Седьмой царевич 2 (СИ)

— Может быть. А может, кто-то из соседей впустил к себе. Она в любом случае не пропадёт, — ответил я, а самому было неприятно и немного тревожно. И это чувство только усилилось, когда я включил телевизор.
— … в эфире новости Кубани, — произнесла миловидная женщина-диктор в строгом костюме. — Вчера вечером в Сочинском заповеднике произошла поломка ограждения, в результате сбежало около тысячи обезьян. Была разгромлена лаборатория испытания вакцин и пропал сотрудник. Директор питомника, профессор Филимон Ченжерштейн, прокомментировал ситуацию следующим образом:
  
— … Это катастрофа не только для нас, но и для всего научного сообщества Российской Империи, и, не побоюсь этого слова, — мира! — воздев палец к небесам, говорил хорошо знакомый учёный. — Мы должны как можно быстрее вернуть наших питомцев, чтобы избежать жертв среди невинных животных…
— Тем временем произошло нападение обезьян на продуктовый рынок Адлера, ущерб оценивается в сотни тысяч рублей, есть пострадавшие и раненые, — дополнила диктор. — По факту исчезновения сотрудника и поломки ограждений было возбуждено уголовное дело.
— Не могла она убежать к сородичам? — спросила Аня.
— Слишком далеко. Да и как бы она узнала о происходящем? Тоже новости посмотрела? — покачав головой, ответил я и уже собирался переключить, как попался другой интересный сюжет.
— На международной арене широко обсуждают факт нового закона, введённого в Соединённых Штатах — новая роялистская грин-карта, с подъёмными при переезде. Конгресс утвердил бонусы в размере ста тысяч долларов для лиц королевских кровей. Десять тысяч для княжеских и три тысячи для остальных категорий, с предоставлением вида на жительство и освобождением от налогов на срок до десяти лет.
— Вот я понять не могу, почему весь мир начал с ума по дворянам сходить? Ладно у нас чуть страна не развалилась, вот и достали из тёмного кровавого чулана железные скрепы, — вздохнув, проговорила Аня. — А чего американцам-то не сидится, у них никогда своих дворян не было? Хоть некоторые Штаты и называются графствами.
— Всякое может быть… — пожав плечами, ответил я. Мне настоящая причина была очевидна — поиск людей со способностями. Или, вернее сказать, тех, кого примет скрижаль. А это значило, что и у наших прямых противников есть своя каменная табличка. Как и у британцев, и у палестинцев.
Выходит, их как минимум четыре, а, скорее всего, больше. Если они одинакового размера, то в каждой по двадцать пять символов. Уже сотня. И в одной из них может попасться нечто такое, что станет ультимативным оружием, с которым не смогут справиться ни танки, ни самолёты. Потому что символы меняют саму реальность.
— Обострился кризис на ближнем востоке, — тем временем диктор освещала мировые события. — Серия терактов на землях Арабских Эмиратов и Кувейта продолжилась в Ираке. По всему побережью взрываются и горят нефтяные хранилища, цена на нефть превысила отметку в двести двадцать долларов за баррель. Страны аравийского полуострова обвиняют друг друга в терактах. На границе Ирана и Ирака возобновился крупномасштабный военный конфликт.
— А хорошие новости есть? — недовольно поморщилась Аня.
— Ну, для нас это как раз хорошие новости, — хмыкнул я, выключая телевизор. — Нефть подскочила до небес, денег в казну будет идти столько, что даже при всём желании не разворуют, подавятся. Даже до народа сколько-то дойдёт.
— Что-то ты не очень веришь в нашу власть.
— О нет, я как раз в неё сильно верю. Но есть нюанс, — усмехнулся я. — Когда у тебя в правительстве большая часть олигархи из нацменьшинств, или вовсе из людей с двойным гражданством, рассчитывать на то, что они будут оставлять деньги внутри страны, несколько странно. Но и запретить просто так не выйдет, они будут изгаляться как могут, проводить в депутаты нелюбимых родственников, сажать вместо себя подставных лиц, а деньги вывозить в виде бриллиантов в соли или воде. От этого никак не уйти. Человек вообще существо крайне изворотливое.
— Ого. Ну можно же… запретить выезд? — предположила Аня.
— И они воспользуются водными границами, или благовидным предлогом вроде международного экономического форума.
— Ну тогда… запретить иметь недвижимость зарубежом?
— Они найдут выход, поверь, — обняв сзади Аню, пока она прихорашивалась у зеркала, ответил я. — Сделают всё на подставных лиц, с документом, подтверждающим их полное право при переезде. Вариантов сотни. Так что наследственное дворянство со службой в армии — не худший выход.
— Я только оделась, а ты меня опять раздеваешь? — с улыбкой повернулась ко мне Аня. — Кажется, князь ненасытен в постели?
— Ну, если кровать тебе надоела, у нас есть ещё множество других вариантов. Например,стол, или ванна.
— Извини, не сегодня, — вознаградив меня долгим поцелуем, ответила девушка. — Ты вот скинул на меня работу с секретарями, и у меня теперь два десятка девчонок, которые тоже пытаются свою жизнь устроить.
— А работать они не пробовали?
— Конечно, пробовали, но ты же понимаешь, что инстинкты на паузу не поставить. А мы им такую выборку обеспечили. Мужики, которые готовы по тысяче баксов за телефон выложить, на дороге просто так не валяются, — заметила Аня, поправляя причёску. — А что будет, когда появятся официальные представители в регионах? Я уже не говорю о воровстве…
— Это мы с тобой уже предусмотрели. Привлечение ЧОПов на охрану девушек-курьеров у нас в смете прописано, — напомнил я, с удовольствием глядя на Аню.
— Ваня, ты меня вконец засмущал, отвернись и дай уже одеться! — с хохотом оттолкнула меня девушка. — А то я так никогда не выйду.
— Не худший вариант, — улыбнулся я, но силой удерживать Аню не стал. Умница и отличница в постели совершенно преображалась, выпуская все свои необузданные инстинкты. Но в остальное время старалась держать себя в руках. — Ты всё равно хочешь перевестись в другой вуз?
— Я… не знаю, — покосившись на меня, выдохнула девушка. — Слушай, давай не будем начинать? У нас с тобой всё просто замечательно, так пусть и будет, пока есть. Я же понимаю, что я тебе не пара. И ты это тоже прекрасно понимаешь. Это сейчас тебя всё устраивает, и я совершенно счастлива. Но лет через пять, или десять…
— Ха, до этого момента ещё дожить надо! — приободрил я её. Хотелось сказать совсем другое, что в ближайшие лет пятьсот она будет для меня юна и наивна, но она бы не поверила, а скорее приняла за полного психа. — А там в двенадцатом году и вовсе, апокалипсис. Сама же слышала.
— Ты веришь в эту чушь про майя? — с удивлением посмотрела на меня Аня, но я лишь улыбнулся, разведя руками.
В последние дни я несколько раз думал в эту сторону, вспоминал наш разговор с Хранителем у костра. Ту мимолётную договорённость и формулировки. Я тогда только вырвался от многолетней вахты в мире-крепости. Чувствовал себя подавлено и озлоблено, а потому допустил несколько ошибок.
Никаких апокалипсисов? Пожалуйста. В данный момент их и в самом деле нет, даже на горизонте они появились только спустя несколько месяцев, а произойдёт вообще спустя полный солнечный цикл. Когда это ещё будет…
Независимая и сильная империя? Конечно! Может, не самая сильная на планете, или даже на материке, но формально независимая, хоть и раздираемая противоречиями, коррупцией и олигархами.
Ультимативное супероружие, так чтобы весь мир в труху? В наличии. Как и возможность защититься от любого соседа по землешарику. И в самом деле ни один придурок прямо нападать не станет. Гадить по мелочи, пестовать сепаратизм, спонсировать террористов и экстремистов всяких мастей — это пожалуйста. А вот открытый конфликт –нафиг-нафиг.
  
Седьмой ненаследный царевич? Да на здоровье! Приключений полные штаны. Проблемы только в сытой и безбедной жизни, хотя… не голодаю, девушка шикарная, квартира в пяти минутах от моря. Денег, ну скажем, хватает. Так что и тут бородатый не обманул.
Ничего не забыл? Ах да, он меня под конец отрезал от привычных способностей. Можно, конечно, попробовать призвать кого-то из старых слуг, из прошлого. У меня и демонов, привязанных к моей бессмертной душе, хватает. И миньонов попроще, вроде духов и призраков, для которых грань между мирами совершенно несущественна. Правда, в последней крепости пришлось целый зоопарк оставить, но это совсем другая история.