Мой кошмарный принц (СИ)
— Странно, что мы с тобой раньше не встречались, — задумчиво произнес Стас, пытаясь разрядить атмосферу. Он уже докопался до правды и усугублять ситуацию в дальнейшем было для него крайне невыгодно. В конце концов, он не собирался отступать.
— Как это не встречались? — хмыкнула Виктория Владимировна, от которой смена темы не ускользнула. Но возвращаться к ней не стало. Было забавно наблюдать за тем, как отчаянно дочь пытается сделать вид, что ее не существует. — Она у нас несколько раз на репетициях присутствовала на выпускном спектакле. Я ее тебе в пару даже пару раз ставила, когда Лера болела.
Стас покопался в памяти и смутно вспомнил, что пару раз действительно присутствовала совсем молоденькая дочурка преподавательницы. И да, она пару раз заменяла его партнершу. Талантливая девочка, только совсем юная, кажется, она даже несовершеннолетняя была на тот момент. Вот только…
— Ты же шатенкой была, — вдруг с подозрением выдал он.
— Только не говори, что ты никогда не слышал про такое великое изобретение человечества, как краска для волос, — съехидничала Ася, внимательно рассматривая собственный маникюр. Она не помнила его. Вот абсолютно. Репетиции помнила, а вот его — нет. Не в первый и не в последний раз мать ставила ее с кем-то в пару, Ася частенько была палочкой-выручалочкой в этом вопросе. Так что блондины, брюнеты, кудрявые или длинноволосые — все слилось.
Раздался негромкий смешок. Власту искренне развеселила оторопь брата. И, слишком хорошо знающая Стаса, она по-детски уже достроила цепочку и мысленно женила братца на любимой руководительнице. И, прекрасно понимая, что тот пока далеко не продвинулся, неожиданно предложила:
— А давайте поужинаем сегодня вместе? Настя, если у тебя, конечно, планов нет, — она умоляюще посмотрела на Асю. — Занятия ведь уже закончились.
— Отличная идея, — поддержал сестру Стас. — Все равно ведь рядом живем, нам по дороге.
Хотелось отказаться. До жути, до ломоты в пальцах. Хотелось просто держаться как можно дальше от вредного кудряша, который не гнушается никакими средствами. Вот что ему стоило просто взять и пресечь на корню «прекрасную идею» сестры.
Вот только… Она помнила. Помнила собственный страх перед обстоятельствами. Помнила свою глупую решимость помочь. Помнила, как больно было в восемнадцать лет понимать, что для любимого человека ты не значишь абсолютно ничего, осознавать, что он даже пальцем не пошевелит, чтобы ее спасти. А еще четко могла воспроизвести в памяти расплывающееся красное пятно на одежде брата. К счастью, последнее к ситуации Власты отношения не имела, вот только Ася не могла стереть из памяти ее слезы. Понимала, как девочке сейчас тяжело. И, несмотря ни на что, брат — не всегда лучшая компания в подобной ситуации. Развеселить он, может, и сможет, но не факт, что сможет понять. И далеко не факт, что не начистит симпатичную морду этого самого Марка. Что, в принципе, не самый плохой вариант.
Но Власта не виновата в том, что она хотела держаться подальше от Стаса. Девочке плохо, и сейчас все страхи и эмоции вполне взрослой и разумной Аси — ничто перед этой болью. И она просто не имеет права оставить ее в таком состоянии. Мы в ответе за тех, кого приручили…
— Ничего не имею против, — выдавила из себя улыбку Строганова, а инстинкт самосохранения в панике истошно завопил и схватился в отчаянии за голову.
Глава 16
До сих пор не укладывалось в голове, что она все-таки взяла и согласилась поужинать со Стасом и Властой. Наверное, помрачение, не иначе. Тем не менее она вместе с подопечной переступила-таки порог холостяцкой берлоги актера.
— Ну что, что-нибудь закажем? — предложил хозяин квартиры, на что его сестрица пренебрежительно фыркнула:
— Вот еще! Сам приготовишь, не маленький. В конце концов, тебе сам бог велел.
— А он нас точно не отравит? — засомневалась Ася, искренне подозревая, что за выходку с племянником ей вполне могут подсыпать слабительное или еще какую-нибудь гадость. Это, возможно, было бы даже справедливо, будь она на его месте. А так… Оставалось лишь опасаться и надеяться на благоразумие соседа.
— Я вообще-то не такой уж безрукий, — обиженно заметил насупившийся Стас.
— А я разве говорила про случайно? — невинно улыбнулась Ася.
На этом празднике жизни вообще вряд ли будет что-нибудь случайное. Даже этот самый ужин.
— То есть ты подозреваешь, что я тебя отравлю? — удивился Стас. — Что, настолько совесть мучает?
— Мне становится все интереснее, что же такое между нами происходит, — пробормотала Власта вполголоса и тут же захлопнула рот ладонью, словно сожалея о нечаянно вырвавшихся словах.
— Да ничего особенного, — пожала плечами Ася. — Значит, ужин ему все-таки можно доверить?
— Абсолютно ничего, — поддакнул Белозеров. — Просто твоя руководительница не хочет со мной на свидание идти.
— Ой-ой, у ребенка отняли игрушку, — покачала головой девушка. — Какая нехорошая я.
Власта переводила взгляд с одного на другую, словно стараясь прочитать их эмоции, докопаться до причин. Брата она знала довольно хорошо и, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте, они были довольно близки. Но на ее памяти это был чуть ли не первый раз, когда ему предмет обожания не дался в руки так легко, как обычно. И в этой ситуации она была скорее на стороне Насти. Если для Стаса это просто развлечение, то и не стоит начинать, Строганова была ей глубоко симпатична, и не хотелось видеть, как она потом страдает, расставшись с этим дамским угодником… Еще одна брошенка. От этих мыслей вновь захотелось разреветься, но Власта себя сдержала. Она не готова пока все еще раз рассказывать. Еще болит. Еще не прошло. Так вот, возвращаясь к Насте и Стасу… Если для последнего это серьезно, то даже лучше, что его так отталкивают — больше ценить будет.
— И правильно делает, — пробормотала она.
— Воот! — обрадовалась Строганова. — Слышал умного и знающего человека?
— Да что этот младенец вообще может знать, — махнул рукой парень. А вот это он зря. Младенец, может, таким богатым опытом, как он, и не обладал, зато имел хороший прицел. И небольшая подушка с дивана прилетела прямо в самодовольное лицо кудряша.
— Марш на кухню, — скомандовала Власта и пригрозила. — И побыстрее, пока у тебя есть такая возможность. Будешь выкаблучиваться, мы с Настей пойдем куда-нибудь ужинать. Без тебя. Упустишь последний шанс.
Не стоит дразнить хомячков, вот только так она, по крайней мере, могла запрятать собственную боль. Подстебать ближнего своего — это же святое. Особенно старшего брата. Когда еще такой случай представится?
— Выпороть бы тебя, мелочь, — горестно вздохнул Белозеров. — Да рука не поднимается.
— Грусть-печаль, — съехидничала Власта. — Но ты поторопись, взрослый, умудренный опытом дяденька. А то уйдем. Уйдем ведь, Настя?
— Обязательно, — с улыбкой подтвердила девушка. Она понимала, что подопечная буквально цепляется за этот шутливый разговор, чтобы снова не скатиться в истерику. Наверное, поэтому Власта и позвонила Стасу, знала, что тот всегда ее рассмешит. Ее же собственный брат такими талантами не обладал. Ярик был заботливым, настоящим, порою грозным рыцарем. Вот только с чувством юмора у него было, мягко говоря, не очень. Наверное, потому судьба так над ним и подшутила, подсунув в жены Ингу.
Скорчив недовольную моську, хозяин квартиры удалился, а Ася, расположившись на диване, спросила:
— Как ты?
В то же мгновение с лица Власты словно испарилась маска. Она резко погрустнела и, обхватив себя руками, произнесла:
— Наверное, получше. Честно, не знаю. В любом случае, надо как-то жить. Что бы там ни было, я справлюсь.
— Скажешь брату? — полюбопытствовала Ася. Она бы не сказала. Не настолько доверительными были отношения. Плюс знала, стоит ей хотя бы намекнуть на подобное, и ее тут же полезут защищать. Хотя, наверное, тогда было бы разумнее, расскажи она кому-нибудь, а не геройствовала. Вот только история не знает сослагательного наклонения. История не смывает пятна крови в нашей памяти. История навсегда остается в сердцах.