Новая Россия, или, это мы, оба-двое! (СИ)

-Рад стараться, ваше превосходительство! - гаркнул он и вскочил по стойке "смирно" -Завсегда готовы! Хоть сейчас можем приняться выбрасывать бумеранги, круглое таскать, квадратное катать! Мы к этаким делам привычны, в литературных неграх с детских лет бегаем, на нас только и может быть вся надёжа. Сделаем все в лучшем виде. Толстой и Достоевский отдыхают. Нас еще запижут на золотых скрижалях расейской литературщины!
-Вольно! Садитесь! За работу вы всегда еще усеете приняться. Хотя, с другой стороны, дело не терпит отлагательств и приниматься за него надо немедленно, ибо, как говорит наша пословица: не следует тянуть резину в долгий ящик. Наши щелкоперы мечтного розлива только оды слагать умеют, а на кой они мне сдались? Надоели уже. А как путное написать, чтоб с душком, да с перцем, на это у них силёнок не хватает. А ты как думаешь, смогёшь? Осилишь?
-Да раз плюнуть! Знать бы только, какие горы свернуть, какие реки вспять повернуть!
 Лицо Эдуардыча расплылось в довольной усмешке.
-Ну вот и договорились. Харрроший вы народ, писаки-бумагомараки.
-Тем живём, ваше степенство. А иначе низзя. - отвтил Андрей, внутренне трясясь от хохота.
-Далеко пойдёшь, друг мой, есть в тебе нечто этакое, - тут Эдуардыч щёлкнул пальцами и попытался сделать умное лицо. Андрей вмешиваться в процесс умствования не стал, понимая, что Эдуардычу до слёз хочется родить умную мысль, отлить, так сказать, её в граните, на века, для потомства. И встревать в такие процессы не рекомендуется. Даже с самыми благими намерениями. Ведь мы-то с вами знаем, куда ведут вышеупомянутые намерения. Пауза обещала быть довольно долгой, если бы Эдуардыч не махнул рукой и не сказал:
-Ну, в общем, вы меня понимаете.
-Естественно, - поддакнул Андрей, которому, по правде говоря, уж очень хотелось ввинтить фразу похлеще да позабористее, но в данной ситуации это было бы против всех правил этикета. Всё равно, что ханыге зайти на светский приём и громко высморкаться в платье устроительницы банкета. Да еще пожаловаться на чересчур накрахмаленную ткань.
-Ну-с, а тогда с моей божьей помощью, приступайте, благословясь.
 И с этими словами Эдуардыч отодвинул от себя тарелку, и встал, давая понять, что обед закончен. Андрей решил, что и аудиенция тоже, но Эдуардыч сделал ему знак следовать за ним. Выйдя из комнаты, они прошли еще по одному коридору и вышли на веранду. Усевшись на один из стульев, Эдуардыч достал из кармана пиджака сигару и неспешно её раскурил.
-Не желаете?- предложил он Андрею.
-Премного вами благодарен, но, увы, бросил. Еще много лет назад бросил.
-Похвально, похвально, молодой человек. Но пить-то пьёте?
-А кто не пьёт? - пожал плечами Андрей. -В нашем Отечестве, не пьют разве что телеграфные столбы, да и то потому, что у них чашечки донышками вверх. И вообще, ежели человек не курит и не пьет, то невольно закрадывается мысль - а не сволочь ли он?
 Эдуардыч расхохотался.
-Это хорошо, не доверяю тем, кто не пьёт, не курит, да ещё и мало ест. Явная сволочь, если не сказать хуже. А как насчёт девочек? Пошалим, а? - и шутливо ткнул Андрея пальцем в бок.
-С превеликим удовольствием, мон ами. Но, сначала дело. А потом, всё что ваша душа прикажет. Как говорится: сделал дело - гуляй смело.
-А ты, оказывается, ещё тот плут! Ну ладно, замётано. Ну а сейчас к делу. Чтобы понять лучше, что от тебя требуется, тебе архи необходимо узнать одну поучительную историю. От нее тебе и придется танцевать.
 Тут Эдуардыч не спеша затянулся, выдохнул густой клуб дыма и многозначительным тоном начал:
-Итак, мой предшественник, Иван Михалыч, вполне заслуженно пользовался среди своих коллег уважением и, не побоюсь красного словца, здоровой завистью, которой можно завидовать человеку, своими руками сотворившему себе родному, дорогому и любимому, полновесное человеческое счастье. Но...
 Глава пятая. Олигархи местного розлива. 
 А в это время Сергей, чертыхаясь и кляня всё на свете, спускался по веревке со второго этажа. Надоели ему всё и все к чёртовой матери, захотелось домой, к Наташке поближе. А тут сплошные непонятки, аббревиатуры насквозь известные, но расшифровывающиеся так, что за неправильное употребление того и глядишь, угодишь в места не столь отдаленные. Или наоборот, настолько отдаленные, в которых никакой Макар телят не гонял. Потому, выбрав удобный момент, когда вся больница погрузилась в ночную тьму, он умело располосовал простынь на узкие ленты и соорудил неказистую на вид, но весьма прочную веревку. Он смог бы и лестницу соорудить, но на данном историческом отрезке он счёл таковое действо умничанием гнилого интеллигента.
 
-Помнят руки, помнят милые, - похвалил он сам себя, достигнув поверхности земли. После чего аккуратно потянул за один конец и верёвка соскользнула к его ногам. Не теряя времени, но и не спеша, Сергей смотал её и положил в карман: у доброго хозяина всё впрок. К тому же, оставлять возможные подсказки своим гипотетическим преследователям он не собирался. А потому, ещё до спуска, он ликвидировал наволочку и пододеяльник. Баловать кого-либо подобными подарками судьбы он не имел привычки с детства.
-Как же вы все меня достали, - бормотал он сквозь зубы, продираясь через колючий кустарник, росший вокруг больничного корпуса и больше напоминавший пресловутые спирали Бруно, нежели мирное растение. Хорошо ещё, что кустарник был не очень заросший и в ширину не более двух метров. Но колючек и царапин хватило, чтобы настроение испортить. А испорченное настроение как раз то, что совершенно неприемлемо в такой ситуации. И тут было только два пути - либо напиться, либо найти подходящую жертву и поглумиться вволю. И ради Бога, не подумайте ничего плохого, с маньячеством сие глумление не имеет ничего общего, если вы ещё не поняли наших героев. Благородные идальго таких привычек не имеют. -ГПУ, Абвер, что там у вас еще в запасе есть? - продолжал ворчать Сергей. -Может, ещё и господа славный сенат? Значит, решили поиграть с нами? Ну-ну, это мы еще будем посмотреть. Как говорит мой заклятый друг: это вы нас ещё пьяными не видели. А посмотреть придется, ибо мы не позволим кому не попадя. Мы с Андрюхой...
 И тут же резко остановился. "Андрей! Он должен быть где-то рядом. Рассуждая логично, он где-то тут, в больнице. И Наталия говорила то же самое. И если вывести несколько силлогизмов, то Андрей давно бы уже восседал у него в палате, как всегда умничая и время от времени поправляя очки. Но с другой стороны, где вы видели логику в наших действиях? Мы и логика! Ха-ха! И еще раз ха. Ищите лошар в другом месте, а мы пойдем другим путем." Раз заклятый друг до сих пор не нарисовался на горизонте событий, значит, он занят обоюдно полезным делом. Настроение резко стало подниматься, словно барометр, предвещающий хорошую погоду, и Сергей, тихонечко посвистывая, двинулся к дому. "Но к какому дому?", вдруг пришла ему в голову шальная мысль и тут же вторая мысль шепнула ему, что, поскольку Андрей пригласил его на новоселье, значит, они именно дома, в родном Свердловске. Тоже мне, бином Ньютона. Видали мы гномиков и покрупнее.
-Ну, хоть с этим полный порядок, - выдохнул Сергей и зашагал уверенно к выходу. Раз это Свердловск, то все должно быть именно так, как и в том городе, который они оставили позади себя, дабы, как говорилось в известном фильме, узреть лица потомков, живущих много лет тому вперед.
 Мысль о том, что он находится в родном городе внесла бодрость в его мысли, но когда выйдя за ворота он увидел улицы родного Химмаша, он невольно умилился. "Ай да мы, молодцы, ухитрились не только пройти сквозь пространство и время, но и вынырнуть аккурат возле родного дома. Это вам, не мелочь по карманам тырить", с гордостью подумал Сергей и похлопал себя по карману. Курить хотелось так, что аж зубы сводило. Но где взять сигареты на ночь глядя? Это бы еще тот вопрос. Может, в родной квартире найдется? Если его копия не курит, то это будет совершенно нечестно и против правил.