Нам здесь (не) жить (СИ)
— Раньше ничего не мешало, — хмыкнула я. — Поэтому тогда платили не за уровни, а за части тел монстров — чем больше убил, тем больше принёс, алхимик оценит их опасность и рассчитает оплату. Но сто лет назад в Академии изобрели детектор опасности, показывающий, есть ли на уровне ещё монстры. Заодно он записывает их число в каждый момент. Уровень считается зачищенным, когда количество монстров опускается от максимального зарегистрированного до нуля.
— И вам такой детектор выдали? А можно посмотреть? Интересно, что за штука…
— Выдали, но в руки не дам, извини. Эта вещь стоит на порядок больше, чем мы можем надеяться заработать в этом походе. Если случайно сломаем, — я намеренно использовала первое лицо, чтобы не дать зверю повода оскорбиться, — останемся в долгах на полгода минимум.
Вроде бы зверь этим удовлетворился. Построившись по инструкции, мы начали осторожно спускаться в лабиринт.
Внутри, как и бывает в подземельях, царила тьма кромешная. Не просто темнота, а беспросветный, полнейший мрак. Даже кошка не смогла бы здесь ничего увидеть. Я на пару секунд задумалась, использовать заклинание подсветки или улучшенного ночного зрения (обычное ночное зрение не помогло бы, оно лишь усиливает чувствительность глаз). Первое тратит меньше маны, но парящие в воздухе огоньки работают как маяки для всех монстров — эй, мы здесь. Второе надо накладывать на каждого приключенца в отдельности, а так как нас пятеро — я рискую сама оказаться в том положении, которым вчера пугала Бафомета.
Ну конечно, пока я размышляла, этот рогатый наглец меня снова опередил.
— Дэйлайт! — весь лабиринт, насколько я могла видеть, озарился ярким, ровным светом — словно солнечным, но не дающим теней, потому что он лился как будто отовсюду.
Он что, издевается?! Использовать заклинание пятого ранга, чтобы подсветить дорогу?!
Нет, ну теперь я как минимум знаю, что он не врал насчёт своих способностей. Но всё равно, это… чуть ли не святотатство! Даже мастер Парадин не стал бы использовать магию… так. Этим заклинанием можно снабжать светом растения в течение целого дня, осветить город или проложить путь армии для ночного марша. Оно никогда не предназначалось для кучки приключенцев!
Пока мы моргали, протирая успевшие привыкнуть к темноте глаза, на нас легко можно было напасть и перебить… Но живущие во мраке монстры оказались так же ошеломлены, как и мы. Поскольку свет лился отовсюду, они не знали, куда направиться искать врага. Мы же пришли в себя раньше и принялись за работу. На первом уровне нашими врагами были крылатые коротышки, похожие на гибрид человека и летучей мыши, маленькие краснокожие бесенята с мечами и копьями, иссохшие четвероногие твари, напоминающие гибрид волка и насекомого. Для сработанной пати никто из них не представлял угрозы, поэтому я работала почти на рефлексах, основное внимание уделяя нашему новому спутнику.
Ну… жаловаться причин не было. Как боец он несколько «деревянный», почти на любую угрозу отвечает стандартным «Огненным шаром», будто других заклинаний не знает (а я уже видела, что знает, да ещё какие). С другой стороны, нашим ребятам было проще под него подстраиваться, когда заранее известно, что он применит. С новым заклинателем это хороший способ избежать дружеского огня. Посохом он бьёт сильно, но неуклюже, если бы у противостоящих нам тварей были хоть какие-то мозги, они бы без труда уклонились от таких атак. Удар ногой поставлен чётко, но видно, что отрабатывался в тренировочном зале, против живого противника почти не применялся.
— Слушай, рогатый, — не выдержала я, — не против если я тебе дам пару уроков рукопашного боя?
— Ты? — бафолк воззрился на меня с изумлением, но вроде без злости. — Ты же маг…
— Я маг, больше года работающий в команде приключенцев. За это время у меня были РАЗНЫЕ ситуации. И мана кончалась, и заклинания блокировали, и враги с иммунитетами попадались. А вот ты в такой ситуации скорее всего просто не выживешь — даже мне видно, что у тебя с пластикой всё очень плохо.
— А нам ещё виднее, — подтвердила Имина. — Если собираешься делать карьеру бойцового раба, на одной магии ты никак не выедешь.
— Ну, — зверолюд слегка смутился, — думаю, за несколько уроков рукопашки я мог бы заплатить полторы сотни монет Робла… но только если они будут действительно полезны. Просто у меня ведь иные пропорции и устройство тела… Вы уверены, что приёмы, предназначенные для воинов-людей, мне пригодятся?
— Мастера боевых искусств мы из тебя не сделаем, — пожал плечами Хеккеран, — но поправить самые вопиющие ошибки — на это нас хватит. Мы достаточно наблюдали за монстрами с нечеловеческим сложением, чтобы знать, в какой момент их проще всего проткнуть. На обратном пути этим займёмся, если хочешь.
* * *— Кстати, если уж речь зашла об обучении, — сказал Бафомет, когда мы, зачистив первый уровень, без единой царапины, что редкость в нашем деле, возвращались довольные в лагерь, — можете меня заодно научить готовить мясо в полевых условиях?
— А ты не умеешь? — я не сдержала удивления.
— У моего народа принято есть его сырым. Но в Бахаруте говори как бахарутец… и ешь как бахарутец. Жрать сырое, насколько я знаю, у вас считается дурным тоном, особенно на глазах у других. А портить вкус в угоду моде я тоже не хочу. Поэтому мне нужно научиться его жарить или варить так, чтобы оно по вкусу было хотя бы не хуже сырого.
— Разве что завтра, когда я схожу на охоту после зачистки подземелья, — вздохнула Имина. — У нас все запасы уже готовые.
— Мы же сегодня перебили… дай вспомню… сорок три монстра, кажется? Неужели среди них нет ни одного съедобного?
— Это же демоны и демоноиды, — фыркнул Робердик. — Их есть можно, но потом сам не рад будешь — мутируешь невесть во что, только успевай жрецов на экзорцизм звать.
Губы зверочеловека растянулись в оскале, который, как мне показалось, должен был изображать человеческую улыбку. Но получилось такое — не дай Четверо, приснится…
— У меня как раз очень удачно — врождённый талант. Стойкость к демоническим мутациям. Так что сделка со всех сторон выгодная — вы сохраняете свои припасы, а я получаю бесплатный урок походной кулинарии.
— Я проверю на следы осквернения, — предупредил, нахмурившись, Робердик.
— Без проблем, а сейчас я сбегаю в лабиринт и притащу самую аппетитную тушку. Покажете мне всё от и до.
* * *— Ты уверен, что стоит такое проверять? — тихо спросила я, как только козёл прыжками умчался в склеп, будто усталость дня его вообще не касалась. — Может, он хочет демонизироваться, а отмазку про талант просто придумал? Что ты будешь делать, если результат окажется положительным?
— Ничего! — коротко и резко сказал Хеккеран. — Продолжим выполнять контракт так же, как и до этого. И заранее объясним ему, что продолжим. Что на наши обязательства это никак не влияет. А проверяем только из осторожности, чтобы представлять, с кем работаем. У некоторых аристократов Бахарута демоническая кровь, и это не мешает им быть вполне достойными работодателями. По крайней мере для таких как мы.
— Но я как клирик обязан…
— Ты клирик без лицензии, а потому ничего не обязан, кроме как хранить верность своей команде, пока ты в ней! В бою против мага, способного к заклинаниям пятого ранга, из нас останется в живых хорошо если половина! Тебе нужен такой исход ради Четверых, которым на тебя давно наплевать?!
— Не говори так! Они дают мне силу, это значит, что я хоть и лишён лицензии, но не утратил посвящения!
— Если их устраивает, что ты работаешь без лицензии, значит они хотят, чтобы ты и дальше продолжал работать, а не был убит сумасшедшим зверолюдом! Бороться с нечистью и государственные жрецы вкупе со жрецами-авантюристами смогут. А вот исцелять бедняков, не способных оплатить визит в храм — это ты один у нас такой, не надо по глупости умирать!
— Это правда? — раздалось у нас из-за спины.