Нездешние (СИ)
— Попробуй, классная штука, — отвечает он, протягивая мне меню. — Ну, и выбери себе еще что-нибудь.
Я обнаруживаю в меню несколько знакомых названий обычных человеческих коктейлей, но по большей части мне незнакомы не только названия, но и ингридиенты.
— Что такое «Коа-ром»? — спрашиваю я.
— Ром, сделанный из сахара, добытого из белого корня, которая растет в Коа.
— Где?
— Коа — это не то маленький мир, не то огромный схрон, никто толком не знает, — отвечает Бес. — Туда не так просто попасть, но зато там растет огромное количество странных растений. И живность не менее странная. Некоторые тамошние растения съедобны, и в Фирме есть отдел, который собирает и доставляет их сюда. Многие нездешние платят большие деньги за то, чтобы попробовать блюда с продуктами из Коа. Здешним их продавать запрещено. Во избежание лишних вопросов.
— То есть, «салат из белого корня с рукколой», «стейк с пряностями Коа» и «текила из красной агавы-Коа» это все из другого мира?
— Угу, — кивает Бес.
— Тогда понятно, за что такие деньги.
— Пей «Гринхаунд», — бросает Бес. — Там тоже немного специй из Коа есть в составе. Вкус немного странный получается.
Я следую его совету и отпиваю из бокала. Вкус действительно необычный, но мне никак не удается уловить, чем же именно. Такое чувство, что разлитую в жидкости чуть островатую кислинку я ощущаю не языком, а щеками, нёбом и даже, возможно, сразу мозгом. Очень странное чувство. Возможно, это что-то наркотическое?
Неожиданно краем глаза я замечаю что-то необычное, и сперва не могу даже осознать, что же именно. И только когда поворачиваю голову, понимаю: на одном из огромных экранов крупным планом светится мое лицо. Подпись небольшим шрифтом внизу гласит: «Игорь Ростович, 16 лет, Москва, имя не выбрано, побед 0, вассалов 0, осколков 1, коэффициент 184,649».
— Что это? — спрашиваю я ошарашенно Беса.
— Так я ж тебе говорил, что твое лицо тут на всех экранах, — отвечает тот. — Здесь главный центр приема ставок на исход турнира.
Секунду спустя изображение сменяется какой-то таблицей, а затем на экране появляется знакомое лицо, обрамленное серебряными волосами. От доброжелательного, казалось бы, взгляда черных глаз хочется немедленно залезть под стол. Текст под фотографией услужливо сообщает: «Диана Спиридонова, 17 лет, имя — Сирена, побед 11, вассалов 2, осколков 39, коэффициент 1,445».
Из прострации меня выводит подошедшая к нашему столику русоволосая девушка в коротком платье, словно сделанном из непрозрачного черного гибкого стекла. Мне представляется возможность получше рассмотреть этот материал: нет, это не какой-то пластик, а скорее именно стекло, обретшее вдруг способность струиться, словно ткань. Я уже заметил тут еще несколько человек в такой одежде: особенно часто в ней ходят девушки. Мужчины, по большей части, одеты ничем не примечательно. Разве что через два столика от нас сидит высокий тощий человек, одетый во что-то вроде римской тоги, сделанной из такого же материала. Только не черного, а серебристого цвета.
— О, Андрюш, привет, как ты? — спрашивает девушка с довольно холодной улыбкой, немного растягивая слова.
— Привет. Я… Э я… ничего, в общем, — смущенно отвечает Бес. — Вот знакомься, это Игорь. А это Женя.
Девушка переводит на меня равнодушный взгляд.
— Новичок, да? — спрашивает она. — Где-то я тебя уже видела.
— Да, — отвечает Бес. — Только что на экране.
В глазах девушки вспыхивает слабая искорка интереса.
— И какой коэффициент на тебя? — спрашивает она слегка насмешливо.
— Да так себе, — отвечаю я, вертя в руках стакан.
— Тогда мой тебе совет: лучше сдавайся. Ну, только не абы кому. На кого там сейчас самые высокие ставки?
— На Сирену, но… — начинает, было, Бес.
Девушку передергивает, словно суеверного человека, при котором помянули к ночи нечистую силу.
— Да уж, ей, пожалуй, не надо, — говорит она, задумавшись. — Найди еще кого-то, кому можно будет сдаться. И кто нормально в вассалы возьмет. Вообще в шоколаде будешь.
— Ну, вообще я собираюсь всерьез участвовать, — неуверенно говорю я. Хотя сам я в этом не очень уверен совет девушки кажется вполне разумным.
— Ну, и зря, — пожимает она плечами. — Убьют и все. Оно тебе надо? На самом деле, то, что ты попал в претенденты, это уже большая удача Не всем выпадает. Ей только надо уметь воспользоваться.
Она замолкает, слегка покраснев. Видимо, решила, что последняя фраза звучит, как упрек в сторону Беса.
— Ну, ладно, я пойду, — говорит она немного смущенно. — Увидимся еще.
Бес провожает ее неуверенным взмахом руки.
— Вот так всегда теперь, — говорит он, когда девушка отходит от нашего столика и присоединяется к компании возле барной стойки. — «Привет, как ты?», и все…
Мне становится неловко. Совершенно не умею утешать людей.
— Мне вечно не везет в отношениях с людьми, — продолжает он. — Вот только когда я был обычным здешним… Точнее считал себя таковым… Это было нормально.
— В смысле?
— Видишь ли, каждый потомок тирнов подсознательно чувствует свою чужеродность по отношению к этому миру. Если тебе кажется, что твоя жизнь идет абсолютно не так, что ты здесь чужой и все тебе здесь чуждо — это знак. Люди, кстати, тоже подсознательно сторонятся нездешних. Поэтому мы часто одиноки и своими можем стать только в обществе себе подобных. Часто бывает, что даже не осознавшие себя нездешние сбиваются в группы, и даже женятся нередко на таких же, как они сами. Нас тянет друг к другу. Это дело обычное. Вот только я как-то умудряюсь оставаться чужим и для нездешних тоже.
Некоторое время мы молча тянем второй уже за вечер коктейль. Настроение у меня не то, чтобы прямо улучшается, но немного отступает давящий страх, преследовавший меня неотступно с момента встречи с серебряноволосой девушкой. Мне уже кажется, что жизнь, пусть сложная и опасная, но, все же, интересная штука. Но одновременно с этим я замечаю, что настроение Беса словно бы движется в прямо противоположную сторону. Встреча с девушкой явно выбила его из колеи, и он то и дело поглядывает в сторону ее столика.
— Может, пойдем? — спрашиваю я. — Я чувствую, мне впечатлений на сегодня уже хватит.
— Да? Ну, ладно, — отвечает Бес, словно спросонья. — Пойдем тогда.
Он расплачивается, и мы отправляемся домой.
Когда мы проталкиваемся к выходу — народу постепенно стало побольше — я встречаюсь глазами с рыжеволосой девушкой, сидящей за столиком с большой компанией. Она задорно улыбается мне, и ее улыбка едва не выводит меня из равновесия. Сидящий рядом с ней смуглый парень чуть постарше меня машет мне рукой.
— Эй, новый претендент? — спрашивает он.
— Допустим, — отвечаю я, настораживаясь. Наверное, в этот момент мне полагалось бы приготовиться защищаться, но как, собственно, я могу это сделать. Ну, в лоб ему засветить могу: благо, он сидит, а я на рукопашный бой ходил три года. Но что-то мне подсказывает, что мои умения здесь не очень помогут.
— Да ты не бойся, — весело отвечает он. — Меня Артур зовут. Рекламировать себя не буду — в сети про меня почитаешь. Приходи к нам — у нас печеньки есть.
Он подмигивает мне и отворачивается, обращаясь к кому-то из своих друзей. Рыжая девушка посылает мне еще одну задорную улыбку.
— Кто это был? — спрашиваю я Беса, когда мы возвращаемся в обычную версию бара и выходим на улицу.
— Один из твоих соперников на турнире, — отвечает Бес неохотно. — Я бы ему не доверял.
Я невольно вспоминаю всех претендентов, с которыми уже успел встретиться. Да, пожалуй, я тоже не доверял бы ему.
* * *Полночи я не могу заснуть, поражаясь спокойствию Беса, мерно засопевшего на своем диване почти сразу после того, как мы закончили болтать. У меня это вообще бывает от непривычной обстановки, но сейчас к этому примешивается страх. Стоит мне закрыть глаза, как кажется, что именно в это самое время кто-то аккуратно и бесшумно отворяет окно, которое Бес, кстати, оставил приоткрытым и пробирается в квартиру. Черная тень застывает в проеме окна. И только лунный свет играет на серебряных волосах…