Нелюбимая

Еще немного, и я буду давать мастер-класс по натягиванию пластиковой улыбки.
Закрываю массивную дверь со скрипом и прислоняюсь к ней. Откидываю голову, впечатываясь затылком.
До начала церемонии пару часов. Подготовка идет полным ходом. Я слышу голоса чужих мне людей. Речь русская, итальянская. Смех.
Не могу отделаться от ощущения, что мне здесь нет места, но открыто признаться, что нужно было остаться в Москве, не получается.
  
Я должна видеть все своими глазами, чтобы отпустить. Должна поверить. Прожечь роговицу картинками этой свадьбы.
Нужно перетерпеть. А потом, как в песне: «Все равно счастливой стану… Даже если без тебя».
Открываю небольшой чемодан. Я взяла два платья на выбор. Одно провокационное, ярко-красное. Говорят, этот цвет на свадьбе – табу.
И все же беру нежное, струящееся, длинное в пол цвета итальянского неба. Все внимание должно быть невесте.
Принимаю душ, укладываю волосы в любимые крупные локоны. В такую погоду пользоваться косметикой невозможно. Но я все же наношу тушь, тени, делаю несколько взмахов румян и использую обычный бесцветный блеск для губ.
Духи решаю отложить в сторону.
По привычке кручу бусинки на фенечке. Успокаивает.
– Готова? – дважды постучав, мама заходит ко мне в комнату.
Даже она не знает мою тайну. Как никогда хочу с кем-то поделиться.
– Уже все?
– Хочу спуститься и посмотреть.
Бросаю взгляд на часы. Осталось полчаса.
В душе начинается вой, который не имею права выковырять наружу. Губы немеют, затем подрагивают.
Все будет сложнее, чем я себе представляла.
– Спускайся, я буду через пять минут.
Мама хмурится. Все же считывает настроение и собирается что-то спросить. Я быстро-быстро качаю головой.
Не сейчас, мам. Пожалуйста.
Я как стальной прутик. Вроде бы сильный, но один.
– Ты не в курсе, комната невесты…
– Вы знакомы? – удивленно вскидывает брови и делает шаг внутрь комнаты.
– Вот и познакомлюсь.
– Думаю, на первом этаже. Второй только для гостей, – тон расстроенный.
Ну вот, не хватает еще маме настроение испортить.
Обнимаю маму, голову на плечо кладу. От нее пахнет привычными духами, которые я помню с детства.
Мне всегда было интересно, как такая хрупкая женщина может иметь такой стержень внутри. Упертая, в чем-то дерзкая, уверенная в себе и своих силах.
Выходим из моей спальни одновременно.
Я стараюсь вычислить комнату невесты. В итоге обращаюсь к персоналу. Мои скудные познания в итальянском пригодились, наконец.
– Разрешишь? – приоткрываю дверь и спрашиваю.
Кира в платье в греческом стиле. Безумно красивом. Светлые волосы уложены в высокую прическу, несколько тонких прядей спадают, делая ее лицо оформленным.
Голубые глаза яркие.
Я ведь должна ее ненавидеть.
– Варя? – бросает настороженные взгляды на присутствующих.
– Можем поговорить? Наедине? – тереблю клатч в своих руках.
Когда мы с ней остаемся наедине, не знаю, с чего начать. Наверное, стоило бы с поздравлений. Но я не настолько добрая и жертвенная, как может показаться.
Кира не спешит помогать мне. Теплоты между нами нет, но вроде как и не враги. На трассе больше искренних чувств между нами.
– Мы можем оставить в секрете наши с тобой интересы? – упираюсь взглядом в ее кольцо с крупным бриллиантом и, как ошпаренная, поднимаю глаза вверх.
– Ты про гонки? – с усмешкой спрашивает.
Облизываю губы. Сложно как-то.
Хочется взять за грудки и прокричать, чтобы молчала.
– Никто не должен знать, – чуть тверже проговариваю.
– Хорошо. Я никому не скажу, – довольно быстро соглашается.
Набираю воздуха полную грудь. Здесь он напитался ею.
– Поздравляю.
Стараюсь вложить что-то теплое в это слово, бескорыстное. Чтобы звучало от души и искренне.
У меня не получается, и Кира это чувствует.
Церемония начинается вовремя. Я сижу во втором ряду, крайняя. Рядом мама. Ее незримая поддержка как кокон.
Сердце бьется с ровным, но быстрым темпом. Все мышцы натянуты, кости – тверже скал, вены – металлические струны. Упади на меня небо, я останусь цела. Но вот внутри густая пустота.
Под первые аккорды какой-то унылой мелодии я чувствую приближение невесты. Она идет медленно к алтарю, где ее ждет Сафин.
На нем светло-бежевый костюм, который ему идет едва ли не больше, чем темный. Мой взгляд скользит по Тиму, впечатывая счастье, которое я вижу в его глазах.
Дальше туман, как бы ни старалась вынырнуть из него.
Все было по-настоящему. Я видела. Поняла.
Частые вспышки фотокамер, официальная фотосессия новобрачных. Их поцелуи. Короткие, немного зажатые. На публику и нельзя позволить большее. Как-никак Тимур – известная личность, а Кира, как оказалось, из небезызвестной семьи гонщика Крайововича. Пилот из Сербии был очень знаменит в шестидесятых.
Не свадьба, а саммит по «Формуле». Не думала, что когда-нибудь скажу такое, но в эту минуту я ненавижу чертов чемпионат.
Еда не лезет. Стараюсь не замечать, как меня тошнит, как крутит за грудиной, как каждый уголок в моем теле тлеет, не затухая.
Стою, улыбаюсь. Часто танцую. Здесь классная музыка, и меня постоянно приглашают на медленный танец.
Флиртую, нисколько не стесняясь, и не думаю, что завтра мне возвращаться к своему парню в Москву. Я уже нечестна с ним.
Я играю. Через силу, проворачивая внутренности, всю себя.
Когда на городок опускается вечер, зажигаются фонари, а спустя четверть часа раздаются залпы фейерверков.
Все очень красиво и правда романтично.
Меня же с ног сбивает усталость. Не столько физическая, сколько душевная.
Берег озера манит. Понимаю, что больше всего на свете хочу остаться в этот вечер одна.
Где-то за моей спиной выносят торт. Под общие аплодисменты режется первый кусок. У нас по традиции его бы продали гостям. Но здешние гости не такие.
Выскальзываю с виллы, сняв босоножки. Босая добегаю до набережной, где прогуливаются парочки, до которых мне нет никакого дела.
Усаживаюсь на берег. Здесь песок и мелкая галька. Платье, наверное, будет испорчено.
Плевать.
Вдыхаю чуть солоноватый запах. Примесь хвои, выпечки из соседних ресторанов и фруктов.
Поплакать бы, а слез как нет. Упираюсь подбородком в колени, обхватываю руками ноги и просто прикрываю глаза.
Мне настолько плохо. Как и хорошо. Вот так полярно.
– Привет, – устало-радостный голос слышу за спиной.
Скрежет стеклянного бокала об бутылку разносит колючие импульсы по всем нервным окончаниям. Я дрожу, и меня опутывает необъяснимый жар.
– Не против, если тут тоже посижу?
Не дожидаясь ответа, Тимур садится рядом со мной. Он тоже не думает о чистоте своего костюма.
Сафин откупоривает шампанское и наливает шипящую жидкость в бокал. Протягивает его мне, себе же оставляет саму бутылку.
 
Глава 18. Варя
 
Сафин откупоривает шампанское и наливает шипящую жидкость в бокал. Протягивает его мне, себе же оставляет саму бутылку.
Смотрю на пенку в бокале, которая уменьшается с каждой секундой, а потом и вовсе исчезает.
На празднике оно было вкусным.
– За тебя. И твою жену, – поджав губы, чокаюсь.
Одновременно отпиваем. Я из бокала, Сафин из горла.
– Не думала тебя здесь встретить, – на Тимура стараюсь не смотреть.
Сейчас он кажется мне чужим. Даже полтора года назад, когда свирепо раздавливал своим взглядом, Сафин не был таким для меня.
– Вышел прогуляться, – на выдохе отвечает и делает еще крупный глоток.
Повторяю. Я же не все свое шампанское выпила.
– Без жены? – говорю вроде как со смешком в голосе. Слова слетают с языка довольно легко, но вот вкус… Как уксус выпила, а не шампанское.
  
Тимур нес один бокал, значит, собирался пить один. Я снова оказалась где-то не там.
– Кира устала и пошла отдыхать, – без эмоций отвечает.