Вечное утро (СИ)
— Пока об этом нет речи, — успокоил маму Жарегнев, усаживая её на опустевший трон Дивы. — Нам спокойно и по праву передают лидерство, — и крикнул в зал: — Как только волнение уляжется, перескажите мне всё, что я пропустил! Будем решать проблемы.
— Ты знаешь больше о Далезоре, если уверенна, что он жив? — Целея подошла к Леле тем временем, заглянула ей в глаза с участием. Леля потупилась.
— Пока только чувствую, а не знаю. Но у меня по крайней мере есть улика, которая может подсказать, где он, — она показала небольшой деревянный кружок с выжженым на нём брехом. — Это я нашла в спальне отца сразу после того, как он пропал.
— Похоже на… — присмотрелась к деревяшке Рарека, — фишку из казино или от какой-нибудь настольной игры. В Солиторе я видела подобные.
— И зачем кому-то понадобилось таскать с собой улику? — нахмурилась Алисара. — Может быть, нас пытаются пустить на ложный след?
— Слишком сложно и неочевидно, — Целея покачала головой. — Тогда бы свалили на кого-нибудь определённого. На саму Лелю, например, учитывая ушлый нрав её старших сестёр…
— Что ты про них сказала?! — оскалилась Леля и вздыбила шерсть.
— Морена и Жива сейчас заперты в своих башнях, — пояснил один из князей, пошушукавшись с соседями. — Они проиграли Божий Суд и этим выдали свой сговор с навом против твоего отца.
— Печально… — Леля тихо рыкнула и скрипнула зубами. — Вернулись двое, но двоих я потеряла.
— Ещё не всё потеряно, — Целея взяла Лелю под локоть почти так же, как до того Виэнель. — Надо их допросить… без пристрастия, чтобы не ранить тебя. Но потом. Куда ушла Дива, она говорила?
— К Оку Одина, — бесцветным тоном ответила Леля. — Проверить правильность ваших решений. Но если вы сами только что оттуда…
— То знаем, куда лететь! — подпрыгнула Рарека. — Живо, за ней!
— Ты решила одолеть нава? — Алисара осмотрела её с лап до головы скептически.
— Конечно! Я даже знаю парней, кто это раньше делал, в одной забегаловке со мной выступали. А вы благороднее них! И сильнее, раз даже старушку-мирувейку воскресили!
— Серафим, — обратилась Леля к советнику по военным делам, — проводи наших спасительниц в сокровищницу. Выдай им волшебное оружие и по фляге с сурьей. У них должны быть все шансы противостоять врагу семураньего рода.
— Ого… — приосанилась Рарека. Сурья — напиток богов — был легендарным составом, который, как говорят, на короткое время может разблокировать скрытые возможности смертных, делая их почти равным Богам. Но даже в жреческом училище этот напиток считался если не вымышленным, то давно утраченным!
— Вышегор, сделай это, — Серафим перепоручил задание старому анту, а сам пошёл к Жарегневу, что начинал новый совет. — И не забудь выделить им Путеводитель, они достойны появляться во дворце.
— Нет ли у вас техники для того, чтобы нам не утруждать тела и не использовать ценный напиток преждевременно? — спросила Рарека, решив, что пока железо горячо, стоит его ковать.
— Мы телепортируем вас напрямую к Оку, так что вы скорее всего даже опередите Диву и сможете подготовить засаду. Путеводитель перенесёт вас обратно так же, как вы проникли сюда вместе с Жарегневом. Идём, — Вышегор позвал девушек крылом и повёл их в небольшую дверцу за тронами. Целея приложилась к лапе Виэнель, махнула крылом Жарегневу и нагнала Алисару и Рареку. Организуя смену власти, самец решил остаться во дворце — впрочем, Рарека рассчитывала, что и их сил для схватки с навом окажется достаточно.
Вышегор подвёл девушек через освещённые сияющими под потолком кристаллами к залу, заставленному старыми ящиками и бочками. Будто не сокровищница, а просто портовый склад. Впечатление усугублялось ещё и множеством свисающих с потолка старых якорей.
— Не входите, — перепрыгнул старец через первые несколько метров [драконы используют иную метрическую систему, земная используется здесь для удобства читателя], для чего ему пришлось распахнуть крылья. — Как вас зовут? Говорите по-очереди.
— Целея Арвел, — жрица первой просунула голову за проём, из интереса высматривая ловушки.
— Арвел… А почему не Аменемхат, как и наша Виэнель? Или не Тагирион? Тоже знатный предок из твоей родословной, но по матери, если ты так не хочешь кичиться роднёй среди Тёмных, — помня наизусть генеологические древо Целеи лучше неё самой, Вышегор взял из ящика у дальней стены огромный ключ размером с его руку до локтя и вставил его в замок такого же громадного сундука. — Он, конечно, считался у нашаран пиратом, но враг врага — наш друг! И кобником он был сильным, как и многие ушедшие вместе с Аменемхатом на запад. Виэнель в числе своего приданого подарила нам его меч, думаю, в твоих руках он достоин находиться.
Вышегор, порывшись в тяжёлых промасленных свёртках, вытащил из шкафоподобного сундука один и отдал Целее. Она развенула тряпицу и вытащила вычищенную и отполированную шпагу с навершием в виде черепа, держащего в челюстях игральную кость.
— …Аутентично, — заключила она, убирая в карманное измерение посох и пробуя сделать пару взмахов достаточно лёгким для себя оружием.
— Насколько я помню свойства «Игры со смертью», как зовут этот клинок, в него вложено столько инструктированных душ [вселённые духи, выполняющие определённые заранее заданные заклинания, вид некромантического программирования Тёмных], что некоторые вполне могут отвечать за внешний вид. Этот… действительно на любителя иностранных приключенческих романов. А тебя как зовут по предку? — Вышегор обернулся к Рареке.
— Рарог, — ответила она, хотя не сомневалась, что эта ходячая энциклопедия может определить породу даже по внешнему виду.
— Ты собиралась породниться с Жарегневом, насколько я помню… — закрыв сундучище и убрав ключ от него в другой запираемый ящик, Вышегор снял с верхней полки керамический футляр.
— Нет, — честно отчеканила Рарека.
— Да? Чтож, возможно, этот небольшой подарок от его рода уговорит тебя передумать… — усмехнулся не надеявшийся на это Вышегор, открывая ларец и протягивая его Рареке. В футляре пылал языками пламени полуторный меч с гардой из рыже-золотистой меди и обитой чёрной кожей рукоятью. — «Кара грешникам», оружие самого Семаргла Феникса, пра-пра-прадеда Жарегнева. Если ты отказываешься от руки и сердца правящей династии, прими её клинок.
— Неплохая шутка, — сконфуженно фыркнула Рарека, касаясь к рукояти, тёплой даже учитывая жароотталкивающий материал. Но отдёрнула руку она не поэтому, а потому что вдруг в её душе запылало глупой неприязнью к самой себе. Почти как в Зерцале и даже острее.
— Только чистые сердцем и лишённые пороков могут влдеть этим оружием, — слегка насмешливо наклонил голову Вышегор. — Зато и врагов Покона оно разит нещадно.
— Сойдёт, — Рарека набралась смелости, пересилила себя и взяла меч в ладонь, улыбаясь напоказ. — Только подберите мне нормальные ножны!
— Сам Семаргл носил его лишь в карманном, хотя я подумаю над подобным подарком тебе. Ну а меня ты знаешь, — последнее Алисара сказала Вышегору. Он немного подумал и ушёл в самый дальний угол арсенала:
— Я передам тебе то, что тебе уже не хватит совести отдать Тёмным и ты, как благородный ант, скорее отдашь свою жизнь… или, что вероятнее, победишь в битве.
Немного кряхтя, Вышегор принёс Белояр двуручную палицу на длинной, покрытом громовниками и коловратами [древние солнечные знаки, восьми и шестилучевые свастики] рукояти, с искрящимся голубоватыми разрядами шипастым шаром.
— Учитывая размер и… всё остальное… — глаза Алисары полезли на лоб.
— Да, этой реликвии место в храме, а не в арсенале… Но на войне Перунова Палица ещё более к месту.
— Даже наву не поздоровится, — заметила Рарека.
Для Алисары её слова, по-видимому, оказались подходящим аргументом, и девушка шагнула к Вышегору, чтобы принять оружие. Оно оказалось гораздо легче, чем думала самка, даже одной лапой можно было владеть — только это было не слишком удобно.
— Теперь — не менее ценное, — из сейфа в стене Вышегор извлёк три бочонка размером с рюмку, половину имевшихся там запасов. — Сурья это напиток, который сделает вас Богами на короткое время, так что используйте его предусмотрительно. Чтобы она подействовала, нужно испить полную чарку. Современные деградировавшие анты варить сурью разучились, поэтому осознавайте, какая честь вам выпала.