Такие лжецы, как мы (ЛП)

Высокий офицер неохотно берет телефон из моих рук. Он подносит его к уху и прочищает горло.
— Говорит офицер Андерсон.
Затем он слушает все, что говорит ему Каллум, с таким выражением лица, словно присутствует на собственных похоронах.
После нескольких долгих минут офицер возвращает мне телефон. Он жестко говорит: — Извините за неудобства, мисс. Вы можете пройти внутрь. — Он поворачивается к своим людям. — Снимите пленку. Мы закончили.
  
Ошеломленная, я наблюдаю, как двое офицеров подходят к входным дверям здания и срывают пленку. Затем все четверо направляются к своим патрульным машинам.
Я говорю в телефон: — Боже, как, наверное, здорово быть миллиардером.
— Они уходят?
— Да, и я впечатлена. Ты действительно владеешь полицией?
Каллум смеется. Этот звук такой богатый и сексуальный, что у меня по позвоночнику пробегает дрожь.
Он говорит: — Я свяжусь с городским инспектором, чтобы все уладить. Город печально известен тем, что слишком остро реагирует на мелкие нарушения и налагает такие вопиющие штрафы, что владельцы зданий не могут их оплатить. Обычно дело доходит до суда, а тем временем они прибегают к подобным силовым приемам, чтобы оказать давление на владельца. Я не могу сказать, сколько раз это с нами случалось.
— Нами?
— С моей семьей. У нас много арендованной недвижимости.
— Я знала, что здание не должно быть закрыто!
Он снова смеется.
— Ты права. Здания должны практически рушиться, прежде чем это произойдет.
Вздохнув с облегчением, смотрю, как патрульные машины отъезжают от обочины и уносятся по улице. На тротуаре собравшиеся соседи смотрят на меня с неприкрытым изумлением. По их шокированному виду можно было бы предположить, что я левитирую.
— Не знаю, что и сказать, Каллум, кроме как поблагодарить тебя. Если бы ты не позвонил, я и мои соседи спали бы сегодня на полу в моем магазине.
— Всегда пожалуйста. В любое время. А теперь я позволю тебе вернуться к своим делам. Было приятно поговорить.
— И мне тоже. Еще раз спасибо.
Каллум прощается и отключается, оставляя меня стоять на улице еще более дезориентированной, чем была до этого.
Он ничего не сказал о своем предложении.
Он вел себя как идеальный джентльмен.
Он спас меня и моих соседей от катастрофы, потратив на это всего десять секунд.
Больше всего меня смущает то, что я никогда не давала ему номер своего мобильного телефона.
В пятницу вечером Дани рассказывает мне о недавних катастрофах, пока делает салат к лазанье, готовящейся в духовке. Ее муж, Райан, пытается занять кричащую двухлетнюю дочь Мию игрушками на полу в гостиной, в то время как их собака, спасатель-терьер с гиперактивностью, носится по дому, лая на невидимых белок, а частично глухой отец Райана смотрит «Jeopardy»2 с включенной громкостью. Через регулярные промежутки времени он выкрикивает неправильные ответы на тривиальные вопросы, а затем кричит: «Чушь собачья!», когда ему доказывают, что он не прав.
Я люблю эту семью, но после недели жизни здесь все мои волосы стали выпадать от стресса.
Что делает мою нынешнюю ситуацию еще более пугающей. Если я больше не смогу позволить себе аренду жилья и буду ютиться в Casa Chaos, то, возможно, мой мозг никогда не сможет прийти в норму.
Или мой слух.
— Не могу поверить, что кто-то подал на тебя в суд. У тебя же нет денег, которые они могли бы получить, — говорит Дани, спокойно наливая заправку в миску с салатом, словно ее дом — это оазис спокойствия, а не цирк, которым он на самом деле является.
— Почти уверена, что они этого не знают, иначе не стали бы беспокоиться. Похоже, все думают, что владельцы бизнеса катаются на бабках.
— Ты наняла адвоката?
— И чем ему заплатить? Слезами?
— Не знаю, но тебе лучше найти кого-нибудь поскорее. Если ты не ответишь на повестку, другой парень получит автоматическое судебное решение, и тебе конец.
Удрученная, я бормочу: — Не могу представить, чтобы я оказалась в еще большей жопе, чем сейчас.
Я накрываю на стол, пока Дани достает лазанью из духовки. Когда мы садимся есть, Миа начинает стучать вилкой по столу, а собака вскакивает, опрокинув стакан с водой. Отец Райана, который сейчас переключился на «Колесо фортуны» выкрикивает предположение, а потом гогочет, когда оно оказывается верным.
— Папа, пора есть! — кричит Райан из-за стола. — Папа!
Уже чувствую, как головная боль начинает пульсировать в висках.
— Я провела некоторое время, выслеживая твоего будущего мужа по всему интернету. Хочешь послушать, что я нашла?
Бросаю на Дани строгий взгляд.
— Нет. И он не мой будущий муж.
Райан хихикает.
— Я выйду за него замуж, если тебе не интересно.
Улыбаясь, подруга говорит: — Извини, приятель, но у тебя уже есть супруга.
— Да, но подумай об этом. Я бы получил десять миллионов, оформил бы быстрый развод, а потом перевез бы тебя, меня и наше террористическое отродье на то маленькое ранчо в Монтане, которое мы видели на Zillow, с гостевым домиком для папы и стойлами для лошадей.
Мия подпрыгивает на своем стульчике и кричит: — Лосади! Лосади!
— Вам, ребята, не разрешается уезжать отсюда, — говорю я, накладывая себе большой кусок лазаньи из блюда для запекания, стоящего посреди стола. — Мы все вместе состаримся и устроим буйство в доме престарелых, помните?
Когда Райан и Дани обмениваются быстрым взглядом, я начинаю нервничать.
— О Боже. Что такое? Что случилось? Кто-то болен? Кто умирает? Скорее скажите мне, пока я не потеряла сознание.
Подруга передает мне миску с салатом.
— Никто не болен и не умирает, маньячка. Не всегда наступает конец света. Поторопись и съешь что-нибудь, пока твой сахар в крови не упал и ты не превратилась в гремлина.
Я говорю: — Если бы у вас был такой месяц, как у меня, поверьте, вы бы думали, что любая мелочь — это конец света.
Подавая Райану кусок лазаньи, Дани говорит: — Возможно, нам придется переехать. Мы начали рассматривать места за пределами штата.
Потрясённая, я с грохотом ставлю салатницу на стол и перевожу взгляд с неё на Райана и обратно.
— Почему?
— Меня уволили, — тихо признается Райан, глядя на дочь.
— Нет! О, ребята, мне так жаль. Я думала, у тебя на работе все хорошо.
Дани вздыхает.
— Да. Это было полной неожиданностью. Видимо, компания может обойтись без менеджеров среднего звена.
Райан занимается оценкой коммерческой недвижимости для крупных корпораций, инвестирующих в недвижимость. Бизнес процветал до тех пор, пока экономика не пошла на спад, но я и не подозревала, что все стало настолько плохо.
Он говорит: — Мы вложили капитал в дом. Поскольку цены на жилье здесь намного выше, чем в других частях страны, если мы продадим его, то сможем позволить себе заплатить наличными за квартиру. А это было бы необходимо, поскольку я не смогу претендовать на другую ипотеку, если останусь без работы.
— Но разве ты не можешь поискать работу здесь? Я уверена, что найдется что-нибудь еще. Кто-то с твоими навыками наверняка быстро найдет другую должность!
Райан качает головой.
— В этом году мне будет сорок, Эм. Сейчас я конкурирую за работу с недавними выпускниками колледжей, а они работают практически за гроши. Никто не хочет платить мне зарплату.
  
Когда Дани бросает виноватый взгляд на Мию, я решаю, что пора сменить тему.
— Не сдавайся пока. Я верю в тебя. А теперь давайте поговорим о чем-нибудь радостном. У кого есть хорошие новости?
Мы втроем смотрим друг на друга, в то время как собака бегает вокруг стола, лая ни на что не обращая внимания, а отец Райана бросает пульт дистанционного управления через всю комнату.
Я тяжело вздыхаю.