Мой кошмарный принц (СИ)
— Не против, солнышко, — согласилась Виктория Владимировна, прекрасно знающая любовь собственного ребенка к сыну подруги. — Только ты хотя бы пару раз для приличия покажись здесь.
— Для приличия — обязательно, — согласно кивнула Анастасия. — Явлюсь ночью в белой простыне в качестве призрака. Подойдет такое приличие?
— Аська! — укоризненно посмотрела на нее мать, потом перевела взгляд на часы и ойкнула. — Мне пора, — и убежала.
Что ж, хорошего мало, определенно. Но раз уж такой повод, стоит поучиться жить одна. Может, так и проще будет справиться с собственными демонами? А то периодически она до сих пор просыпается с криками… Это уж как-то совсем не комильфо. Ладно, самой пугаться, родителей-то зачем пугать?
Сон почему-то прошел. Кажется, упоминание Петра Рогожина иногда действуют похлеще всякого кофе. Но сделать бодрящий напиток все равно не помешает. В конце концов, портретный очерк еще не закончен, нужно доработать. А потом уже, когда ни сил, ни мыслей не останется, можно и поспать. Вдруг станет легче?
Проведя нехитрые манипуляции с туркой (а признавала она только сваренный кофе), Ася пристроила на коленях ноутбук и начала быстро печатать, словно от ее скорости зависела чья-то жизнь. Из рабочего ступора ее вывел звонок смартфона.
— Опять строчишь? — вместо приветствия поинтересовались в трубке. — Я тебя скоро в печатную машинку в телефоне переименую.
— Привет, Паша, — устало потерла переносицу Ася и хихикнула. — А почему в машинку? Они ж устарели.
— Просто это единственный более-менее гаджет женского пола. А ты у нас как ни крути, девушка, — великодушно сообщил собеседник.
— Ага, как ни крути, — хмыкнула Ася, приподнимаясь на диване и косясь в сторону зеркала. Кажется, она дошла до стадии, когда крутить пришлось бы долго, чтобы понять. Но не расстраивать же дорогого друга и любимого однокурсника? Пашка — один из тех немногих людей, которые остались в ее жизни, прекрасно зная всю правду. Ни разу не упрекнув и не осудив. Впрочем, Пашка Королев и был тем хорош, что он всегда был настоящим, искренним. Возможно, даже слишком искренним для журналистики.
— Детка, только не говори, что ты опять на своей работе днюешь и ночуешь? Ну пожалуйста… — попросил Королев. Ася как наяву представила внимательные серые глаза, которые казались слишком цепкими для такого балагура. Он всегда видел глубже, чем другие.
— Раз ты так просишь — не буду, — улыбнулась Ася. — Но сейчас я дома, не беспокойся.
— Что, Никита выгнал наконец-таки отсыпаться? — понимающе усмехнулся Павел, пересекающийся пару раз с ее начальством. — Ладно, раз такое дело, то ты сейчас отсыпаешься. А в восемь часов я за тобой зайду.
— Зачем? — просто спросила девушка. Отказаться она даже не пыталась — не прокатит. Да и по другу соскучилась.
— Узнаешь, — таинственно откликнулся собеседник. — Одежда — парадно-выходная, но колодки свои любимые не надевай. Я не готов переть тебя в ночи на руках, — припомнил он давнюю историю студенческих времен. И положил трубку. Стало даже как-то грустно — каблуки она сейчас носила все реже, это тоже осталось в далеких университетских годах. Разве что невысокие…
Ася спустила ноги с дивана и подошла к ненавистному зеркалу. Поверхность отображала блондинку, слегка даже кукольную, с огромными глазами. Она смотрелась настолько естественно, что только самые опытные бы сказали, что цвет ненатуральный. Темно-синие глаза с длинными ресницами смотрели настороженно, словно отражение вот-вот нанесет ей удар. Страшный, от которого сложно будет оправиться. Отражение было таким привычным и таким чужим одновременно. Что есть, то есть. От прежней Аси Строгановой действительно мало что осталось.
Глава 5
Ася удивленно оглядела представшее перед ней здание, переливающееся огнями и даже слегка застопорилась.
— Бар? Паша, ты спятил? Нам обоим завтра на работу! — с каким-то полувосхищением-полувозмущением выдала девушка.
— Смелее, — подмигнул ей друг. — Когда это ты успела стать унылым офисным планктоном? Вперед, Асютка!
— Ты будто на панель меня провожаешь, — хмыкнула собеседница. — Щас напоишь и на трассу.
— Тьфу на тебя, — рассмеялся Королев. — Вперед, солнце. Бар не кусается. Я тоже.
За те два часа, что они просто пробродили по улицам, он понял, что приятельница на пределе. Только ведь ничего не расскажет. Как всегда. Замурует все свои эмоции внутри, словно их в принципе нет и не было. Он понимал, что Аське так проще. Вот только рано или поздно это приведет к очередному срыву. Плавали — знаем. Он еще помнил, как еще пару месяцев назад она давилась обжигающим вискарем пополам со слезами. И не говорила абсолютно ничего. Но ему и не нужны были слова. Пять лет прошло, а все было живо. И, если понадобится, он будет сжимать кулаки, материться про себя от бессилия, но все равно останется ее личным психологом. Всегда. И нет, не потому что он в нее безответно влюблен, как могли бы подумать многие. Просто Павел не мог иначе.
— Пакость ты блондинистая, Королев, — улыбнулась Ася и решительно вошла в кованные двери. Атмосфера здесь была… Непривычной, мягко говоря. Да, это был бар, но не шумный, с бьющей по ушам музыкой, а уютный, практически камерный. Негромко играла какая-то классика в современной рок-обработке, от электрических подсвечников исходил мягкий свет и падал мягкие кресла нежно-медового цвета. Это было так изысканно и уютно, что в первое мгновение Ася замерла.
— Вот это да, — зачарованно прошептала она. И только получив мягкий толчок под спину шагнула в зал. Невысокие каблучки застучали по паркету. Практически сразу перед ними возник официант.
— Прошу, присаживайтесь. Что желаете? — протянул он папки с меню.
— Хозяина позови, пожалуйста, — попросил Пашка. — И мы сейчас выберем заказ.
Персонал сработал безукоризненно, и вскоре к ним подошел парень лет тридцати со слегка взлохмаченной шевелюрой. Почему-то он показался Асе смутно знакомым.
— Лекс, — радостно воскликнул Пашка, поднимаясь и пожимая руку. — Как поживешь? Как жена?
— Все шикарно, продолжает виртуозно выносить мне мозг, — радостно заржал хозяин сего заведения. — Сам как? Ты, я смотрю, с девушкой.
— Знакомься, старина, это моя приятельница… — начал представлять однокурсницу Королев, но девушка его уже привычно перебила:
— Настя, — решительно протянула руку она. Павел недовольно хмыкнул, но позорить таракашек не стал — он так и не смог привык величать ее этим именем. Только постарался скрыть заминку:
— А это мой друг Лекс Барсовецкий, хозяин сего заведения и еще одного классного клубешника. Но затащить тебя туда я, боюсь, не смогу. Если только сначала напою, — нарочито рассмеялся он.
— Ну, это не проблема, — улыбнулся Лекс, а Ася в очередной раз задумалась — где же она его видела? Слишком знакомая была улыбка. В свою очередь Барсовецкий тоже к ней пригляделся.
— А ты случайно Глеба Левицкого не знаешь? — вдруг подозрительно поинтересовался он. Тут как в голове щелкнуло — ну, конечно! Она его видела у Глеба и не раз. Он же…
— Ты — муж Вики и лидер "Барсов"? — быстро спросила она, радуясь, что в этот раз память не стала над ней измываться.
— Первый титул особенно почетный, — рассмеялся Лекс. — Он достался упорным трудом и потерянными нервами.
— Звучит так, будто со вторым было легче, — невольно улыбнулась Ася. Он был обаятельным, даже очень. Впрочем, как и его жена — эпатажная хохотушка, которую она неоднократно встречала дома у старых друзей.
— Определенно легче, — состроил страшные глаза Лекс. — Только Вике не говори, еще возгордится.
Ася рассмеялась — просто иначе отреагировать было нельзя.
— Так вот, — влез в их милый диалог Паша. — Пусти меня в бар, дружище, а? Сделаю парочку своих фирменных. Чтобы кто-то так улетел, что забыл, где работа находится.
— О, это всегда пожалуйста, — рассмеялся Лекс. — Я сейчас скажу, чтобы бармен пустил. А вообще шел бы ты ко мне лучше работать, чем в своей шарашкиной конторе. Я тебя деньгами не обижу.