Упавшая звезда (ЛП)

Он странно посмотрел на меня.
— Что-то случилось? Я имею в виду, с Николасом? Он... пытался что-то предпринять.
— Хм? — Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что он имел в виду. — Что? Фу. Нет. Зачем ты вообще об этом спрашиваешь?
— Потому что он такой, какой есть, — сказал он. — Это фейри внутри него.
— Ну, ничего не случилось. — Я присела на краешек кофейного столика. — Вообще-то не совсем.
  
— Вообще-то не совсем. — Он уставился на меня, разинув рот. — Что это значит?
— Это значит, что он вел себя жутко.
Он приподнял бровь.
— Что ты имеешь в виду под словами «вел себя жутко»?
— Он просто... — Я покачала головой. Я сбилась с пути. — Сейчас это не важно. Ладно, я собираюсь спросить тебя кое о чем, и я хочу, чтобы ты сказал мне правду, хорошо?
Он с сомнением посмотрел на меня. Но прежде, чем он успел возразить, я встала, стараясь выглядеть уверенной.
— Нет, ты не отвертишься, — сказала я ему. — Я хочу знать правду, и ты мне ее расскажешь. Больше никакого дерьма вроде я ничего не могу тебе рассказать. Больше никакой лжи, только правда. — Да, я понятия не имею, откуда взялся этот прилив уверенности, но это было в некотором роде приятно.
Он пристально уставился мне в глаза, и я вспомнила, как мы вдвоем сидели в классе астрономии и смотрели друг на друга.
— Какой у тебя вопрос?
Я сделала глубокий вдох и приготовилась к худшему.
— Мне когда-нибудь стирали память?
  
Глава 30
 
Я не услышала от него ни слова. Выражение его лица было красноречивее слов.
— Зачем?! — закричала я. — Зачем вы это сделали?!
Я дала ему секунду на ответ.
— Почему ты думаешь, что тебе стирали память?
— Причины две, — проговорила я, мой голос дрожал от едва контролируемой ярости. — Во-первых, потому что я практически уверена, что девочкой из видения была я.
Его ярко-зеленые глаза расширились.
— Что! Это была ты?
Я издевательски усмехнулась.
— О, как будто ты и так этого не знал.
— Не знал, — ответил он. — Клянусь. Но почему ты думаешь, что это была ты?
— Из-за глаз... они были фиолетовыми. И, если маленькая девочка это я, тогда я практически уверена, что женщина, которую отправили в Подземный мир — моя мать.
Он с трудом сглотнул.
— Джемма, я даже не знаю, что сказать? Я немного не понимаю, почему ты решила, что твою память стерли.
— А это уже вторая причина. — Не могу поверить, что собираюсь рассказать ему это. Просто, мне хотелось оставить парочку секретов при себе. Но, чтобы точнее объяснить ему всё, я должна была рассказать ему. — Помнишь, я смотрела в телескоп во время экскурсии, а потом внезапно сбежала?
— И я нашел тебя, рыдающую в автобусе, — сказал он, кивая.
— Так вот, причина моего побега в том, что пока я смотрела в телескоп, я перенеслась в похожее видение. Хотя я понятия не имела, что, черт возьми, происходит. Но, тем не менее, я оказалась на том поле. Там была маленькая девочка и женщина, и их лица были размытыми.
Он бесстрастно уставился на меня, но я заметила, как дернулся его кадык, когда он сглотнул.
— И что же произошло?
— Ничего особенного. Они просто смотрели на звезды и разговаривали.
— И ты не знаешь, кем они были.
— Ну, мама назвала девочку Джеммой, что меня озадачило, потому что, если она была мной, то почему я не могла вспомнить эту сцену из собственных воспоминаний? Знаю, мне было всего лишь четыре года на тот момент, но всё же… тебе не кажется, что я уже в состоянии запомнить хоть что-то. И я подумала о том же, когда Лайлен рассказал мне, что мне было четыре, когда пропала моя мама. Как такое могло случиться, что мне было четыре, а я ничего не могу вспомнить о своей матери? — Я замолчала, переведя дыхание. — И потом в процессе корректировки моего видения, меня словно озарило, и я поняла, что мать и дочь в поле и мать с дочерью у озера были мной и моей мамой. Такое ощущение, будто мой разум внезапно смог восстановить недостающие воспоминания.
Он выглядел так, словно действительно изо всех сил старался сохранять спокойствие.
— Я все еще не понимаю, почему это заставляет тебя думать, что тебе стирали память. Иногда люди просто что-то забывают.
Я покачала головой.
— Нет. Это другое. Я чувствую. Знаю, что за этим кроется нечто большее. Просто потому, что я едва могу вспомнить хоть что-то из моей жизни.
— Джемма, я, правда, думаю, что...
Я раздраженно взмахнула руками.
— Просто расскажи мне. Мне стирали память?
Он покачал головой.
— Нет. Тебе не стирали память.
— Ты лжешь! — закричала я. — Я знаю это так. Я бы ни за что не смогла забыть ее. — И потом я расплакалась. Но, честно говоря, мне было наплевать. Внутри меня было слишком много мучительной боли, чтобы обращать на это внимание.
— Джемма, пожалуйста, просто присядь на минутку и выслушай меня, — произнес Алекс таким дрожащим голосом, какого я ещё никогда от него не слышала.
— Нет! — выкрикнула я. — Я больше не собираюсь делать ничего из того, что ты мне говоришь. Я больше никогда не буду тебя слушать!
Он потер лоб, выглядя напряженным.
— Если ты сядешь и выслушаешь меня, я постараюсь объяснить всё как можно лучше.
— Да, конечно. — Всхлипнула я. — Ты мастер вранья.
Он сжал губы, стараясь не рассмеяться над моим замечанием.
— Зная, я много раз обманывал тебя, но сейчас не буду. Обещаю.
Я уставилась на него полными слез глазами, пытаясь найти на его лице признаки того, что он лжет. Он выглядел таким искренним, что это было почти пугало.
— Обещаешь? — фыркнула я. — Ты расскажешь мне правду?
Он медленно, неохотно кивнул.
— Но должен предупредить тебя, что то, что я собираюсь сказать, намного хуже того, что ты себе представляешь.
Я вытерла слезы с лица рукавом рубашки и опустилась на диван.
— Не важно. Я все равно хочу это услышать.
Он опустился на диван рядом со мной, снял бейсболку и провел пальцами по волосам.
— Я даже не знаю, с чего начать. Не важно, с чего я начну, это прозвучит весьма плохо.
Мне нравилось, что он нервничает. Обычно он был таким спокойным и собранным... обычно он врал. Поэтому нервозность была хорошим знаком, что он расскажет мне правду... во всяком случае, я на это надеялась.
— Не важно, просто начни. Если всё так плохо, тогда какая разница?
Он на мгновение задумался.
— Ладно, значит, ты помнишь пророчество, о котором я тебе рассказывал, верно?
Я вздохнула.
— Как я могу забыть о таком?
— Ну, я пропустил несколько частей этой истории. Видишь ли, пока Стефан пытался придумать способ предотвратить исполнение пророчества, твоя мать просто исчезла... или, если ты права, была заточена в Подземный мир. — Он замолчал, глядя вдаль, погруженный в свои мысли. — Ты была очень расстроена. Все время плакала.
— Я только что потеряла мать, — раздраженно заметила я. — Конечно, я была очень расстроена.
— Да, я знаю. И я не говорю, что это было непонятно, я просто пытаюсь объяснить, почему Стефан поступил так, как поступил. — Он беспокойно заерзал на стуле. — Многие Хранители рождаются с определенным даром. Есть много разных даров, некоторые из них полезны, другие — не очень. Тот, который есть у Софии, называется лишающий духа. Или тот, кто извлекает душу.
— Тот, кто забирает душу, — повторила я, широко раскрыв глаза. — Вы забрали мою душу! Ты что, издеваешься надо мной?! — Я вскочила с дивана, мой адреналин зашкаливал. Он был прав. Все было намного хуже. По крайней мере, энергия звезд может быть истолкована как дополнение к жизни человека. Но отнять душу — это все равно, что лишить человека самой сути.
  
У меня подкосились ноги, и комната закачалась. Я схватилась за край кофейного столика, хватая ртом воздух. Было ли это похоже на паническую атаку?
Алекс встал и положил руку мне на спину.