Целительница для князя (СИ)

– Нет! Не нужно!
– Вы ногой ударились? Боги, а если на лорда упал какой-то из обломков?
Я не зря нагнетаю. Герцог решительно проходит вперёд. Лорд сгибается ещё ниже.
– Лорд, что вы прячете? Прошу вас, не стесняйтесь, очевидно, что вам нужна помощь. Я не стану смущать вас своим присутствием.
– Руки лорда, – подаёт голос одна из горничных.
Вдвоём герцог и Ефан справляются. Я, нарушив своё обещание уйти, остаюсь на месте, предвкушая интересное зрелище, и оно не заставляет себя ждать. Герцог отшатывается, пятится несколько шагов, пока не налетает на столик и не садится на него. Тонконогий столик, предназначенный для сервировки лёгких закусок или сладостей, не выдерживает надругательства и разваливается. Герцог ляпается на пол. В его глазах не меньший ужас, чем в глазах жениха.
Ефан тоже шарахается, таращится, больше не пытаясь приблизиться.
Женишок баюкает руки.
А меня снова азарт подстёгивает. Или интуиция. Момент, пожалуй, подходящий.
Я подхожу к герцогу, присаживаюсь рядом с ним на корточки, пару раз тыкаю его указательным пальцем в плечо. Герцог реагирует заторможенно, медленно оборачивается. Я прекращаю тыкать:
– При всём моём уважении выходить замуж за краба я отказываюсь.
И поднимаюсь, отчего само собой получается, что я возвышаюсь над герцогом, а он смотрит на меня снизу вверх.
Очнувшись, он багровеет от гнева, надувается, будто хочет разразиться тирадой, но молчит. И правильно. Начни он ругаться, смотрелся бы смешно, а не грозно.
Маскировку я разрушила, больше сдерживаться не нужно:
– Лорд, я могу понять, что у вас чешутся клешни, но зачем же чесать их о статую? Только взгляните, вы перекусили каменную ногу. Конечно, статуя упала и разбилась. Хорошо, что не на вас, но неужели нельзя было сказать слугам, чтобы принесли полено? И между прочем, я любила эту статую! Как благородный человек, вы просто обязаны придумать, как утешить мою потерю.
Нокаут!
Женишок, заслушавшись, забывает, что клешни надо прятать и выставляет руки. Ефан просто таращится в глубоком шоке. Герцог прекращает попытки подняться.
Довольная произведённым эффектом, я добиваю:
– Милочка, – обращаюсь я к первой попавшейся горничной, – передай на кухню, чтобы мне немедленно подали завтрак. Завтракать я буду в своих комнатах.
Только вот эффектно удалиться у меня уже не получается.
В гостиной появляется новый персонаж. Судя по форме, слуга, но не лакей, кто-то более высокого ранга. Может, старший лакей? Не успев оценить открывшееся зрелище, он докладывает:
– Прибыл князь Даларс с визитом.
– О? – я всё ещё удерживаю инициативу. – Похоже, встретить гостя придётся мне. Милочка, завтрак на двоих в столовую!
И, удивительное дело, горничная бросается выполнять приказ.
Я же упираюсь взглядом в ошарашенного не совсем лакея, который наконец разглядел, в каком виде застал хозяев:
– Любезный, сопроводите.
Командный тон действует. Слуга, поклонившись, поворачивается, чтобы следовать за мной, и я удаляюсь, напевая весёлый мотивчик.
Гедан ожидает в парадном холле. То ли он сам не пожелал, то ли сесть ему не предложили. Он стоит полубоком к лестнице и смотрит невидящим взглядом на бегущий по стене мозаичный узор. Прям не живой человек, а царственный идол.
– Князь, сожалею, герцог не сможет вас принять.
– Леди?
– Доброе утро, – запоздало здороваюсь я. – Да, у нас, не поверите, неприятность приключилась. У лорда ат Югниса ночью кисти рук внезапно превратились в настоящие клешни, и герцог вынужден принять меры. Хотите взглянуть, пока нам накрывают завтрак? Имейте в виду, отказ не принимается. Я о завтраке, разумеется. Цирк уродов на ваше усмотрение, князь. Всё же зрелище неэстетичное, может испортить аппетит. Князь?
– Да, леди, проводите, будьте любезны.
Лакей догадывается, что я творю что-то не то, вскидывается, но мне хватает взгляда, чтобы он увял. Сцапав князя за локоть, я увлекаю его вверх по лестнице.
Гед и не думает сопротивляться.
– Леди, случилось то, о чём я думаю?
Похоже, он решил, что я сорвалась и применила тёмную грань дара. Отчасти он прав, я была близка к срыву, но выход нашла.
 
Я представляю, как на моей ладони закручивается чёрно-белый бублик. Магию никто не увидит – моя ладонь крепко прижата к рукаву Геда. А вот ему ощущение холода и тепла передаётся даже сквозь ткань.
– Знаешь, – шёпотом поясняю я, – мне показалось, что эмоции и расчёт тоже должны быть в равновесии.
Гед почему-то смотрит на меня так, будто я только что на его глазах изобрела ракету земля-воздух, и не только изобрела, но и пальнуть успела.
– Если напишешь практическое руководство, и оно себя оправдает, сразу получишь статус почётной старшей жрицы.
Оно мне надо? Скорее да, чем нет. Поддержка последователей Близнецов мне точно пригодится. Осталось понять, чем мне грозит ныряние в дебри местного пантеона.
В гостиной мало что поменялось. Герцог то ли поднялся, то ли был поднят, женишок переместился на диван, уложил клешни на коленки, сидит в позе примерного первоклашки и что-то мямлит. Четвёрка лакеев под руководством Ефана поднимает брата. Стонать он перестал, отключился или ожил после вливания какого-нибудь лечебного отвара не понять.
Герцог замечает нас быстрее, чем я ожидала, вплотную подойти не успеваем. На оценку ситуации уходит секунда. Женишок суетливо пытается припрятать клешни за спину, но из-за разницы габаритов у него не получается, но пусть старается, всё равно никуда не денется, а вот тело уносят, значит, бить надо туда. И, главное, конечно, деморализовать герцога, мне не нравится, что он пришёл в себя и набирает в грудь воздуха, чтобы перехватить инициативу. Долгий по сравнению с обычным вдох его ошибка.
– Князь! – звонко, на всю комнату, беру я слово. – С герцогом ат Шуа, вы, безусловно, знакомы, поэтому позвольте представить вам вон то бревно. Мой младший брат, – как его зовут?! – лорд ат Шуа. Простите, пожалуйста, лорда ат Югниса, он не встаёт не из-за отсутствия манер, ему нездоровится. Дело в том, что лорд превращается в краба.
– Лорд Бревно? – выгибает бровь Гед. – Сказать, что я рад знакомству, было бы ложью. Лорд Краб, когда произошло изменение? Поймите мой интерес правильно. Возможно, я знаю причину.
Конечно, знает. Я вот, рядом стою. Не знаю, что Гедан задумал, но в одном уверена – меня он не сдаст.
– Знаете, князь? – деморализовать герцога очередной выходной не получилось, он лишь с слегка сбился, да и то скорее благодаря Гедану, поймавшего его на крючок знания причин.
– Герцог, я не специалист, но кое в чём неплохо разбираюсь, так что могу предположить.
– Хм…
– Князь, вы знаете как это убрать?! – доходит до жениха. Ат Югнис, позабыв обо всём, выставляет клешни на обозрение. Какой он, оказывается, наивный мальчик…
Гедан с величайшим вниманием осматривает клешни. Я тоже. Кисти неестественно раздуло до размеров боксёрской перчатки. Указательный, средний, безымянный и мизинец слиплись, большой палец оттопырился и согнулся. Но сходство с клешнёй даёт чёрная короста, ставшая настоящим панцирем. Присмотревшись, я замечаю, что округлая гладкая короста с внешней стороны, между большим и указательным пальцем образовала две острые грани, будто ножницы. Я вспоминаю, как женишок перекусил ногу каменной статуи, обломки которой до сих пор не убрали. Натуральная клешня.
– Когда именно случилось превращение?
Ответа у женишка нет. С уверенностью он может сказать, что вечером клешней ещё не было, иначе бы он не смог держать бутылку, а утром точно появились.
– Вроде бы, когда леди, возвращалась…
 
– Вы учинили леди неприятности? Тогда всё сходится.
– Что сходится? – хмурится герцог.
Гед оборачивается:
– Вероятно, леди не успела вам сообщить, герцог. Со моим кучером случилась неприятность, и леди Бернара не бросила меня в беде. Решить проблему удалось лишь на воротах города. Я поблагодарил леди, и мы расстались. Собственно, я прибыл, чтобы выразить леди Бернаре мою глубочайшую признательность за моё спасение. Когда я вернулся домой, я чувствовал, что простого спасибо недостаточно. Я обратился к своему богу-покровителю и попросил у него защиты для леди Бернары. Кто же знал, что защита понадобится немедленно…