Инженер (СИ)
В два часа пополудни колонна из 20 реквизированных мною грузовиков с тремя сотнями Р-17, некоторым количеством только что выпущенных Р-17 рабочих и переписчиков уже отправилась в город.
К вечеру 27-го удалось провести перепись, выявившая, что за неделю число жителей сократилась до 34 тыс человек. Было произведено массовое анкетирование, выявившее 123 чрез меру крутых для моего нового мира личностей, все они были незамедлительно расстреляны. Не стоит считать меня зверем и фашистом, я просто выполнил работу милиции, эти люди действительно заслужили свои пули, в каждом городе, везде есть такие, и не даром в анкетах их имена упомянуло более 100 человек. Если оставлять таких людей ходить по свету, то и не заметишь, как твои юные дети начнут жить по понятиям. После расстрела авторитетов приступили к расстрелу, лиц не русской национальности. Это конечно уже был самый настоящий расизм в самых худших его проявлениях, но если вспомнить ужасающие национальные проблемы современной западной цивилизации, постоянное недовольство приезжих мусульман, бессовестное насаждение своих шариатских порядков на чужой территории, всё их свинство и нетерпимость по отношению к нам, местным жителям. Если учесть, что к 2030 му году на территории России проживало лишь 45 % русских, при том, что ещё 100лет назад нас было 99 %, то моё решение о ликвидации иностранцев, было мягко скажем не таким уж и бесчеловечным. Да и что говорить, на фоне уничтожения двумя днями ранее 200–300 тыс русских парней, кстати, именно русских, потому что в нашу дебильную армию иностранцев набирали гораздо реже, чем своих, то этот расстрел был просто свершившейся справедливостью. А люди которые бы стали кричать, что я нелюдь и фашист по большому счёту просто предатели своей родины и народа или дураки не задумывающиеся о будущем нашей страны.
Из-за того, что основная масса населения не задумывалась над геополитикой и вытеснением народов, возникли массовые бунты, подчас наши граждане сами не хотели терять своих друзей и соседей, в городе начались локальные беспорядки, подавлять их пришлось расстрельными методами. Представители стран южных тем более гибнуть просто так не хотели, и оказывали посильное сопротивление, многие боялись, как бы после южан роботы не ликвидировали и остальную часть населения города. Короче, к 21–00 пришлось эвакуировать всех переписчиков. К этому моменту удалось казнить лишь 200 из намеченных 7000 лиц относящихся к южанам и китайцам, а ещё минут через 15 обстановка в городе вышла из под контроля и на улицах завязались настоящие бои между Р-17 и горожанами. Стоило толпе почувствовать, что машины далеко не всесильны, а обыкновенный АК-2006 надёжно выводит из строя Р-17 с одного двух попаданий, прямо как человека, и на нашу лёгкую пехоту моментально насели со всех сторон, тем более, что соединение было рассредоточено по городу мелкими группками численностью от 5 до 12 единиц. Уже к 22–00 все 300 Р-17, вооружённых, как и вся наша лёгкая техника обыкновенным огнестрельным оружием были уничтожены. При этом им удалось перебить порядка 4000-5000тысяч жителей и почти всех солдат. Было несколько попыток под шумок выбраться из города, но блокада ещё не была снята, и станковые пулемёты поработали на совесть.
Но я вовсе не собирался так быстро сдаваться, когда пришло сообщение о бунте и гибели трёх рот Р-17, мне сразу пришла в голову идея банально усыпить всех жителей города слабо действующим нервопаралитическим газом. Конечно, формула газа такого типа нашлась в нашей лаборатории, причём к подходящим нам относилось примерно сотни две газов. Каких только газов не напридумывало человечество со времён первой химической атаки немцев 1915 года. В 24–00 один из стрижей, взорвал на высоте 200 м над центром города бомбу массой всего 250 кг. Спустя всего 10 минут наши передовые части спешно стянутых к городу новых четырёх рот Р-17 вошли в город. На одном из сельскохозяйственных полей, рядом с городом, в спешном порядке было возведено два небольших концлагеря, состоящих из тонкой плёночной крыши, повешенной на далеко отстоящие друг от друга 16 столбиков, на высоте 5 м от земли, и огороженного всего этого периметра из колючей проволоки. Также вокруг лагеря было поставлено несколько мощных обогревателя с сильно дующей направленной струёй горячего воздуха. Всё население города 29630 человек, раненых и здоровых поместили в один из концлагерей.
К трём часам ночи все местные жители пришли в себя, несмотря на обогреватели, и брошенную в лагерь собранную в их домах одежду, им было холодно, и они все были в ужасе, многие из них потеряли сознание, сидя у себя дома, и совершенно не ожидали очнутся посреди концлагеря забитого людьми. По мере пробуждения граждан, заработал конвейер, пропускавший до 3000 человек в час. Каждого пленного сверяли с составленным до бунта списком, проверяли посредством ДНК к какой расе он относится к монголоидной, европеоидной или негроидной. Станции проверки выпытывали у человека его религиозные убеждения, образование, происхождение, всё это делалось под воздействием детектора Лжи. Естественно большая часть южан относится всё же к европеоидной расе, поэтому ДНК так же сверяли с ДНК среднего Российского крестьянина 17–18 века например, “информации о таких ДНК также имелась в нашей базе данных”, если ДНК слишком сильно не совпадала, то сверяли со вторым третьим эталоном и так далее. Всего эталонов было 129, если компьютер приходил к выводу, что ДНК этого человека совпадает хоть с одним из 129 эталонов, то все родные и близкие этого человека, проверенные на родство так же через ДНК автоматически зачислялись в Русские. Сразу создавалась база данных, на всех зачисленных в Русских, с информацией об образовании и ДНК коде, в теории, в будущем такая база данных должна была быть создана на всех граждан. Даже если человек не соответствовал ни одному эталону, он всё равно мог быть зачислен в русские, если его ответы на детекторе лжи удовлетворяли ряду критериев, но в этом случае конечно отношение к нему было много более строгим. Задавались вопросы о религии, образовании, проверялась ДНК на наличие болезней и ярко выраженных генотипов других рас. То есть явный китаец или негр имел гораздо более низкие шансы пройти этот тест, также как и не соответствующий какому-либо из эталонов полу русский мусульманин. Зато каждый иностранец мог выторговать себе жизнь, доказав на практике, что он является хорошим специалистом в какой-нибудь области, а не простой грузчик в магазине. Так же человек мог легко избежать умерщвления, если он являлся туристом, въехал в страну не давно, и не на долго. Но, был ещё один жесточайший пункт, по которому шёл бескомпромиссный отсев. Это болезни, любой человек больной спидом, наркоманией или имеющий генетические отклонения, в стиле пара лишних сосудов в сердце или 4 соска, также подлежал ликвидации. Что ж поделать, если уж быть чудовищем, то зачем проявлять вредный гуманизм? Чистить так чистить, каждый фермер знает, если очистить стадо от больных животных, то в итоге получишь большее поголовья, чем от стада с больными особями. Конечно, если человек был болен спидом или наркоманом, это совершенно никак не отражалось на его родственниках, и они вполне могли быть зачислены в категорию русские.
Ровно в 12–00 27-го января, то есть на следующий день 13200 здоровых зачисленных в русские вышнегородцев были выпущены из концлагеря два и направлены по домам. У них не было никакого желания буянить и пытаться нанести какой-либо урон роботам, события прошлой ночи явственно дали им понять. Власти церемонится не будут, роботы уголовной ответственности не несут, их никто больше расстреливать не будет, но бунтовать и свинячить, как в прошлой жизни им никто не позволит. В городе расквартировывалась рота из 100 Р-17, которые обязаны были нести полицейские функции, кроме того из местных назначалось 48 судей, они могли приказывать милицейским Р-17, в рамках новых законов об исполнительной власти. Роботы же, выполняя приказ кого-либо из судей, каждый раз сверялись с собственной программой, анализируя, правомерен ли приказ. Также могли принять ряд решений самостоятельно, арестовать кого-то, если возникало подозрение в воровстве, явном оскорблении другой личности, или чём-то ещё. Оружие же они теперь могли применять против местных жителей, лишь в том случае, если на них нападал человек старше 21 года, явно угрожая, применяя огнестрельное оружие. Во всех остальных случаях, роботы могли применять лишь самые безобидные шокеры.