найти другой путь спасения.
— Мартин сказал, почему сбежал?
— Говорит, боялся, что мы повесим на него всех собак. Как по мне, звучит неправдоподобно. Он явно собирался на большую землю, сел на паром, но потом испугался, что в Дагебюлле мы его сцапаем, и пересел на паром до Амрума. Глупо, я бы сказал.
— Где он был все это время?
— По его словам, он собирался остановиться у старого школьного приятеля, но тот уехал. Тогда Мартин решил отсидеться в пляжной хижине. Это еще что такое?
— Расскажу как-нибудь в другой раз, — ответила Лена. — Что ты собираешься делать дальше?
— Раймерс сидит в допросной, как воплощение мировой скорби. Думаю, долго он не протянет. Скоро я вытрясу из него правду. У него нет шансов.
— Бен, пожалуйста, действуй осторожно. Один неверный шаг — и мы…
— Конечно, босс, — перебил Бен. — Я ни на миллиметр не отойду от регламента.
У Лены промелькнула мысль, что будет лучше, если завтра она сама продолжит допрос Раймерса, но потом она решила, что Бен — опытный полицейский и способен принять правильное решение.
— Хорошо! Тогда мы вернемся к допросу. Если Мартин Раймерс признается, я хочу узнать об этом первой.
— Как скажешь, — отозвался Бен и отсоединился.
— Бен тоже не продвинулся? — спросил Йохан, когда Лена опустила телефон.
— Да, но он уверен, что Мартин Раймерс виновен.
— Честно говоря, я бы тоже поставил на Раймерса. Ладно, что будем делать дальше?
Лена запрокинула голову и вздохнула:
— Нам остается лишь импровизировать. Должно же в версии Вагнера быть слабое место…
— Только если он убийца.
Вернувшись в комнату для допросов, Лена снова включила микрофон и повторила формальности.
— Господин Вагнер, никто не заявлял в полицию Фёра о поцарапанном автомобиле. Как выглядела машина, которую вы задели?
— Это был черный… да, черный седан. Уже не новый. Возможно, «Фольксваген». Или «Ауди». Я запаниковал и быстро уехал.
Лена положила на стол пластиковый футляр и сказала:
— Нам нужен образец вашей ДНК. — Она неторопливо вытащила ватную палочку. — Это быстро. Вы наверняка видели в кино, как это делается.
— Что? Зачем? — сказал Вагнер с явным возмущением. — Почему я должен сдавать ДНК в деле об аварии, в которой сознался?
Лена вернула ватную трубочку в футляр.
— Мы расследуем не аварию. — Она достала из материалов дела фотографию Марии Логенер и подтолкнула к Вагнеру через стол. — А смерть этой девушки.
Вагнер без особого интереса взглянул на фотографию:
— Я ее не знаю. — Он одернул задравшийся рукав толстовки. — Я могу идти?
— Расскажите, где вы жили после смерти родителей.
— Что? С какой стати? Я не вижу ни малейшей необходимости рассказывать о своем детстве!
— Ваш выбор специальности связан с вашим детством?
Вагнер заметно растерялся из-за резкой смены темы. Немного поколебавшись, он ответил:
— Я всегда интересовался природой.
— А религией? Ваши приемные родители принадлежали к очень консервативной религиозной общине и…
— А вы откуда знаете? — подскочил Вагнер.
Лена мысленно пожала себе руку. Похоже, что ее уловка, основанная на чистой догадке, сработала. Она нашла слабое место Вагнера.
— Они очень на вас повлияли. И в хорошем смысле, и в плохом.
— Не ваше дело, — прошипел Вагнер, вскочил и навис над столом, упираясь в него обеими руками.
Йохан тоже вскочил и приказал:
— Немедленно вернитесь на место!
Вагнер подчинился.
— Ваш приемный отец наказывал вас за непослушание, — интуитивно продолжила Лена. — Бил вас, запирал, унижал.
Вагнер сердито сверкнул глазами, но ничего не сказал. Лена снова показала ему фотографию.
— Как давно вы знаете Марию?
— Я не знаю никакой Марии, — процедил Вагнер.
Лена нажала на красную кнопку, встала и сделала Йохану знак следовать за ней. Они вышли из комнаты, не обменявшись ни словом.
— Надо было на него надавить, — раздраженно сказал Йохан. — Ты только посмотри на него!
С этими словами Йохан указал на молодого человека по ту сторону стекла. С начала разговора его манера держаться полностью изменилась: плечи сгорбились, отчего корпус наклонился вперед, руки безжизненно болтались по бокам…
— Еще минута-другая, и он бы раскололся!
— Нет, он бы замкнулся в себе и больше ничего бы не сказал.
— Почему ты так думаешь?
— Он вернулся к модели поведения, которую использовал в детстве. Протесты, злость, растерянность… следующая стадия — это молчание.
— Сколько нам ждать?
— Пока он придет в себя.
В следующую секунду Вагнер чуть выпрямился, положил руки на стол и глубоко вздохнул.
— Думаю, минут десять, — прикинула Лена.
Йохан вздохнул.
— Тогда я принесу нам кофе.
— Сейчас сразу направо, потом налево по коридору. Мимо кофемашины не пройдешь. Мне, пожалуйста, возьми латте.
Йохан кивнул и исчез за дверью. У Лена завибрировал телефон. Увидев номер Луизы, она тут же ответила.
— Привет, Лена, — поздоровалась та. — Как жизнь?
— Я в Киле на допросе подозреваемого.
— Хорошо. Тогда буду кратка. Пришли результаты анализов. На теле жертвы присутствует ДНК владельца черного волоска.
— Мартина Раймерса.
— Да, точно. Но мы нашли еще ДНК еще одного человека. Надеюсь, это тебе поможет.
— Очень поможет. Спасибо, Луиза.
— Рада слышать. Удачи с допросом.
Лена уже собиралась отложить телефон в сторону, как пришло сообщение от Бена: «Можно позвонить?»
Лена набрала его номер сама.
— Ну или так! — сказал Бен вместо приветствия. — Раймерс признался! — У детектива в голосе слышалась эйфория. — У него случилась истерика, поэтому мы решили сделать перерыв. Подождем, пока немного успокоится, и займемся выяснением деталей.