Рокировка (СИ)
Радует одно: ему не нужно убивать меня сейчас. Это вызовет много подозрений и вопросов, он здесь явно не для этого. Локонте, видимо, считает, что я замешан в похищении Бориса. И, похоже, именно об этом и пришёл поговорить…
Что ж — отлично. Главное теперь никак не выдать, будто я раскусил сукиного сына. А ещё — неплохо бы получить подтверждение догадки. Каким-нибудь аккуратным способом, не привлекающим внимания.
— Если хотите помочь, Константин Александрович, найдите моего сына, — сказал «император», глядя в сторону. — Найдите его как можно скорее — пока он ещё жив, и бедного мальчика ещё можно спасти.
Глядя на императора, я медленно запустил руку в правый карман брюк и коснулся ключей.
— Ваше величество, великого князя ищут специально обученные люди, — начал издалека. — Их много, и у них всё под контролем. Если я буду сейчас действовать по собственному почину, я создам им множество помех, а результат… Вряд ли я добьюсь результата.
— Когда те негодяи похитили мою дочь, вам не потребовалось и полусуток, чтобы спасти её, — напомнил император.
— Её похитили у меня на глазах, — возразил я. — И я шёл по горячим следам.
— Знаю! — с досадой — так не свойственной ему — воскликнул император. — И всё же, я лично прошу вас найти моего сына.
— Мы исходим из того, что его похитил мсье Локонте? — Я пальцем погладил связку ключей в кармане.
— Кто же ещё это мог сделать! — проворчал император.
— В таком случае я уже работаю над тем, чтобы найти вашего сына, ваше величество. Вы ведь сами дали мне неделю — на то, чтобы отыскать этого человека.
— И как же вы его ищете, позвольте поинтересоваться? — Язвительность. Ещё одна интонация, которой я никогда не слышал от императора. — Ходите с моей дочерью на балет?
— Это — часть плана, — сказал я, нисколько не солгав.
— Какого именно? — Император недоуменно повернулся ко мне.
Я снова отметил, что смотреть мне прямо в глаза он избегает — взгляд вообще скользит как будто мимо моего лица. И я едва слышно брякнул ключом о ключ, не вынимая их из кармана.
Голова императора дёрнулась. Он повернулся ко мне правым ухом и нахмурился:
— Что это было?
— О чём вы? — Я медленно вытянул руку из кармана.
— Звук. Металлический звук.
— Ах, это. Прошу простить. Это — мелочь в кармане.
Я похлопал по левому карману, и там практически неслышно звякнули монеты.
«Император» кивнул, а я улыбнулся. Вот ты и попался… Нечасто я пользовался этой улыбкой. Но один раз — очень хорошо помню. Когда мои ребята поймали одного из сумасшедших карателей, состоявшего на службе у концернов. Я вошёл в подвал, где его держали связанным, и улыбался точно так же, глядя на него. Я улыбался и вспоминал лица убитых им друзей. Представлял, как сейчас отомщу за них.
Сумасшедший каратель оказался не таким уж сумасшедшим. Увидев мою улыбку, он обмочился и принялся звать маму.
А «император» не обратил на улыбку никакого внимания.
— Так что именно за план у вас, господин Барятинский? — нетерпеливо спросил он. — Здесь вы можете говорить свободно, нас никто не подслушает.
Усилием воли убрав улыбку с лица, я сказал:
— Охота на живца, ваше величество. Прежде чем вы разгневаетесь, прошу, вспомните: вы сами сказали, что я могу располагать любыми ресурсами и любой помощью с вашей стороны и со стороны вашей семьи… Великого князя Бориса Александровича никто не похищал. Он сам ушёл со мной, когда я объяснил ему ситуацию.
— Что? — вздрогнул «император». — Что⁈
— Великий князь у меня. В нашем загородном имении, в моей комнате, — уточнил я. — С ним всё в полном порядке, ваше величество. Он чувствует себя вполне здоровым, и дело здесь не в целителях. Просто великого князя нужно было убрать отсюда. Подальше от того, кто вредит его здоровью. Как я и предполагал, так называемый мсье Локонте — человек из самого ближайшего вашего окружения. Помните, вы обещали оказать мне любую поддержку?.. Так вот — этот момент настал. Я бы попросил вас намекнуть, что великий князь у меня. А также намекните, что следующей ночью, после того как закончится празднование бракосочетания Нины Романовны, моей тётушки, я перевезу великого князя в другое место, в Чёрном городе. Туда, где его точно не будут искать. Я надеюсь, что во время переезда на нас нападут. Но вы позаботитесь о том, чтобы нас прикрывала ваша гвардия. И мы возьмём Локонте — в момент, когда он постарается отбить великого князя.
«Император» молчал почти минуту. Я спокойно ждал, пока он упорядочит мысли. Там определенно было что упорядочивать.
— Вы ведь понимаете, что это — смертная казнь? — тихо спросил «император». — То, на что вы осмелились…
— Понимаю, безусловно, — кивнул я. — Но моя жизнь — ничто, когда речь идёт о жизни правящей династии! Если таково будет ваше решение — я поднимусь на эшафот и приму смерть, как высшую награду.
— И кто же этот «мсье Локонте»? — На «императора» моя самоотверженность не произвела никакого впечатления. — Кого вы подозреваете?
— Двоих людей, — вздохнул я. — И вполне возможно, что они действовали заодно. Кто из них главенствует, думаю, пояснять будет не нужно.
— Имена! — повысил голос «император».
* * *Дорогие читатели!
Спасибо за то, что вы с нами.
Ваши лайки, награды и комментарии приближают выход новых глав и продлевают жизнь серии)
Глава 29
Крючок
— Статс-дама Алмазова, — доложил я. — Мне очень неприятно оскорблять подозрением мать моей… практически невесты. Но она явно испытывает ко мне неприязнь. Это вполне увязывается с требованиями к вашему величеству о моей казни. К тому же госпожа Алмазова однажды обмолвилась, что служила донором для великого князя. Спрашивается: что могло заставить чёрного мага, который, к тому же, с великим князем никак не связан, выступить донором? Её аж передёрнуло, когда она об этом вспоминала. Полагаю, её почти застали на месте преступления, когда она спровоцировала у цесаревича приступ. И, чтобы отвести от себя подозрения, пожертвовала часть своей энергии… должно быть, господину Юнгу, который употребил её на исцеление вашего сына.
«Император» покачал головой, но сказал лишь:
— А второе имя? Кого ещё вы подозреваете?
— Это… тяжело произнести, — вздохнул я. — Но речь идёт о вашей супруге.
— Моей… супруге? — повторил «император», по-прежнему глядя в сторону.
— Мне очень жаль, ваше величество. Но государыня подходит на эту роль идеально. Вы ей полностью доверяете — раз. Она, насколько мне известно, давно прекратила всяческие отношения с сыном — два. Она уже дважды беседовала со мной, до и после исчезновения великого князя. И беседы эти были весьма странного содержания. Я заранее прошу прощения, но мне показалось, будто её величество не в себе. Хотя, тем не менее, мозгом и силой всей этой страшной аферы является именно она. Госпожа Алмазова, скорее всего, просто выполняла приказы.
Мысленно я стоя аплодировал сам себе. Насочинять такое количество чуши так быстро и в таких, мягко скажем, тяжёлых обстоятельствах — дорогого стоит. А уж произносить эту чушь уверенным тоном и с серьёзным выражением на лице — вовсе смахивает на гениальность.
— Моя жена, — пробормотал император. — Моя… жена. Вы уверены в этом?
— Помилосердствуйте, ваше величество. Как я могу быть в чём-то уверенным? Подозрения — всё, что у меня есть. Но я полагаю, что если вы каким-то образом намекнёте… может, через кого-нибудь… Тогда завтра ночью на мою машину нападёт именно госпожа Алмазова. Надеюсь, ваши люди сумеют взять её живой. Расстраивает, конечно, что допрос её, скорее всего, ничего не даст — как и все предыдущие допросы. Но теперь, когда вы знаете о моих подозрениях, вам, полагаю, не составит труда самостоятельно вывести на чистую воду вашу супругу и поступить с ней по своему усмотрению. Что до меня — на этом этапе я, с вашего позволения, умываю руки. Как бы вы мне ни доверяли, но ваша семейная жизнь для меня — святыня, я больше не хочу туда вмешиваться. Да и вам, полагаю, это будет неприятно.