Элита (СИ)

— Дальше сама.
— А меня точно не выгонят? — в сотый раз переспрашиваю я. — Вдруг декан…
— Не выгонят, — твердо произносит он. — Иди. В большой перерыв встречаемся в кафе.
— А… зачем? — я удивленно вскидываю брови.
Леон смотрит на меня с долей снисхождения..
— Потому что теперь так будет всегда.
  
18
 
В том, что слухи по университету разлетаются с молниеносной скоростью, я убеждаюсь уже на лекциях. Сокурсники вдруг перестают делать вид, что я — невидимка, и начинают здороваться, одна девушка ни с того ни с сего участливо интересуется, почему я сижу на заднем ряду, если возле окна имеется свободное место, а её подруга отвешивает комплимент моим волосам. Дескать, она всегда мечтала именно о таком оттенке, а её гад-стилист, будь он неладен, никак не может его добиться.
  
С одной стороны, приятно не чувствовать себя изгоем, с другой — такая разительная перемена в отношении вызывает раздражение и недоумение. То есть, дорогая сумка и благосклонность человека, с которым большинство из моих сокурсников даже не знакомы лично, так сильно меня преобразили? Мои волосы никак не изменились за неделю, и свободных мест в аудитории всегда было достаточно.
— Лия! Подожди!
Обернувшись, я вижу спешащую навстречу Таю — девушку, которая предложила мне стать наложницей придурка Морозова. Её сияющий взгляд шарит по мне, как робот-пылесос, не пропуская ни единого миллиметра поверхности.
— Уф, еле догнала! Ты так быстро ходишь! — Её глаза, близоруко сощурившись, замирают на логотипе моей сумки. — Ух ты! Это оригинал? Леон тебе купил?
Внутренне подобравшись, я машинально отступаю назад. Эта девушка вызывает во мне смешанные чувства. Ровно так же я отношусь к голубям. С одной стороны, хочется их покормить, с другой — зажать нос и пореже дышать, чтобы не подхватить сальмонеллёз.
— Да, это Леон.
— Он щедрый альфа. Тебе повезло, — она широко улыбается, не переставая «пылесосить» меня с головы до ног. — Это так удивительно, что он решил взять себе прислугу. Демидов принципиально этого не делал. Не знаю, что ты ему пообещала взамен, но я очень за тебя рада!
Если бы Тая была голубем, я бы со всей дури топнула ногой, чтобы она поскорее улетела. Её общество мне неприятно — сейчас я могу сказать это с полной уверенностью.
— Я ничего ему не обещала, — сдержанно отвечаю я. — Извини, я тороплюсь.
— Конечно, они сами назначают условия, — проигнорировав моё последнее замечание, понимающе кивает она. — Но ты в любом случае в выигрыше. Половина альф женского пола готовы добровольно пойти к нему в прислуги, но ему это неинтересно. И необходимость заниматься сексом уже не представляется чем-то отвратительным, да? — Тая заговорщицки играет бровями. — С таким-то красавчиком.
Я хочу грубо оборвать её идиотский трёп, но вовремя вспоминаю слова Леона о необходимости соглашаться со всеми предположениями о нас, и прикусываю язык.
— Всё верно. Я пойду. Леон ждёт меня в кафе.
При упоминании его имени глаза Таи восторженно округляются.
— О, конечно! Альф нельзя заставлять ждать. Они от этого злятся. Ещё увидимся, да? Я, кстати, сегодня свободна, и мы могли бы выпить вместе кофе.
— Я теперь уезжаю домой с Леоном, так что не получится, — отрезаю я и, не дожидаясь, пока из её рта вылетит очередная порция слов, торопливо ухожу.
— Встретила знакомую, которая никак не хотела заткнуться, — поясняю я Леону, стоящему возле стойки кафе. — Извини.
— Что будешь? — он кивает на электронное табло меню.
— Эм-м… — я неловко переступаю с ноги на ногу. Мысль о том, что Леон продолжит за меня платить, пока никак не укладывается в голове. — Кофе и круассан.
— Большой капучино, круассан и салат с ростбифом для девушки, американо и пасту для меня, — громко объявляет он, прикладывая карту к терминалу. — В следующий раз будь добра называть заказ полностью.
— Хорошо, — смущённо бормочу я. — Как твои занятия?
— Познавательно, — Леон кивает в глубину зала. — Пойдём присядем. Члены совета наверняка нам обрадуются.
Пробираясь за ним к центральному столу, я вновь ощущаю на себе десятки взглядов. Когда Леон сказал, это закончится? Через пару-тройку дней? Может, стоит опубликовать новость о моём новом статусе в студенческом вестнике, чтобы поскорее положить конец разглядываниям и перешёптываниям. Я уже и заголовок придумала: «Эту больше не трогать! Собственность Леона Демидова».
— Все привет. Не помешаем?
Не дожидаясь ответа, Леон выдвигает стул для меня и занимает соседний. Лица членов совета при виде меня вытягиваются, на них проступает неодобрение.
— Присаживайтесь, конечно! — первым находится слизняк Тимур. — Лия, ты сменила стиль? Тебе идёт.
Перед глазами возникает сцена того, как он сбивает рюкзак с моего плеча и отпихивает ногой ежедневник, так что вернуть ему улыбку не получается.
— Спасибо, — сдержанно отвечаю я, выкладывая на стол телефон.
Взгляд Тимура задерживается на моей сумке, но ему, в отличие от Таи, хватает ума не задавать вопросов о её происхождении.
— По поводу третьего октября… — откашлявшись, произносит Пётр, глядя на Леона. — Я уже говорил остальным, что дом в моём распоряжении, так что с местом проведения вопрос решён.
— Хорошие новости, — сдержанно кивает он.
— А что будет третьего октября? — машинально спрашиваю я.
Все за столом как один смотрят на меня, однако, ответа не следует. Я машинально свожу колени. Чего они так пялятся? Прислуге не разрешается говорить в присутствии господ?
— Третьего октября совет празднует начало учебного года, — поясняет Леон. — Эта традиция существует с начала основания университета.
— М-м-м… — мычу я, не зная, что на это ответить.
— В листе пока двадцать пять человек, — продолжает Пётр, сделав вид, что я не встревала в разговор. — Ждём информацию от тебя, Леон.
— Внесите Лию в список. Имена остальных я назову чуть позже.
В воздухе повисает тугое молчание. Тимур с соседом ошарашенно переглядываются, Пётр непонимающе хмурит брови.
Я пока плохо понимаю происходящее, ну кроме того, что, кажется, попала в число гостей закрытой ВИП-вечеринки. Не то, чтобы мне хотелось проводить время в компании этих снобов, но… кто я такая, чтобы возражать альфе?
  
19
 
Практически весь путь к особняку Демидовых Леон разговаривает по телефону. Слова «криптовалюта», «майнинг» и «эн-эф-ти» мало о чём мне говорят, так что я просто смотрю в окно, греясь в лучах ненавязчивого октябрьского солнца и постигшем меня расслаблении.
Лишь когда автомобиль заезжает в ворота дома, я наконец получаю возможность спросить у Леона о предстоящей вечеринке. Главный вопрос заключается в том, действительно ли мне следует туда идти.
— По поводу традиционного празднования. Ты уверен, что это хорошая идея пригласить меня туда? — Я шутливо развожу руками. — Твоей невесте едва ли это понравится.
— Эльвира не посещает подобные мероприятия, — отвечает Леон, плавно выкручивая руль. — Если бы я считал, что это идея плохая, я бы не стал её предлагать.
— Логично, — бормочу я, в который раз чувствуя себя ребёнком на фоне его рассудительного спокойствия. — А как там всё обычно происходит?
— Это классическая вечеринка с музыкой и выпивкой. Ничего из того, чего бы ты не видела.
— Классические студенческие вечеринки в моём понимании — это комната в общежитии и вино по акции «три по цене двух» в пластиковых стаканчиках. Уверен, что мы об одном и том же говорим?
  
Леон косится на меня с усмешкой.
— Допустим, что вместо комнаты будет дом, вместо вина — просекко, а стаканы не пластиковые, а бумажные. Суть это не меняет.
— Спасибо за пояснение. А как одеваться?
— Как сегодня, — коротко отвечает Леон, глуша двигатель.
Я хочу спросить что-то ещё, но в этот момент замечаю на крыльце маму — и напрочь обо всём забываю. Она напряжённо следит за нами, руки скрещены на груди — явный признак недовольства. Её неодобрительный взгляд жжёт кожу даже через стекло.