Ревизор: возвращение в СССР 26 (СИ)
Аполлинария растерянно смотрела на него, теряясь в догадках… Получается, что их хотели ограбить, но пьяный грабитель уснул в процессе. Осторожно пятясь назад, она вышла из квартиры, погасив свет, и заперла входную дверь на ключ.
Бегом спустившись на третий этаж, она бросилась к ожидавшей её Ирине Леонидовне, которая рассчитывала уйти домой ещё минут пятнадцать назад.
— Где Загит? — спросила её перепуганная Аполлинария.
— Уехал к Анне на работу. У него заказ на шкаф…
— У нас наверху грабитель в квартире! — выпалила Аполлинария. — Что делать?
— Милицию вызывать! — подсказала Ирина Леонидовна, сама не на шутку испугавшись.
Женщины вдвоём ринулись к телефону. Апполинария от волнения перепутала всё на свете, и даже номер квартиры назвала сперва не свой, а сына.
Ирина Леонидовна вернулась к детям, а Аполлинария поспешила вниз встречать милицию. Вскоре к дому подошёл возвратившийся с работы Ахмад, и очень удивился, увидев жену у подъезда. Услышав, что в его квартире уснул пьяный грабитель, Ахмад разъярился и помчался наверх.
Аполлинария не знала, что ей делать, то ли милицию ждать, то ли за мужем бежать, чтобы он там не прибил этого негодяя насмерть.
Но, к её огромному облегчению, практически тут же окружающие дома озарились голубыми всполохами и вскоре во двор тихо въехал милицейский УАЗик и выключил все огни.
Лейтенант, выскочивший из машины, и два милиционера, сразу обратили внимания на гражданку, встретившую их.
— Грабитель у вас? Какой этаж? — спросил её лейтенант.
— Четвёртый. Из лифта направо, — ответила Аполлинария и поспешила за ними следом. — Мой муж с работы пришёл и домой побежал! — кричала она им вслед, чтобы они ненароком не того не скрутили.
Когда она взбежала на четвёртый этаж, милиция уже была наверху. В квартире везде горел свет. А Ахмад и три милиционера пытались растолкать вусмерть пьяного мужчину.
— Как ты в квартиру попал? — допытывался Ахмад, но сидящий на полу смотрел мимо него в никуда.
— Дверь открыта была, — подсказала Аполлинария.
Один из милиционеров осмотрел замок и сказал, что он не взломан.
Пьяного обыскали, нашли документы и быстро выяснили, что это Дубов Игорь Янович, проживавший до прошлой недели по этому адресу.
— На автомате домой пришёл, — хохотнул один из милиционеров. — Надрался, а ноги сами пришли по старому адресу.
— Ох, ты ж чёрт!.. Он что, ключи себе, гад, оставил? — схватился за голову Ахмад. — Мы вчера только ключи от этой квартиры получили у председателя кооператива. Нас в субботу только приняли, собрание было… Личинку, вот, купил, хотел сегодня поменять…
— Так это бывший жилец? — обескураженно спросила Аполлинария. — Он что, теперь так и будет к нам ходить?
— Замок поменяете и не будет, — ответил ей милиционер. — Давайте его в вытрезвитель.
— Как-то надо ему объяснить, что он здесь больше не живёт, — возмущённо проговорил Ахмад. — У меня жена раньше с работы приходит. Мне бы не хотелось, чтобы он её под нашими дверями пьяный сидел и ждал. Непонятно же, что ему в голову прийти может…
— Объясним, — пообещал лейтенант.
* * *Закончив свои изыскания, я пошёл к Полянским. Собаки у них не было, насколько я помнил, так что я смело открыл калитку и прошел через дом к крыльцу по протоптанной в снегу дорожке. Открыто, нормально для нашего маленького городка. Прошёл через сени и приоткрыл дверь. Постучавшись в дверной косяк и заглянув, специально громко спросил:
— Хозяева! Есть кто дома?
Тут же из одной из комнат выскочил Тимур и радостно заорал на весь дом, увидев меня. И я заорал. Мы обнялись. Он меня приподнял и крутанул вокруг себя на радостях.
— Ну, привет, Илья Муромец! — воскликнул я, вырвавшись из его объятий, и отступил чуть назад, рассматривая его. — Здоров! Двойную порцию небось, в училище твоем дают в столовке?
Тут же получил полотенцем от Оксаны, которая прижималась к кухонному столу, пока мы, как дикие жеребцы резвились.
— Два дурака, — проговорила она, а глаза счастливо улыбались при этом. — Чего разорались?
— От радости, тёть Оксан, — сказал я первое, что в голову пришло.
— Садитесь, давайте, я блинчиков напекла, — велела она тоном, не терпящим возражений. — Давай, Пашка, рассказывай.
— Что рассказывать? — сел я следом за братом за стол.
— Как там Диана моя живёт? — как о само собой разумеющемся ответила она.
— Ну, если честно, тёть Оксан, не всё гладко, — начал я, намеренно сгущая краски. — Учиться ей совсем некогда. Разрывается между Москвой и Европой. Батя оценки ей, конечно, все проставит, но знаний в голове от этого не прибавится, сами понимаете. Я, конечно, занимаюсь с ней, когда они в Москве. Но сейчас они уехали в Италию, и до марта точно там пробудут.
— Ну и зачем ты меня пугаешь? — снова погрозила мне Оксана полотенцем, — не побираться же в Италию уехала, верно?
— Ну, простите, шутливое настроение у меня, — повинился я, — конечно, к чему ей побираться. Муж ее сын долларового миллионера, так что она как сыр в масле катается. В Москве на Волге ездит мужниной, а уж в Италии, я уверен, на каком-нибудь Мерседесе.
— А что они в Италии делают? — заинтересованно спросил Тимур.
— Отец Фирдауса, зятя нашего, там старую, обанкротившуюся фабрику прикупил, пытается реанимировать производство. Будут чемоданы делать. Красивые и удобные.
— А Диана тут при чём? — недоумённо смотрела на меня Оксана. — Она писала, что её к рекламе продукции этой фабрики подключили…
— Да, — кивнул я, — она у нас красивая, будет сама рекламировать их продукцию. Зачем посторонним манекенщицам платить?
— Ничего себе, — приятно удивлённый за сестру, смотрел на меня брат.
— Как у вас с Ветой дела? — перевёл я стрелки.
— Летом жениться хотим, — с вызовом посмотрел он на меня.
— Я так и знал! Дай пять! — протянул я ему раскрытую ладонь, и он удивлённо шлёпнул меня в ответ. Думал, что я отговаривать его буду, что ли? Да для него это самая лучшая жена! Кто еще сможет так, как она, его в руки взять и от глупостей удержать, на которые Тимур горазд?
— Куда жениться? — заквохтала Оксана. — А жить где? На что снимать?
— Зачем снимать? У нас комнату женатым отдельную дают на третьем курсе, — ответил, набычившись, Тимур.
— А дети пойдут⁈ — заверещала Оксана. — Как вы учиться будете? Без образования останетесь, будете, как я, всю жизнь в котельной дежурить!
— Не останутся они без образования, бабушка внучика к себе возьмёт, — подмигнул я ей. — Мы племяшку восьмимесячную к себе забрали, когда Инна в учёбу совсем не вписывалась. А сейчас она уже доктор! Какое сегодня число? Первое? Вот, сегодня, как раз, должна была из второго декрета на полставки выйти.
— Она что, второго родила? — удивилась Оксана.
— Да, мальчишку. Кесарить, правда, пришлось. Тяжело ей малый дался. Нам Саньку отдали из роддома, а она ещё несколько недель лежала… Но уже всё хорошо.
— Ой, мамочки!.. — побледнела Оксана. — А как там моя девочка? Не забеременела ли уже?
— Ну я не слышал пока вообще ничего такого, — ответил я. — Так что, не переживайте раньше времени, тёть Оксан. Тем более, уж кому-кому, а ей свёкры обеспечат лучших докторов Европы.
— Правда? — с надеждой посмотрела она на меня.
— Да, — уверенно кивнул я. — Вы, лучше, о другой семье побеспокойтесь, — кивнул я на Тимура. — Вот им ваша помощь будет очень кстати.
— Пошли к Ветке, мы договорились, что я зайду за ней вечером, — предложил брат.
— Я хотел к Эмме Славкиной зайти, — проговорил я.
— Ну, вместе сходим! — обрадовался Тимур появившемуся поводу улизнуть из-под маминого всевидящего и всезнающего ока.
* * *Швейцария. Давос.
— Что скажешь? — подошёл к стоявшей у окна жене Насир. — Как тебе здесь?
— Мне тут нравится, — ответила Медина. — Мама с папой нашли прекрасное место. Если ты сможешь перевести в Европу свой бизнес, я буду только рада. Отсюда и до Парижа не так далеко. Амаль с Лайлой прилетят в субботу…