Ведьма-полукровка
Селеста верно поняла мой взгляд, полный ужаса.
– Это древнебирамский. Видимо, ты не знаешь его?
Мне необязательно было отвечать этот вопрос, хватило и взгляда.
– Не беспокойся, он совсем не такой сложный, как выглядит.
От этого заявления мне легче не стало.
– Ты можешь воспользоваться словарем, если какое-нибудь предложение покажется тебе сложным.
Она дружелюбно подвинула его на середину парты, так, чтобы я тоже могла его брать. Если бы проблема состояла только в том, что у меня возникли трудности с одним из предложений… Я даже не понимала, что из этого – предложение.
Господин Губбе поднялся и принялся медленно ходить туда-сюда.
– Надеюсь, в каникулы вы уже начали читать это произведение, потому что сейчас мы будем говорить о намерениях Лакримы и Кэлума. Как вы думаете, что сподвигает главную героиню на такие радикальные перемены? Как она чувствует себя в этот момент?
Одна из учениц подняла руку, и учитель ободряюще кивнул ей.
– Думаю, она знает, что это ее последняя и единственная возможность. Ее сердце обливается кровью, но она не может поступить иначе. Особенно важными мне кажутся слова allfertis и iffernos. Благодаря этим сильным образам ее внутренний раскол становится очевидным.
Я недоверчиво уставилась на девушку. Как она могла читать эту белиберду из значков, а потом еще и анализировать ее?! Мое мужество таяло прямо на глазах. Больше всего на свете хотела встать и уйти. Я не переживу здесь и недели, если не могу справиться даже с литературой.
– Не волнуйся, – попыталась успокоить меня Селеста. – Я очень хорошо владею древнебирамским. Вот увидишь, с моей помощью ты справишься в два счета.
Ее улыбка выглядела дружелюбной и обнадеживающей. Но я сильно сомневалась, что когда-нибудь смогу различить в этих каракулях хотя бы одну связную фразу. И, конечно, я вздохнула с облегчением, когда зазвенел звонок на перемену.
* * *– Господи, это было ужасно, как и всегда, – вздохнула Тандер. – Я засыпаю каждый раз, стоит господину Губбе сказать хоть слово. Я так надеялась, что в этом году литературу у нас будет вести кто-нибудь другой.
– Да уж, как и мы все, – ответила Шэдоу и подавила зевок. – До математической магии мне нужно ненадолго вернуться к шкафчику.
– Хорошо, я с тобой, – заявила Тандер. – В какой подгруппе ты сейчас? – спросила она меня.
– В подгруппе Ц.
– Жалко, мы в разных.
Только не это! Теперь я еще и предоставлена сама себе.
– Где твой шкафчик? – спросила она.
Я посмотрела на свой ключ.
– Мой номер 253.
– Ясно, значит, тебе в другую сторону, – она показала вдоль по коридору. – Там поднимешься вверх по лестнице, потом повернешь налево. Я бы посоветовала тебе оставить пару книг, иначе сегодня к обеду ты окончательно вымотаешься.
– Хорошо, так и сделаю.
– Если хочешь, потом приходи сюда. Я тебе покажу, где занимается твоя подгруппа, – предложила мне Селеста.
Я с облегчением кивнула.
* * *Коридор, в котором располагался мой шкафчик, я нашла быстро. Здесь было довольно людно. Чувствовала, что за мной наблюдают. То и дело замолкали разговоры, взгляды следовали за мной, некоторые ученики шушукались. Похоже, все уже знали, кто я такая.
К своему сожалению обнаружила рядом со своим шкафчиком Айс, Стеллу и Кэт. Они злорадно смотрели на меня и хихикали. Очевидно, смеялись надо мной, но я старательно делала вид, что ничего не замечаю.
Сунула ключ в замок, потянула дверцу на себя и в следующую секунду услышала кошмарный громкий треск. Потом все почернело, и мое сердце чуть не остановилось от ужаса.
Через какое-то время услышала пронзительный смех, и еще прежде, чем поняла, что происходит, лицо невыносимо заболело. Я закричала, притронувшись руками к щекам и глазам.
То, что я там почувствовала, казалось невозможным. Я ощутила бородавки и толстые, упруго наполненные гноем прыщи! Из них, щетинясь, росли волосы. Моя кожа стала очень горячей. К тому же я почти не могла видеть, еле различая размытые образы.
– Так тебе и надо!
– Господи, как отвратительно она выглядит!
– Да уж, полукровке здесь не место, это очевидно. Она не может защититься от простейших заклятий…
Смех глухо ревел в ушах, от боли я чуть не лишилась чувств. Хотела убежать прочь, подальше отсюда. Я побрела вслепую, шатаясь и стараясь не врезаться в углы. Спотыкалась и пошатывалась, но у меня получилось оставить позади голоса, окружавшие меня. Когда мне показалось, что я ушла достаточно далеко, чтобы другие не могли меня видеть, я сползла по стене на пол. Боль постепенно стихала, даже зрение стало четче, но пережитое унижение забыть не получалось. Я спрятала лицо в ладонях. Что мне теперь делать?
– Эй, все в порядке? – услышала я.
Не хотела поднимать голову, больше оскорблений просто не вынесла бы.
Я ощутила, как кто-то опустился на пол рядом со мной.
– Покажи-ка.
Я почувствовала, как мягкие руки обхватывают мои ладони, чтобы осторожно отвести их от моего лица. Подняла взгляд и прямо-таки застыла, осознав, что сквозь пелену вижу лицо Найта. Все передо мной еще расплывалось, но я смогла понять, что он не смеется надо мной. Его глаза рассматривали меня скорее тепло и обеспокоенно.
– Очень больно?
Я покачала головой.
– Пойдем, провожу тебя в лазарет. Врач приведет тебя в порядок.
Он помог мне подняться, крепко и осторожно придерживая за руку, потому что мое зрение все еще оставалось затуманенным. Спотыкаясь, пошла рядом с ним на нетвердых ногах.
– Ты знаешь, кто это сделал? – спросил он.
Я снова покачала головой, хотя подозревала, кто скрывался за всем этим.
– Некоторым здесь такое кажется очень смешным. Но не переживай, через пару минут ты снова будешь такой же красивой, как и прежде.
– Спасибо, – пробормотала я тихо, пытаясь не покраснеть. Что со мной такое? Так сильно я еще никогда не смущалась.
Я подумала о своем обезображенном лице. Если я выглядела хотя бы приблизительно настолько плохо, как подозревала, лучше бы мне провалиться сквозь землю.
Остановились перед дверью лазарета. Найт постучался, и мы зашли.
– Доктор Кемп?
Молодая врач вышла из подсобного помещения.
– Ох, – только и сказала она. – Скорее садись сюда!
Она указала на стул, и я медленно опустилась на него.
– Сейчас вернусь. Только схожу за лекарством.
– Кстати, – сказал парень, когда дверь за врачом закрылась. – Вчера я не представился. Меня зовут Найт.
– Габриэла, – ответила я.
– Значит, ты раньше жила в Морбусе?
Я молча кивнула. Господи, почему у меня не получается открыть рот?! Он, наверное, считает меня совсем чокнутой. Но я не смогла выдавить ни слова. Он сел на корточки передо мной и пристально посмотрел на меня, что заставило занервничать.
– Все это наверняка для тебя непросто.
– С волшебными силами мне было бы легче, – запинаясь, пролепетала я.
– Они просто еще не проснулись, вот и все. Так что не ломай над этим голову. Чем больше ты будешь их торопить, тем меньше будет получаться.
В этот момент дверь открылась, и вернулась врач.
– Вот, выпей это, тебе сразу станет лучше.
Она протянула мне маленькую бутылочку с черной как смоль жидкостью внутри. Она оказалась густой и приторно-сладкой. Но я сразу почувствовала эффект. Моя кожа расслабилась, жжение прекратилось. Осторожно дотронулась руками до своего лица. Кажется, прыщи и волосы тоже исчезли.
– Спасибо.
– Как тебя зовут? – спросила она.
– Габриэла Франкен.
– У тебя сейчас должны быть занятия, не так ли?
Я кивнула.
– Математическая магия в подгруппе Ц.
– Я сейчас позвоню в секретариат, чтобы отпросить тебя.
Она снова покинула комнату, а я повернулась к Найту.
– Надеюсь, тебе не пришлось пропускать уроки из-за меня.
Он улыбнулся.
– Нет проблем, ничего важного.
Доктор Кемп вернулась: