Рокировка (СИ)
— Сильная блокировка, — заметил чистенький Триаль, вновь появившись незнамо откуда. — Ну-ка, мадемуазель, мсье — давайте-ка, дружно. Завернём его в плед, пока мы все не перепачкались. С ямой я, к счастью, закончил.
Глава 18
Паук
— Я чувствую себя палачом. Отвратительное ощущение, — сказала Кристина, глядя на воду.
Мы сидели на берегу Сены за городом. Воды у Триаля действительно не оказалось, а нам после произошедшего было необходимо умыться. К счастью, на тёмно-красных спортивных костюмах — переодеться после Игры мы так и не успели — кровь была почти не видна. Однако пятна всё равно по возможности замыли.
Я в очередной раз поклялся себе, что, как только вернусь домой — попрошу Нину обучить меня навыку магической химчистки, или как там это правильно называется.
— Н-да, приятного мало, — согласился я.
Кристина покосилась на меня.
— Ты ведь знал, что так получится?
— Смеёшься? Откуда я мог знать, что у этого кретина взорвётся башка.
Я немного покривил душой: произошедшее было для меня и вправду неожиданностью, однако шокировало слабо.
Во-первых, я однажды уже наблюдал подобное — с фальшивой Агнессой. А во-вторых, Златослав был мне никем. После того как разрывной пулей разносят голову твоего друга, с которым ты стоишь лицом к лицу и разговариваешь, чувствительность к подобным вещам ослабевает в принципе.
— Но ты не мог не знать, что блокировка сработает и убьёт его, — настаивала Кристина. — Ты ведь для того его и напоил, чтобы он успел сказать хоть что-то!
Я помолчал, размышляя. Ещё пару недель назад выдумал бы какую-нибудь «ложь во спасение», но теперь ситуация изменилась. Теперь я видел настоящую Кристину — ту, которую, скорее всего, звали вовсе не Кристиной. И с которой можно было говорить, как с ровней.
— Милый мальчик Златослав участвовал в похищении человека, — напомнил я. — Знал ли он, кого похищает, или не знал — десятый вопрос. Он похитил ни в чём не повинную девушку. Пару дней назад милый мальчик Златослав превратил поезд в чудовище, которое едва не угробило нас, машиниста и полтора десятка пассажиров. А сегодня он пытался убить меня при помощи оживших скелетов. Вот, коротенечко, только те поступки этого милого мальчика, которые известны мне. Плюс, я доподлинно знал, что за его спиной стоит кукловод, который хочет уничтожить меня, подмять под себя власть в Российской Империи и спустить эту Империю в унитаз. Ценой — миллионов человеческих жизней. И — не знаю, как тебе, а мне уже осточертело ходить вокруг его кукловода кругами! Поэтому — да, я осознанно зашёл чуть дальше черты безопасности. Для того, чтобы получить чуть больше информации. И я её получил. Осуждаешь меня за это?
Кристина избегала моего взгляда. Она смотрела на реку, словно медитирующий монах. Неохотно проговорила:
— Я — нет. Но что насчёт твоей жемчужины?
Я достал жемчужину из-под куртки. Почти чёрная, только крохотное белое пятнышко осталось.
— Ничего. Почистим, — пряча жемчужину, буркнул я. — Кстати, насчёт очищения. Искупаться не хочешь?
— У меня нет с собой купального костюма.
— Вопрос стоял иначе.
— Здесь Триаль.
— То есть, моё присутствие тебя не смущает? — хмыкнул я. — Польщён. А Триаль, как истинный джентльмен, полагаю, не откажется подождать в машине — пока мы будем купаться.
Кристина вспыхнула.
— Прекрати! Неужели ты не понимаешь, что ведёшь себя, как абсолютно чёрный маг?
Я покачал головой:
— Вот умеешь ты всё-таки сбить настрой…
— Потому что не нужно вызывать у себя этот настрой, когда мы только что смыли с себя кровь человека — которого закопали за холмом после того, как у него взорвалась голова! — проворчала Кристина. — И взорвалась, кстати, из-за тебя.
— А ты привыкла снимать стресс как-то иначе?
— Я вообще не привыкла снимать стресс, — отрезала она.
Однако покраснела ещё больше.
— Ох, точно, — вспомнил я, — у тебя же нет опыта… Ну, самое время попробовать — не находишь? Когда-то ведь надо начинать. Работа у нас нервная…
— Барятинский, замолчи! — Кристина вскочила на ноги и сжала кулаки. — Давай сменим тему.
— Ладно, как скажешь, — пожал я плечами. — Сменим так сменим. Тем у нас — вагон, не вижу смысла экономить.
Я снял глушилку и, обернувшись, нашёл взглядом Триаля.
— Вы не могли бы подойти? — крикнул я. — Нужно поговорить.
Триаль тут же приблизился. Я встал на ноги, отряхнул штаны и ладони.
Сказал:
— Итак, что мы имеем? Если немного продолжить намеченные Златославом линии, то получается следующее. Император знает, что спасти жизнь Бориса он может в любой момент. Но — ценой жизни Анны. А наш добродушный друг мсье Локонте в приступе неудержимого гуманизма решил похитить Анну, чтобы помочь ей избежать этой жестокой участи.
— Получается, так, — сказал Триаль. — Это, разумеется, шокирующее открытие, и… Я бы понял, мсье Барятинский, если бы вы решили исключить меня из круга людей, которые могут это всё обсуждать. Как-никак, моё дело — внешняя разведка.
— Ничего. Господин Витман сказал, что вам мы можем полностью доверять, — заявила Кристина. — Так что же получается? Локонте на самом деле пытается спасти Анну?
— Получается, что так он сказал Златославу, — поправил я. — И, скорее всего, не ему одному. А вот чего он хочет в действительности — вопрос. Я могу предположить следующий сценарий: цель Локонте — похищение Анны и последующая обработка её психики. Пока суть да дело, Борис умрёт, Император на нервной почве даст слабину. И наступит самое подходящее время для того, чтобы устроить дворцовый переворот. В решающий момент на сцену выведут уже прекрасно обработанную Анну, которая возьмёт власть в свои руки. А за её спиной будет превосходно себя чувствовать серый кардинал Локонте.
— Великая княжна Анна не обладает нужным магическим складом, — возразил Триаль.
— Вы путаетесь в реалиях, — покачал головой я. — Двойственная природа магии нужна для передачи власти в штатном режиме. В случае если происходит переворот, на престол можно посадить хоть мешок с песком — и это будет работать. Хотя, конечно, недолго, мешок с песком вызовет серьёзные вопросы у аристократов. И рано или поздно появится представитель какого-нибудь уважаемого рода, обладающий двойственной природой магии. Он заявит права на престол, и его поддержат. Инерция в обществе — чрезвычайно сильная штука.
— И я даже знаю, кто будет этим представителем, — Кристина посмотрела на меня. — Что ж — теперь, по крайней мере, ясно, почему этого кого-то так отчаянно стараются убить.
— Согласен, — признал я. — При таком раскладе зомбированная Анна на троне — компромиссный вариант. Природа магии у неё не подходящая, однако она — наследница императорской династии, прямой потомок по крови. Это уже козырь, и аристократия не рискнёт оказывать поддержку какому-то выскочке с двухцветной жемчужиной.
— Значит, все те магические символы в подвале были только для того, чтобы пустить нас по ложному следу? — пробормотала Кристина.
Я развёл руками:
— Это вполне в духе Локонте. Ресурсов у него — хоть отбавляй, уж расписать подвал ради маскировки — точно не проблема.
Помолчали. Потом нерешительно подал голос Триаль:
— Но ведь всё может быть и немного — самую капельку! — иначе.
— Может, — кивнул я. — И вот это-то меня и пугает.
— Вы о чём? — нахмурилась Кристина.
— Смотри. Допустим, Локонте действительно хочет похитить и придержать для свои гнусных целей великую княжну. Спрашивается, что же он для этого делает? Он арендует занюханный подвал в Чёрном Городе и нанимает перекачанных магией детишек. А сам при этом даже не торопится к ним на встречу, преспокойно сидит в Париже. Как-то странно, не находишь?.. Я вот думаю, Локонте точно знал, что похищение сорвётся. Собственно, с такими бестолковыми исполнителями это похищение даже в теории не могло не сорваться.
— Но тогда — зачем? — недоумевала Кристина.