Упавшая звезда (ЛП)

— Алекс, ехать в Вегас ничуть не опаснее, чем сидеть здесь, — заметил Лайлен. — На самом деле, мы не будем нигде останавливаться, так что, возможно, так даже безопаснее.
Алекс отошел от стола и повернулся к Лайлену.
— Ты уверен в этом?
Лайлен покачал головой и вздохнул.
— Послушай, то место совсем неприметное. Мы поедем прямо туда и сразу же вернемся. Поверь мне, никаких проблем не возникнет.
  
Алекс обдумывал это.
— Ты обещаешь, что не будешь делать никаких остановок. Только прямо туда и сразу обратно?
Лайлен недоверчиво уставился на него.
— Ты что, издеваешься надо мной? Куда еще, по-твоему, я собираюсь сходить? В «Макдональдс»? В «Уолмарт»? О, подожди минутку, мне нужно ненадолго заехать на кладбище.
Пытаясь подавить смех, я в конце концов фыркнула. Мне пришлось поддержать парня. Он был довольно забавным.
Алекс бросил на меня неодобрительный взгляд.
— Что? Ты думаешь, это смешно?
Я подавила очередной смешок, к счастью, на этот раз не фыркнув, и покачала головой.
Однако, Лайлен рассмеялся. И Эйслин вздохнула, уронив голову на стол с выражением: «я так устала от этого».
— Что ж, я рад, что вы двое находите это таким забавным. — Алекс ухватился за спинку стула, впиваясь в меня взглядом. — Не стоит недооценивать Жнецов, Джемма. Они убьют тебя, если представится такая возможность.
Я сглотнула огромный ком, подступивший к горлу. Страх окутал мое тело. Он был прав. Это было не смешно.
— Алекс, прекрати, — предупредила Эйслин. — Ты ее пугаешь.
— Вот и хорошо, — отозвался он. — Она должна быть напугана.
После этого все споры прекратились. Решение отправиться в Вегас было принято с условием, что по пути не будет никаких остановок, кроме как для получения кристалла.
Из-за всей этой истории со стеклом, вонзившимся мне в бок, Эйслин настояла, чтобы я переоделась перед отъездом. Очевидно, я никак не могла пойти куда-либо в окровавленной рубашке. Пятно было совсем небольшое, но неважно. Я устала спорить.
Я догадалась, что Алекс и Эйслин часто бывали в доме Лайлена, и у Эйслин была комната, забитая ее вещами, включая одежду. Я скептически относилась к тому, чтобы носить что-либо, принадлежащее Эйслин. Просто, весь ее гардероб был таким... розовым. Но сейчас, думаю, не время модничать.
А с другой стороны, разве я когда-либо так делала?
Комната, в которую она отвела меня, выглядела так, как и должна выглядеть комната обычной девушки: розовые обои с цветочным рисунком, розовый ковер, белая кровать с четырьмя столбиками, покрытая кучей пушистых подушек.
Эйслин подошла к шкафу в углу и распахнула дверцы.
— Единственная проблема в том, что ты примерно на пять дюймов выше меня, — сказала она, оценивая выбор одежды, развешанной на вешалках. — Но, мне кажется, мы сможем что-нибудь придумать.
Я плюхнулась на кровать.
— Значит, вы, ребята, часто сюда приезжали?
Она достала розовую футболку и бросила ее на кровать рядом со мной.
— Да, на самом деле этот дом раньше принадлежал родителям Лайлена, и мы часто приезжали сюда, чтобы отдохнуть от всего. — Она бросила блестящий шарф на кровать. Шарф? Мы были в пустыне, черт возьми. — Однако все меняется. — Она вздохнула, уставившись на джинсы, которые держала в руке.
— Мы не были здесь очень давно.
В том, как она произнесла это, было столько грусти, что я задумалась, почему они перестали приезжать сюда. Но я не стала спрашивать.
Она снова принялась рыться в одежде, время от времени бросая что-нибудь на кровать. Стены были увешаны фотографиями. Я встала и прошлась по комнате, разглядывая их. Одна из них особенно привлекла мое внимание. На ней был запечатлен Лайлен, стоящий посреди пустыни, его рука нежно обнимала Эйслин за плечи, что создавало впечатление, что когда-то они были парой. Рядом с Лайленом стоял Алекс, а к нему прижималась симпатичная светловолосая девушка. Все они улыбались. Они выглядели такими счастливыми. У меня слегка защемило сердце. Счастье. Чувствовала ли я когда-нибудь это?
— Этот снимок был сделан пару лет назад, — пояснила Эйслин.
Я оторвала взгляд от фотографии и обнаружила, что она наблюдает за мной.
— Кажется, мне здесь лет четырнадцать или около того, — сказала она. — Значит, около пяти лет назад.
Я подсчитала, и кое-что не сходилось.
— Подожди. Сколько тебе лет?
— Девятнадцать. — Она бросила юбку на кровать. — На самом деле Алексу двадцать. Мы солгали о своем возрасте, чтобы попасть в школу.
— Ох. — В моей голове пронеслась поговорка «На воре и шапка горит». Все было ложью. Даже такая простая вещь, как их возраст. И я задумалась, сколько еще лжи мне предстоит. — А что насчет Лайлена? Сколько ему лет?
— Ну, ему было бы двадцать два, но после того, как он стал... эм... — Она замолчала, а потом покачала головой. Но я знала, что она собирается сказать. До того, как его укусили. — Но, да, сейчас по документам ему девятнадцать, так что... — Она бросила рубашку на кровать, затем подошла и уставилась на стопку одежды с выражением явной решимости на лице. — Ладно, давай посмотрим, подойдет ли тебе что-нибудь из этого.
Заметив черную футболку на самом верху стопки, я тут же схватила ее.
Эйслин вздохнула.
— Джемма, ты бы не умерла, если бы носила не такие депрессивные цвета.
— Возможно.
Она снова вздохнула.
— Отлично. Но не могла бы ты хотя бы надеть юбку?
Я покачала головой.
— Ненавижу юбки.
— Знаешь, когда ты была маленькой, ты все время бегала в платьях.
Я уставилась на нее в замешательстве.
— Я этого не помню?
Ее ярко-зеленые глаза расширились. Она сказала то, чего не должна была говорить.
— Что? — спросила я. — Что такое?
— Ничего. — Она быстро покачала головой. — Ничего. — Она снова принялась рыться в груде одежды.
— Это вовсе не ничего. — Я встала, прижимая черную футболку к груди. — Что бы это ни было, ты должна мне сказать. Это несправедливо, что...
Она перебила меня, сунув мне в руки пару джинсовых шорт.
— Джемма. Пожалуйста, просто прекрати это.
— Как, по-твоему, я могу...
— Пожалуйста, — произнесла она тихим, но твердым голосом.
Я стиснула зубы и выхватила шорты у нее из рук.
— Ладно. — Я повернулась к двери, но остановилась, не доходя до нее. — Где мне переодеться?
— Дальше по коридору есть ванная. Третья дверь направо.
Ошеломленная и немного не в себе, я прошла мимо ванной, и мне пришлось вернуться назад. Но в конце концов я нашла ее. Странное поведение Эйслин, после того как она сказала, что я привыкла бегать в платьях, озадачило меня. Я не могла понять, почему она так испугалась. Почему ее ужаснуло упоминание, что в детстве мне нравилось носить платья? Однако теперь я могла только гадать.
Чтобы не порвать швы, мне пришлось быть очень осторожной, снимая окровавленную рубашку и натягивая черную футболку. Но едва я стала надевать шорты, то поняла, что «шорты», которые дала мне Эйслин, были вовсе не шортами, а джинсовой юбкой. Думаю, это не случайно. Может, я и любила носить платья, когда была маленькой, но это не значит, что я люблю их сейчас. Я показала язык юбке, прежде чем неохотно надеть ее.
Закончив одеваться, я плеснула в лицо холодной водой в жалкой попытке вырваться из этого сна, в котором, как я была уверена, застряла. Предполагалось, что вампиров, ведьм и тайных группировок, спасших мир, не существует. Они не могли существовать. Это было невозможно. Все это было слишком нереально, слишком похоже на научную фантастику. Ключевое слово здесь «фантастика».
Но после того, как я насухо вытерла лицо и открыла глаза, меня по-прежнему окружали те же темно-синие стены ванной Лайлена. Я взглянула в зеркало, висевшее над раковиной, и вздохнула при виде своих странных фиалковых глаз, смотревших из зеркала. Я подумала, не энергия ли звезды создала этот цвет. Откуда мне было знать, что в моем отражении мое? А что досталось от звезды?