Убийство на острове Фёр

— Не хотите ли чашечку чая?
— Нет, благодарю, — ответила Лена. — Прошу вас, присаживайтесь.
Старушка помедлила, но потом послушно опустилась в одно из кресел.
— Наверное, вы уже слышали о том, что Марию Логенер, подругу вашей внучки, нашли мертвой.
Старушка молча кивнула.
— Мы пытаемся понять, что произошло, и поэтому опрашиваем всех, кто знал Марию и общался с ней в последние месяцы. Родители Марии сказали, что оставляли девочку у вас, когда уезжали на материк?
Старушка снова кивнула.
— Когда Мария ночевала у вас в последний раз?
Старушка встала, подошла к секретеру и взяла толстый календарь. Полистав его, она назвала дату, которая на два дня отличалась от той, что назвали родители девочки.
— Разве Мария была у вас не двумя днями позже?
Старушка снова заглянула в календарь.
— Нет, больше Мария не приходила.
— У моей бабушки похожий календарь, — улыбнулся Йохан. — Практичная вещица.
— Вот уж точно, — согласилась старушка. — С тех пор как Лиза живет со мной, мне приходится быть организованнее. В моем возрасте легко что-то забыть.
— Да, моя бабушка тоже так говорит. На ваших плечах, наверное, лежит все хозяйство?
— Конечно, молодой человек, а вы как думали! Правда, Лиза помогает мне чем может…
— Моя бабушка всегда просила меня сходить в магазин. Для нее это было самым сложным.
Старушка с улыбкой кивнула.
— Лиза тоже помогает мне с покупками. Напомните, как вас зовут, молодой человек?
— Йохан Грасман.
— Красивое имя. Моего покойного мужа тоже звали Йохан.
— В нашей семье это имя передается несколько поколений подряд. Отец, дед, прадед — всех так звали.
— Какая чудесная традиция! В наши дни молодежь часто забывает о семье… А ведь семья — это самое важное. Вы женаты, Йохан?
— Нет, не женат. Я считаю, в таких вещах спешка ни к чему, — ответил Йохан, заметно смутившись (хотя Лена была почти на сто процентов уверена, что он притворяется). — Надеюсь, вам удается выкроить время на отдых. Вот моя бабушка, например, любит днем вздремнуть.
Старушка улыбнулась:
— Передайте привет своей бабушке и скажите, что у нее очень любезный внук.
— Ну что вы… Надеюсь, мы вас не разбудили?
— Нет-нет. Днем я сплю только после обеда. — Старушка посмотрела на настенные часы. — Лиза скоро придет… я хотела испечь ей блинчики… Ну да ладно, это быстро.
— В детстве я больше всего на свете любил блинчики, — сказал Йохан. — Особенно с сахаром и корицей. Но мне давали их только тогда, когда я хорошо себя вел.
Старушка рассмеялась.
— Мой мальчик тоже любит блинчики с сахаром и корицей… — Она запнулась. — Как же давно это было… — Ее взгляд внезапно затуманился, как будто прошлое стало для нее более видимым, чем настоящее.
Лена, затаив дыхание, следила за происходящим. Сначала она не могла понять, почему Йохан завел этот разговор, но теперь заметила то, что он, видимо, заметил с самого начала. Похоже, госпожа Беренс немного не в себе. Переволновалась из-за допроса? Или здесь кроется нечто большее?
— Можно воспользоваться вашим туалетом, госпожа Беренс? — поднявшись, спросила Лена.
— Бога ради. Вторая дверь вдоль по коридору.
Лена вышла в коридор и тихонько отворила дверь на кухню. Рядом с холодильником она увидела большую доску, сверху донизу покрытую записками-напоминалками. Они должны были упорядочить распорядок дня госпожи Беренс. Судя по почерку, писала их внучка. На записках стояло время и то, что нужно сделать: например, полить цветы, приготовить чай, вытереть пыль, забрать почту… Лена открыла холодильник. На средней полке обнаружилась сахарница, а на дверце — перечница. Лена тихо вышла из кухни и вернулась в гостиную.
— Вы не заблудились, госпожа…
— Лена Лоренцен.
— У вас тоже красивое имя.
— Спасибо, госпожа Беренс. Скажите, во сколько вернется Лиза? Мы хотели бы с ней поговорить.
— Уверена, она скоро будет… Занятия в школе заканчиваются не очень поздно… Если не хотите ждать, можете вернуться после обеда…
В следующую секунду послышались звук открывающейся двери и женский крик:
 
— Бабуль, ты где?
— Я здесь, деточка, — отозвалась старушка. — У нас гости!
Девушка торопливо вошла в гостиную и замерла, уставившись на следователей.
— Что вы здесь делаете? — сердито спросила она.
Лена показала удостоверение:
— Старший комиссар Лоренцен из Управления уголовной полиции города Киль. Мы пришли из-за смерти твоей подруги.
Лиза Беренс, пятнадцать лет. Невысокая, полненькая, но пытается скрыть это под широким свитером. Длинные светлые волосы, собранные в небрежный хвост.
— Ты будешь готовить суп? — поинтересовалась Лиза, повернувшись к бабушке.
— Суп? — растерянно переспросила та.
— Да, мы собирались пообедать овощным супом.
Старушка кряхтя поднялась и сердечно попрощалась с Йоханом:
— Всего вам хорошего, молодой человек!
Дождавшись, пока она выйдет из комнаты, Лиза плотно закрыла дверь.
— Садитесь, — попросила Лена.
Помедлив, девушка подчинилась.
— Я ничего не знаю, — недружелюбно сказала она.
— Когда ты в последний раз видела Марию? — спросила Лена.
— В понедельник на школьном дворе. Как и все остальные. Мы учились в разных классах.
— Но вы были близкими подругами.
— Да, мы были подругами.
— Мария часто у тебя ночевала?
— Только тогда, когда ее родители уезжали с острова.
— Твоя бабушка хорошо знает Логенеров?
— Они ходят в одну… церковь. Но вы наверняка уже в курсе.
— Пожалуйста, вспомни вашу с Марией последнюю ночевку. В ту ночь произошло что-нибудь необычное?
— Необычное? Не понимаю, о чем вы. Мы посмотрели фильм и легли спать.
— А что вы делали после школы?
— Сразу пошли домой. Бабушка приготовила нам обед.
— Мария ладила с родителями?
— Не знаю.
— Она с кем-нибудь встречалась?
— Встречалась? Вы в том смысле, был ли у нее парень? Нет, конечно.
— Почему «конечно»?
Поколебавшись, Лиза сказала:
— Родители Марии не хотели, чтобы она встречалась с парнями. — Она немного помолчала, а потом добавила: — Да и Мария не хотела ни с кем встречаться.
— Последние несколько недель Мария вела себя как обычно? Ты не заметила ничего странного в ее поведении?
— Нет, не заметила, — ответила Лиза, снова замкнувшись в себе. — И она мне ничего не говорила.
— Мария была верующей?
— Ну… наверное? — Лиза пожала плечами.
— Ты очень мало знаешь о своей лучшей подруге, — подытожила Лена.
Лиза не ответила.
— Твоя бабушка больна, — сказал вдруг Йохан.
— Больна? Ерунда какая! Да, с ногами у нее беда. И на велосипеде она кататься больше не может… Но в остальном бабушка совершенно здорова!
— Ты не хочешь, чтобы об этом стало известно, — продолжил Йохан, пропустив слова Лизы мимо ушей. — Но мы из полиции, а не из службы опеки. Нам нужно узнать, что именно произошло с Марией. Будет лучше, если ты честно все нам расскажешь.
Лиза вскинула голову, с вызовом глядя на Йохана.
— Не понимаю, что вы от меня хотите. Бабушка в полном порядке. Уходите. Мне нужно делать уроки.
Лена встала, и Йохан последовал ее примеру.
— Мой напарник прав, — сказала Лена, положив на стол визитку. — Мы вернемся завтра и повторим свои вопросы.
Лиза опустила взгляд:
— Не понимаю, что вы от меня хотите.
— До свидания, Лиза. Позвони, если передумаешь и захочешь поговорить.
Когда они вышли из комнаты, Лиза не сдвинулась с места.
— Здесь все что-то скрывают, — вздохнул Йохан по дороге к машине. — Старушка с первого взгляда напомнила мне мою бабушку. Уверен, у нее ранняя стадия деменции. Она не слышала и не видела, чем занимаются девочки.
— Я тоже так думаю, — согласилась Лена и рассказала о доске с записками-напоминалками, которую видела на кухне, и о состоянии холодильника. Потом она добавила: — Ты был таким обходительным с госпожой Беренс! Спасибо.