Ревизор: возвращение в СССР 26 (СИ)
— Ну, хорошо, — вынужден был согласиться я. — Только же, тогда, спектакль пусть будет во вторник, да? — спросил я Марата. — В среду же у тебя опять тренировка… Тогда я в понедельник передам тебе контрамарки на тренировку через Мартина.
— А сам что, не придёшь? — спросил Марат.
— У нас совещание. Ни меня не будет, ни Сатчана.
— Прогульщики! — еле сдерживая улыбку, ответил Марат.
А женщины уже накрывали сладкий стол. Вернулись наши курильщики в прекрасном настроении, что-то их насмешило на лестнице.
— А Иван-то где? — спросил я и пошёл посмотреть. Он пару часов назад уже был хороший, как бы чего не учудил.
А он так и сидел в спальне с женщинами, правда перебрался в кресло, когда оно освободилось.
— Так, берите детей, пошли торт есть, — скомандовал я и все зашевелились. А то устроили тут, понимаешь, полусонное царство…
Батя улучил момент и похвастался, что обменял свой гараж от Горного института.
— В соседнем ГСК взял, — радостно сообщил он. — Десять минут пешком от дома.
— О. Поздравляю. А как ты это сделал?
— Прошёлся по председателям, оставил им по бутылке коньяка и стопке объявлений.
— И всё? — удивился я.
— Ну, да. Я что, собственно, хотел-то? У тебя когда время будет? Хочу плитку к себе в гараж перевезти. Сколько же можно у тебя место занимать?
— О. Ну, а когда ты хочешь? И как будем её возить, своими машинами?
— Даже и не знаю. Думаю, вот. Лучше найти машину побольше и перевезти за раз. Или пару раз на наших машинах съездим?
— Ну, смотри сам, я под тебя подстроюсь. Правда, в понедельник вечером у меня совещание, в четверг у меня лекция… А в следующие выходные нас с Галией отдохнуть отпустили в честь её юбилея, мы собрались с ней уехать из Москвы одни, без детей.
— Так, может, завтра? Своими машинами?
— Давай, — согласился я и ещё попросил его продиктовать мне точный адрес нашего ГСК от Горного института и что он в объявлении писал? Надо уже мне тоже своим гаражом, оформленным на Галию, заняться.
Расходиться гости начали часов с восьми. Первыми уехали Жариковы, чтобы не нарушать Саньке режим дня. Он начал ходить в ясли и с трудом привыкал рано вставать. Аришка прощалась с Родионом и батиными пацанами опять по-взрослому, обнимаясь и целуясь. Понравилось ей это дело не на шутку…
Марат увёз своих на машине. Медина и Насир тоже прощались с нами со всеми, обнимаясь, как с роднёй. То ли повторяли за всеми, глядя на остальных, то ли, в самом деле, почувствовали какое-то единение с нами. А ведь и правда, хорошо посидели, а арабы вполне себе традиционные люди, как и славяне. Семью уважают, брак, верность и помощь друзьям. Поймали, наверное, нашу волну…
За ними уехал отец со своими. К десяти уже все гости разошлись. Костян Брагин перед уходом напомнил, что неплохо бы ему познакомиться с председателем нашего ГСК. Договорились с ним, что попробую завтра с утра созвониться с председателем и, если он будет свободен, сходим к нему. Тем более, мне надо свой вопрос решить.
Мама и бабушки ещё оставались у нас, помогали прибраться и перемыть посуду. А Галия пыталась укладывать малышей спать. Но они так разгулялись, что и не думали засыпать. Пришлось устроить им по очереди купание в горячей воде, постепенно увеличивая температуру. Сначала Андрюха у меня разомлел и начал кемарить под шум водяной струи. А потом я так же Русика угомонил.
— Ну, вроде, отстрелялись, — прошептала жена, покачивая кроватки. — Я ещё не все подарки видела, представляешь?
— Так давай, я покачаю, а ты иди, смотри, — предложил я и мы поменялись местами.
— Так непривычно, что у нас в большой комнате никто спать не остался, — хмыкнула жена, вернувшись с подарками и начиная их разбирать.
— Так и должно быть, у нас же ещё одна двушка сверху прибавилась, — ответил я. — А ты заметила, как Иван сегодня с Ксюши глаз не сводил?
— Он спал тут у нас всю дорогу, — возразила мне жена, скорчив брезгливую рожицу. — Набрался сразу, как пришёл…
— Набрался, говоришь? — усмехнулся я. — Иди-ка попробуй на тумбочке посидеть…
— А что?
— Ну, ты попробуй, — настаивал я и Галия села. — Удобно?
— Не-а…
— А представь, задремать в такой позе. Долго просидишь?
— Да упадёшь сразу же, — удивилась Галия. — Так он не пьяный был? А мы и не поняли… Мы думали, набрался, к нам пришёл, спрятался, перед мужиками неудобно, что так наклюкался.
— Ну-ну, — рассмеялся я. — Перед мужиками неудобно? Сказал бы я вам…
В воскресенье отдыхали, доедали то, что осталось с праздника. После обеда ходили с Брагиным в гаражи, представил их с Георгичем друг другу. Вообще, смешно получилось, Костян его видел неоднократно, здоровался с ним, думал, это или сторож, или сосед по гаражам. Ну, теперь они официально познакомились, Костян проставился и, вроде, денег ему сколько-то дал. Подсказал Костяну попросить у Георгича номер телефона, на всякий случай.
А потом отодвинул его и с многозначительным видом достал ещё один пузырь.
— Вы что, споить меня решили? — расхохотался Георгич.
— Ни в коем случае! — деланно испугался я. — Могу забрать и взамен ящик кефира принести.
— Но-но, — спрятал он мою бутылку в карман. — Кефир он принесёт… Рано мне еще кефир и кашку, зубы на месте!
Я вытащил свои объявления об обмене гаража. Много писать не стал, решил, что десяти штук вполне хватит.
— Вот, Виктор Георгиевич. Отчим хочет к нам в гаражи перебраться. У него телефона нет, мой попросил дать.
— Ну, давай, подумаем, что можно сделать, — взял он их.
Ну, значит, это вполне возможно. Осталось только Ахмаду не забыть сказать, что у него гараж есть, который он обменять хочет…
— Ахмад, выручай, — поднялся я к нему сразу по возвращении. — Батя умудрился на Галию гаражный бокс оформить в ГСК от Горного института. А два бокса одной семье на одну машину иметь нельзя. Пока это не вскрылось, можно я на тебя его переоформлю от греха подальше?
— Ну, конечно, — растерянно посмотрел на меня отчим.
— Кстати, пока у Галии своей машины нет, можешь спокойно пользоваться этим гаражом, — добавил я. — А то что он без дела простаивать будет, верно?
— А ты что, Галие тоже машину покупать собрался? — потрясённо уставился он на меня.
— Да ничего я не собрался, но она мечтает, — развёл я руками. — Не понимает, просто, что такое машина и как это выйти из дома на час раньше, чем когда на метро ездила, добежать по гололёду на каблучках до гаражей. Весело попрыгать с ломиком вдоль ворот, отдалбливая лёд, потом замок разморозить, машину завести, прогреть…
Ахмад начал смеяться, представив эту картину.
— Летом будем с ней ездить по очереди, думаю, нам и одной машины хватит, — закончил я. — Но гараж они с батей уже сделали… Так что выручай…
— О чём разговор? Само собой, — сочувственно улыбаясь, похлопал он меня по плечу.
К вечеру Ахмад повёз Зацепиных и Гончаровых в деревню на своей копейке.
В понедельник Загит ушёл на сутки. Мы с Галиёй сдали детей Ирине Леонидовне и разбежались по делам. Мне надо было попасть в университет и перетереть с нашими парнями насчёт работы на обувной фабрике. Обещал переговорить, ни к чему тянуть…
— Паш, ну не могу. У меня десять человек всего, — оправдываясь, сказал мне Лёха Сандалов. — Из них пятеро через день работают, а Ираклию всё ещё по лестнице тяжело подниматься, не то что работать. И мы работы до весны уже набрали.
— Вот, блин… Что же делать-то? Ещё одну бригаду собирать? — не скрывая своего разочарования, спросил я.
— А почему бы и нет? — совершенно нормально отнёсся к этому предложению Лёха.
— Это же с ними на первых порах надо будет самому носиться, как с писанной торбой. У меня ни времени на это нет, ни сил. Слушай… У вас уже опыт. Вы сами договариваетесь об оплате работ, знаете, что и как делать… Лёх, может, тебе пора на новый уровень выходить?
— Это как? — не понял он.
— Ну, ты в Верховном Совете работаешь через день, и через день пашешь на стройплощадке. А надо уже в бригадиры переквалифицироваться. Давай, ещё одну бригаду тебе наберём человек десять. Сколько-то со временем отсеется, но человек шесть-восемь останутся, вот ими и будешь руководить. Договариваться с заказчиками, показывать, что и как делать надо. Ту же половину доли себе будешь за это брать, но уже не будешь тяжёлые работы вместе со всеми делать. Твоя задача будет их обеспечивать работой, учить и брать на себя какие-то особо сложные моменты.