Вечное утро (СИ)
— Зато Тёмным очень даже пригодятся, у них и опыт общения с навами больше, — заметила Рарека, вдруг посерьёзнев. — Ещё сделают так, что их навы сговорятся с вашими навами, и обрушат пилотируемые ими виманы на антейские города…
Алисара со скрипом сжала зубы, снова воспылав ненавистью к себе. Целея поспешила сменить тему беседы:
— Пророчество они точно у нас не отнимут. Кстати о тебе, пророчество… — жрица коснулась перьями бока Рареки. — Расскажешь о себе, раз у нас ночь воспоминаний? Что ты отказалась выходить замуж за Жарегнева Феникса, сына прошлого мирувея, и стать более близкой роднёй Лели, чем я — об этом многие наслышаны. Как ты жила в Ардине, куда сбежала? Там и правда корпорации превращают драконов в рабов?
— Правда, — Рарека прикрыла глаза с расширившимся от темноты зрачком. — Поэтому я довольно скоро сбежала оттуда в Солитор. Эта страна — нечто среднее между Нашаром и Ардином, современные технологии и вольные нравы. Там я могла нормально существовать, сначала устроившись официанткой и посудомойкой в местный паб "Квантовая яма", а потом начала принимать участие в местных гладиаторских играх, потому что дохода от этого больше, а устаёшь меньше. Поблагодарим Перуна и Одина за то, что по их заповедям жрецов обучают самообороне, боевой стиль жреческого училища показался владелице паба довольно стильным и она меня, так скажем, повысила. Но всё равно… это не то. Я вернулась на Родину, чтобы найти себя.
— Надеюсь, что и Родина теперь себя найдёт, — с надеждой вдохнула ночную прохладу Алисара.
Десятая Глава: У дверей
Когда Рага достигла Неторного леса, её поток стал слишком мелким для ялика, и его пришлось оставить недалеко от опушки. Дальше девушкам предстояло лететь на своих двоих крыльях. Пока Рарека и Алисара швартовали лодку на полусгнившем причале самой северной пристани этой реки, Целея с возмущением смотрела на выжженную деревеньку в отдалении, на никем не похороненные трупы, доедаемые ууррами, махала хвостом и рыла когтями ног дёрн:
— Так не должно быть в природе… Зачем Боги-Предки хотят столько антов, если потом им приходится помирать?
— Ты уже передумала считать войну меньшим злом? — подметила Рарека, поднимая одно ухо и отводя в бок другое.
— Наверное, Боги тоже ценят право сильного и хотят видеть на своей службе лишь лучших антов, — развела крыльями Алисара. — Это ересь, но не меньшая ересь, чем ставить под вопрос повеления Предков. Такого я не ожидала от жрицы… впрочем, если ты молода и ещё не разучилась высказывать своё мнение, понятно, почему тебя назначили в святилище так далеко от нашей столицы — Асгарда.
Целея яростно стукнула посохом по земле, с осенней ветви упало несколько листиков. Грустно покачав головой, Целея успокоилась и немного обмякла:
— Скоро мы сможем задать этот вопрос Богам напрямую, в обход не так давно нашедшего самую древнюю версию Покона мирувея Далезора Феникса и ныне трактующей божественные коны [здесь — высшие законы] Дивы Додолы. Есть даже заповедь: «Не внимайте тем, кто глаголет, что ближний ваш — враг ваш, а внимайте тем, кто глаголет, что ближний ваш — друг ваш» [седьмая заповедь Бога Рамхата]. Жаль, чтобы это понять, антам придётся послушать Сына Человеческого: «Не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своём и в доме своём»[Евангелие от Матфея: 13:57]. Мы с вами три изгнанницы, совсем не герои из наших сказаний о безупречных сынах и дочерях Антеи.
— Это чтобы тебе гордыня разум не затмила, — Алисара тоже подлетела к Целее и утешающе накрыла крылом её спину. — Родине должен помогать любой потомок Богов, даже не идеальный.
— Остальные достоинства нам додумают в легендах, когда их сочинят, — облизнулась Рарека. — Но для этого нам надо сначала совершить положенный подвиг. Так что не стоим, а летим к Оку Одина!
Было видно, что Целея ещё раздумывает о том, не попытаться ли им схоронить хотя бы те тела, от которых остались большие куски, но затем она всё же расправила крылья и первой оторвалась от земли, взлетая.
Чем дальше и выше драконицы поднимались в горы, тем холоднее там становилось. С определённого момента приходилось делать частые остановки, чтобы отогреть крылья под плащами и погреться самим у наскоро сложенных из подлесного хвороста костров. Наконец, самки поднялись так высоко, что уже не стало заснеженных деревьев, даже низеньких и чахлых, и камни скал были покрыты лишь снегом.
В гигантских складках хребтов было легко заблудиться, но Алисара знала дорогу до Ока благодаря Глазу виманы. Будущие героини сказаний в конце концов достигли едва заметного с высоты, но гигантского вблизи храма, скрытого в недрах горы. К его фасаду вёл длинный и широкий естественный мост через ущелье, а полукупол фронтона подпирался резными колоннами в форме суровых идолов Богов-Предков. Приземлившись, девушки увязли в холодившим лапы снегу по колено.
— Смотрите, — Целея показала посохом на цепочку полузанесённых следов, что шли ко входу в святилище-оракул. — Человеческие.
Рарека присмотрелась к форме следов — действительно, характерные стопоходящие.
— И вправду люди, а не человекоподобные существа… — задумчиво проговорила она. — И что им здесь понадобилось? Кто они? Разведчики Нашара? Сбежавшие слуги? Или мародёры, решившие нажиться на беде Антеи?
— Они знают о расположении наших святилищ лучше большинства антов, — морщась от холода, Алисара осторожно пошла ко входу того самого святилища, где когда-то сам Один оставил свой глаз в уплату за Высшую Мудрость.
— Эй, не спеши, — Рарека перехватила её лапой за маховые перья. — Первое, чему меня научила жизнь в Ардине — осторожность. Не суйся в тёмные переулки, потому что тебя могут убить, пустив душу на энергию или тело на органы… Не смотри в экран, если на нём вращаются гипнотические спирали… Не суй лапу в вязкую субстанцию… Вот и мы не пойдём просто так.
По иронии именно Алисара первой обнаружила ловушку — в коридоре, почти сразу у крыльца, она показала пальцем наверх, где виднелись щели в потолке, очерчивающие два каменных блока, способных надёжно перегородить вход. На всякий случай троица перелетела пол под ними — благо коридор был настолько высок и широк, что уместился бы трёхэтажный дом.
Уже войдя в длинный зал с колоннадой, девушки увидели впереди, у самого входа в Святую Святых, дёрганный свет факелов и силуэты людей-дикарей, укутанных в меха шуб по самую голову, и расслышали человеческую речь на неразумно сложном диалекте праговора:
— Дражайшие побратимы, — ворчал самый рослый и широкий в плечах человек воинственным баритоном [не тонкий и не басовитый, средней высоты голос]. — Наша подруга Норри вступила в эту невероятно таинственную и пугающую до дрожи обитель уже как сутки тому назад, но и доныне от неё ни слуху ни духу. И я положительно не разумею, коим образом она это сотворила, ибо створы в данном проёме весомы аки пуд лиха, да вдобавок к тому фигурально диффундировали друг в друга по причине сокрывающей их наледи. Кто что соблаговолит высказать по изложенной теме?
Рарера без слов указала спутницам на колонны, чтобы они укрылись за ними. Хотя Целее и уж точно Алисаре наверняка хотелось прямо сейчас кинуться на людей, нападать в этот момент драконесса не хотела: стоило выяснить, что задумали бескрылые, и кто такая Норри — человек, дракон или иное существо?
Самки постарались укрыться за столбами тихо, но их шаги всё равно насторожили людей, что обернулись на звук:
— Господа, сие анты, — произнёс один из закутанных — судя по горбу под плащом, в отличие от остальных, крылатый. — Не они ли расправились над вторгшейся в их санктуарий?
— Ни с кем мы ещё не успели расправиться, — отрезала Рарека, намеренно игнорируя речь пришельцев. — Что вы делаете здесь? Святыни грабите?
— Варварское наречие, — прошептал человек, чья борода высовывалась из-под тряпок, укутывавших голову. — Из диких племён данные семураны… Как они изъясняться-то вообще научились?