Упавшая звезда (ЛП)

  
Глава 20
 
С моей головой творилось что-то неладное. Не то, чтобы что-то было повреждено физически, скорее, какое-то психическое помешательство. Не знаю, причиной тому шок, из-за того, что я едва избежала смерти, или это последствия последних часов, наконец дали о себе знать. Но по какой-то причине я никак не могла сосредоточиться. Все кружилось и кружилось, как будто я была поймана в ловушку вышедшей из-под контроля карусели. Меня начало подташнивать, когда Алекс велел мне лечь и поднять ноги, бормоча что-то о том, что это поможет мне справиться с шоком.
  
И вот я лежала на заднем сиденье Понтиака1, положив ноги на колени Алексу.
Позже до меня дошло, что в юбке поднять ноги на колени парню была не лучшая идея. Как только я наконец пришла в себя, я поняла, что если бы он захотел, то мог заглянуть мне под юбку. К счастью, казалось его больше интересовал вид из окна. И в самом деле, кого я обманывала? Алекс ни за что не пожелал бы заглянуть мне под юбку.
Я вздохнула, одернув подол.
Алекс повернул голову и посмотрел на меня сверху вниз.
— О, отлично, ты проснулась.
— Я, что спала? — спросила я. Я не помнила, как задремала.
Его глаза скользнули по моему лицу, словно о проверял нет ли видимых повреждений.
— Ты уверена, что не ударялась головой?
Я вспомнила тот момент, когда меня чуть не убили.
— Нет... я уверена, что не ударялась.
Он взглянула на Эйслин. Они оба обменялись взглядами, которые я не смогла истолковать.
— Что? — Спросила я, начиная садиться. Ой. Может ли голова пойти кругом? Я прижала ладонь ко лбу. — Ауч.
— Джемма, тебе нужно лечь обратно, — настаивал Алекс.
Я убрала ноги с его колен и села прямо.
— Что происходит?
Они снова обменялись взглядами, и на этот раз мне показалось, что в выражении лица Алекса промелькнуло разочарование.
— Почему вы двое продолжаете странно смотреть друг на друга? — Моя голова перестала кружиться, и я поняла, что машина не только остановилась, но и Лайлена в ней не было. — А где Лайлен?
— Он там. — Эйслин указала на окно здания из красного кирпича, на двери которого было написано «Травы и специи Адессы». — Он пошел первым, чтобы проверить сможем ли мы все туда войти.
— О… ну, а почему вы, ребята, продолжаете так смотреть друг на друга? — спросила я.
— Как именно? — спросил Алекс так небрежно, что я поняла: он прикидывается дурачком.
Я переводила взгляд с одного на другого. Выражение их лиц ничего не выражало. Но я все равно чувствовала, что что-то не так.
— Ты уверена, что не ударилась головой? — Поинтересовался Алекс. — Ты как-то странно себя ведешь. Ты хорошо себя чувствуешь?
Хмм… Хорошо ли я себя чувствую? Внезапно на меня снизошло озарение.
— Подождите секунду, — я раздраженно подняла руки перед собой. — Вы, ребята, подумали, что я снова ничего не чувствую или что-то в этом роде? — Эйслин неловко поерзала на сиденье, и я поняла, что точно догадалась, о чем они подумали. — Почему вы так подумали?
— Потому что ты вела себя странно, — ответил Алекс таким непринужденным тоном, что можно было подумать, мы обсуждали погоду, а не то, что мои эмоции снова улетучились.
— Ты была такой милой, — добавила Эйслин дрожащим голосом.
— Ох. — Я удивленно подняла брови. — Значит, вы, ребята, подумали, что я ударилась головой или что-то в этом роде и вернулась прежняя Джемма.
Никто из них ничего не сказал. Эйслин поправила козырек перед собой, а Алекс уставился в окно. Я знала, что он просто пытался избежать зрительного контакта со мной, хотя, что мы находились в темном, пустынном месте, и снаружи не было ничего особенно интересного.
— Что ж, это мило, — пробормотала я, откидываясь на спинку сиденья.
Эйслин медленно повернулась на своем месте и посмотрела на меня грустными глазами.
— Джемма, мы не это имели в виду. Мы просто подумали...
— Что я перестала чувствовать, — неохотно закончила я за нее. — Что ж, извини, что расстраиваю тебя, но я не думаю, что удар по голове вернет меня к этому состоянию. — Затем я скрестила руки на груди и притворилась, что храню этот огромный секрет о том, что вызвало внезапный всплеск моих эмоций. На самом деле, я понятия не имела, что заставило мои эмоции внезапно вырваться наружу. Но им и не нужно было этого знать. Как ни странно, мне было очень приятно позволить им думать, что я знаю больше, чем говорю.
— Джемма, если ты что-то знаешь, — начал Алекс, но я повернулась к нему спиной и уставилась в окно, обводя взглядом очертания окружающих зданий.
Я попыталась отмахнуться от того факта, что Алекс казался разочарованным тем, что я проявила эмоции. Кого волнует, что он думает. Точно не меня. Я могла чувствовать, и только это имело значение. Ладно, кого я обманываю. Но это неважно. Я постараюсь изо всех сил стараться не зацикливаться на том, что Алекс чувствует ко мне. Ведь, если я позволю себе думать об этом, то это чувство, разъест меня изнутри.
Разглядывая «Травы и специи Адессы», я заметила, что на дверном окошке нарисован полумесяц, обведенный черной звездой. Я взглянула на татуировку на плече Эйслин. Она была точно такой же, как на витрине.
— Что это? — Спросила я, указывая на ее плечо.
Она провела пальцем по линиям татуировки.
— Это ведьмин знак. После того, как я стала ведьмой, он появился на моей коже.
— Что-то вроде знака бессмертия? — Поинтересовалась я.
Она в недоумении нахмурилась. — Откуда ты об этом знаешь?
— Лайлен рассказал мне, когда мы были в Черном подземелье, — объяснила я.
— О, здорово, — усмехнулся Алекс. — Что еще он тебе сказал?
— Ничего, — ответила я, что было ложью, поскольку теперь я знала, что такое Черный Ангел. — Так у каждого есть метка?
Эйслин кивнула.
— Вообще-то, у меня их две. Одна, потому что я ведьма. — Она поставила ногу на центральную консоль и включила верхний свет. На ее лодыжке был вытатуирован черный круг, обрамленный золотыми языками пламени. — И еще одна потому, что я Хранитель.
— И что? Они просто так внезапно появились?
— Да, моя метка Хранителя появилась, когда мне было около двенадцати. Примерно в то же время я по-настоящему начала понимать, что значит быть Хранителем. А ведьмина метка появилась, когда мне было около пятнадцати, и именно тогда я впервые узнала, что обладаю магией викка2.
Интересно, сколько меток было у Алекса? Являлся ли он кем-то большим, чем просто Хранителем?
— Если тебе интересно, есть ли у меня метки, то ответ - да, - отозвался он, как будто прочитал мои мысли.
— Постойте! Что, если он умеет читать мысли? В смысле, учитывая все, что я узнала за последние двадцать четыре часа, я бы ни капли не удивилась, если бы оказалось, что способность читать мысли существует. Если бы Алекс мог читать мысли, то это был бы полный отстой, учитывая, что мои мысли были сосредоточены вокруг него и его неотразимости.
— Но у меня есть только одна метка, — произнес он, встретившись со мной взглядом. — Метка Хранителей.
Фух. Какое облегчение.
— Она выглядит так же, как у Эйслин?
Он кивнул.
— Такая же метка только в другом месте.
Почему, ради всего святого, его замечание вызвало такой всплеск эмоций, было выше моего понимания. Я прикусила нижнюю губу, сильно отвлекшись на свои мысли о том, где может быть его метка.
На его лице появилась хитрая усмешка.
— Если хочешь, я могу показать тебе, где.
  
— Алекс, — прошипела Эйслин. — Что ты делаешь?
— Расслабься, — сказал Алекс. — Не нужно так заводиться. Я просто дразню ее.
Я тут же пришла к выводу, что, возможно, у Алекса какое-то биполярное расстройство. Сначала он ненавидел меня. Потом поцеловал меня. Иногда я раздражала его. А иногда он дразнил меня. Для человека, который не хотел, чтобы я что-то чувствовала, он постоянно выводил меня на эмоции.