Разрушу твою семью (СИ)

Попрощаться решила в машине. Не хотелось мне вести непонятные разговоры на радость соседям моей мамы. Они-то знают о моей семейной жизни больше меня, не хотелось их расстраивать, ну и для мамы эти лишние сплетни совсем ни к чему.
– Я пакеты сама заберу из багажника. Предлагаю попрощаться здесь.
– Ты точно к маме приехала, а не к ревнивому мужу, который в любой момент готов выбежать с топором? – ухмыльнулся Марк, глядя в окно.
  
– Неужто испугался? Вчера ты мне показался очень смелым.
– Не испугался.
– Ну вот и молодец, потому что ревнивого мужа с топором точно не будет. А вот соседи моей мамы, увидев тебя, могут сделать ей давление. Мне бы этого не хотелось.
– Так, а с мужем что? Он у тебя вообще есть? – спросил Марк, а я скрестила руки на груди. – Я видел след от кольца на безымянном пальце, будто совсем недавно сняла.
– Угу, вчера сняла, когда узнала, что мой муж наставляет мне рога вместе с лучшей подругой, пока я разъезжаю по командировкам.
Марк промолчал, лишь желваки заиграли на его скулах, будто ему совсем не понравилось, что я рогатая женщина. А с другой стороны, не будь мужа-изменника, не сидела бы сейчас в его машине!
– Ну я тогда пошла.
– Иди, только цветочки не забудь на заднем сиденье, – сказал Марк, когда я потянулась открыть дверцу.
Обернулась. Растянула губы в своей самой обворожительной улыбке. А Марк вздохнул тяжело, будто сдержался.
– Иди, Тоня, а то как сейчас зацелую на радость соседям твоей мамы, – выдал на полном серьёзе, а я хихикнула, выходя из его машины вместе с ромашками.
***
Еле ноги унесла, с трудом дефилируя по зелёной травке перед двором моей мамы. Остановившись, потянулась к ручке на калитке. Захотела обернуться. Ах… Он всё ещё стоял, точнее, сидел в своей машине – меня разглядывал, извращенец! Я зарумянилась без косметики.
Ебушки-воробушки, как в себя-то прийти, а? У меня же всё серое вещество вытекло через уши, а сердце совсем с ума сошло – выпрыгнуло наружу и поскакало прямиком к “Х5”. И мне далеко не двадцать: я бы поняла, если бы такие чувства мне описала моя Санька, мол, увидела своего Тёму, и трусы мокрыми стали – хоть руками отжимай. Так нет же, нет! Взрослая тётка, а всё туда же.
Эх-х-х…
Чует моя любимая часть тела, любящая искать приключения, что влюбиться в Марка – будет большой ошибкой. Он же наиграется засранец и оставит меня не с разбитым корытом, а сердцем. Это же не сказка, да. А жестокая, мать её, реальность. Даже старушке, пожелавшей стать владыкой морской, я завидую молча – в сравнении со мной её потери – это так, покурить в сторонке. Ну, была она с корытом, с корытом и осталась в конце своей сказки, как говорят в юриспруденции – реституция (возврат сторонами, заключившими сделку, всего полученного ими по сделке в случае признания её недействительной).
А у меня сердце будет вдребезги! Как потом его собрать? Оно же не из пластика, суперклеем не склеить.
Вдохнула полной грудью свежий воздух. Чистый кайф. И мурашки размером с горошину, танцующие ча-ча-ча по всей спине, – тоже кайф. Я будто другой стала за последние сутки. Будто скинула с себя лет так двадцать тяжёлого жизненного груза. Ну а что? Дочка взрослая, уже живёт отдельно. Я самодостаточная, зарабатываю столько, что не каждому мужику за мной угнаться. Не иждивенка. Немного извращенка. В конце концов, могу я перестать быть умницей и позволить себе совершить глупость? Сколько лет Марку? Совершеннолетний ведь, значит, меня не посадят – это уже плюс, а дальше поглядим.
Найдя в себе остатки сил, я всё-таки опустила ручку на калитке вниз и шагнула во двор. Решила больше не оборачиваться, чтоб не спалиться перед мамой, ведь и так сам факт, что я приехала на "Х5" не оставит её равнодушной. Но с этим я как-нибудь справлюсь, обычно в суде во время судебных заседаний оппонент меня атакует с таким напором, что куда там маме, хоть и бывшему следователю на пенсии?!
Я только подошла к двери, как она открылась сама и на пороге появилась любимая мамочка.
– Тоня! Давай помогу, – воскликнула мама, потянувшись к пакетам с продуктами.
Отобрав у меня пакеты, мама бодро защеголяла вглубь дома, но вскоре вернулась в коридор – я едва успела снять туфли и повесить на вешалку дамскую сумочку.
– Вы купили новую машину? – мама выросла у меня за спиной, а я даже не вздрогнула, продолжив поправлять причёску перед зеркалом.
Выгнув бровь дугой, я сделала удивлённый вид, мол, с чего она это взяла, а потом всё-таки решила, что правда – не иголка в стогу сена, не утаить. Рано или поздно мама узнает о нашем с Вадимом расставании и обидится, что я ей сразу обо всём не рассказала. Кстати, маму ни разу не задело, что Вадик, если следовать её мыслям, не зашёл поздороваться, они с зятем предпочитают держаться друг от друга на расстоянии. Пересекаются лишь дважды в год: на мой и Сашин день рождения от “большой любви” друг к другу, конечно же.
– Мам, мы не купили новую машину. Меня подвезли, – ответила немного позже, чем планировала. И уловив в зеркальном отражении заинтересованный взгляд мамы, поспешила добавить: – Представляешь, наша Сашка выходит замуж, а ещё мне Вадик рога наставлял вместе с Анькой – только вчера про это узнала.
– Так… – протянула мама и ушла в зал, чтоб уже через минуту принести бутылку домашней наливки. – Идём-ка на кухню.
– Мам, я не хочу пить. Вчера набралась почти до чёртиков, голова до сих пор трещит как спелый арбуз.
– Ты не хочешь, а я без сто грамм не разберусь.
Потопала за мамой в кухню. Заварила себе чай и, устроившись на стуле с чашкой ароматного чая, вкратце рассказала маме о событиях вчерашнего дня. Мама поморщилась, услышав про красные стринги. Накатила ещё одну рюмку раньше времени. А затем хохотала громко, когда я ей рассказала про “обсерин”.
– Аха-ха-ха. Ну Астапов, ну сирун! Просрать свои носки! Захочешь придумать лучше – не придумаешь. Молодец, доченька, моя школа. Обидчиков нужно наказывать и чем изощреннее метод наказания, тем больше морального удовлетворения.
Подмигнув, мама отсалютовала рюмкой, а я лишь криво усмехнулась. Да, наверное, это смешно. Но мне всё равно обидно до изжоги. Как вспомню красные стринги, так и настроение сразу же катится к нулю. Была подруга и нет подруги.
Дождавшись, когда мама перестанет хохотать, добавила свой рассказ о внучке и её будущем муже. Мама загорелась желанием познакомиться с Тёмой. Даже ладошки потёрла, представляя, что уже в следующем году может стать прабабушкой. Не знаю почему, но эта перспектива воодушевила её не на шутку, у неё глаза загорелись как софиты над театральной сценой, что нельзя было сказать обо мне. Ну какая с меня бабушка? У меня даже морщин толком нет – хвала современной косметологии и почти что здоровому образу жизни.
– Так, с этим любителем просрать носки всё понятно. А привёз тебя кто, Тонь? – сощурившись, мама сконцентрировала взгляд на моём лице, будто прицел снайперской винтовки.
– Не спрашивай, мама. Я сама пока не знаю.
– А имя у твоего “пока не знаю” имеется? – продолжила свой допрос мама, не удивляя меня ни разу. Вот можно вывести человека из следственного отдела на пенсию, а вот вывести следователя из человека – даже на пенсии невозможно!
– Потому что больше ты не знаешь? Или боишься сглазить? Если последнее, так я ж не с глазливых, – поплевала себе через левое плечо и подмигнула: – Тоня…
– Что, мама?
– Уж не сделаешь ли ты меня бабушкой в следующем году?
– Я? – засмеялась. – Мам, ты чего? Наливочка крепкая, да? В голову тебя нормально так ударило. Мам, мне сорок в следующем году. Где я и пелёнки-распашонки? Нет, точно нет. Санька родит, вот и будем с тобой нянчить по очереди.
    
5
 
Ближе к вечеру, когда я уже начала собираться домой, зазвонил телефон. Номер неизвестный моей телефонной книге, но поскольку это рабочий телефон, я решила принять вызов. Пофиг, что воскресенье. Это же клиенты, мало ли что у них там могло произойти, а я хоть и не "скорая", но тоже готова примчаться на помощь в экстренных для жизни ситуациях.