Иван Царевич и Серый Волк (СИ)

- И что, наелся? – подозрительно поинтересовался Фэлкон.
- Нет, конечно, - спокойно отозвался волк. – Зачем задаешь глупые вопросы? Лучше бы убил оленя и пожарил. Мяса больше. Нам идти целый день.
- Перебьешься, - проворчал Фэлкон.
Он снял с веток свою одежду и натянул на себя. Снова умылся в речке, затушил костер, засыпав его землей, и направился вглубь леса. Аллин последовал за ним, пребывая в просто ужасном неприлично хорошем расположении духа.
  
Они шли весь день, волк как обычно без умолку болтал, вещая о всякой чепухе, вроде живой воды, с помощью которой он оживил бедных пташек, повествуя душераздирающую историю о своих героических подвигах. Он повторялся раз по десять, но было понятно, что он от души мелет всякую чушь, просто наслаждаясь дорогой и своим молчаливым спутником. Фэлкон его не слушал. Он размышлял о благородном поступке зверя. В его понятии животные вряд ли были способны на такие подвиги, даже если они и были говорящими. Волков нужно было отстреливать. На них надо охотиться. Птиц нужно подавать на ужин в жареном виде. Растения должны расти из земли. Цветочки должны благоухать. Яблоки должны падать. Все в этом мире должно быть закономерно и логично. А этот… Волк! Мало того что говорил. Мало того, что говорил много. Мало того, что сожрал его коня. Он его еще и спас!
Фэлкон терпеть не мог оставаться в долгу. Тем более перед животными. Тем более перед волками.
И он намеревался поскорее этот долг отдать.
- Через сколько мы будем во дворце короля Лаиса? – неожиданно перебил Аллина он.
Волк сбился с темпа, и даже остановился на секунду, но потом возобновил шаг, рысцой идя рядом с принцем.
- По моим подсчетам через неделю. – Сообщил он жизнерадостно.
- Через неделю? – Фэлкон недовольно покосился на него.
- Вот не надо на меня смотреть такими злыми глазками! Мне страшно становится! – заявил Аллин отнюдь не испуганным голосом. – И вообще, это ты виноват в нашей задержке. Не надо было покушаться на ванную с пенкой, неженка!
Принц скрипнул зубами, но ничего не сказал.
- Видишь, мы к вечеру уже к подножию гор подойдем, - наконец, серьезно произнес волк, лапой указывая на виднеющиеся вдали горы, покрытые туманной дымкой.
- Уверен, что к вечеру? – Фэлкон скептически вздернул темную бровь.
- Уверен, - твердо ответил Аллин. – К вечеру дойдем.
- Если только будем передвигаться со скоростью света, - фыркнул принц.
- Слушай, я уже бывал в тех местах, понятно? И вообще, не умничай, я тут проводник. Говорю, к вечеру дойдем, значит дойдем! Это только кажется, что горы так далеко, на самом деле они всего в нескольких часах пути.
Фэлкон решил промолчать в ответ.
========== Глава пятая, в которой Фэлкон опять вляпывается в историю. ==========
К вечеру они действительно подошли к подножию гор, которые теперь возвышались над ними зловещей громадой. Фэлкон поджал губы. Так оно и есть, они смогут преодолеть их только за неделю. Это самый меньший срок.
- Я должен успеть раньше своих братьев… - пробормотал он себе под нос.
- Твои братья это место никогда не найдут. А если найдут, никогда не смогут взять то, что нужно тебе. – Раздался спокойный уверенный голос Аллина рядом.
- Почему это?
- Дворец неприступен. Заколдован. Зачарован. Сокрыт. Магия, волшебство, чары. Там слишком много всего понапичкано, - ответил Аллин тихо.
- Откуда ты все это знаешь?
Волк повел плечами и вильнул хвостом, но отвечать не стал. Начал взбираться по склону, ловко перепрыгивая с камня на камень и избегая обманчивых уступов, которые могли утянуть вниз.
Фэлкон последовал за ним, взбираясь по тем же камням, что и волк. В молчании они некоторое время упорно продвигались вперед. Наконец, принц не выдержал и спросил:
- Если это место такое сокрытое и зачарованное, откуда ты знаешь, как в него попасть и как ты раньше смог здесь побывать?
- Вот ведь любопытный, - проворчал себе под нос Аллин, демонстрируя лицевой части принца свой пышный хвост. – Почему бы тебе просто не быть мне благодарным за оказываемую помощь и не следовать молча за мной?
Фэлкон промолчал, и в течение следующих двух часов не сказал ни слова.
Ночью они сделали привал в какой-то пещере.
Принц развел костер и сел возле него, чтобы погреться. Ночью в горах было холодно и зловеще завывал ветер. Дров найти в горах конечно же было почти невозможно, так что слабое пламя согревало только руки. А учитывая, что на принце кроме тонкой льняной рубашки и бридж для верховой езды одежды не осталось, у него зуб на зуб не попадал. Меж тем Аллин спокойно наблюдал за пламенем, которое отражалось в его голубых глазах, согреваемый своим густым теплым серым мехом. Он положил голову на скрещенные лапы, по своему обыкновению, и прикрыл глаза тяжелыми веками. Плясавшее в них пламя завораживало. Фэлкон, почти загипнотизированный, начал погружаться в дрему, все еще ежась от холода и обхватив себя руками.
Он сам не заметил, как уснул и когда, но почувствовал теплое прикосновение густого меха к своему боку. С благодарностью зарывшись в него, принц, наконец, погрузился в спокойный безмятежный сон.
Разбудили принца первые лучи предрассветного солнца и… мокрый нос. Это уже становилось их маленькой традицией.
- Я встаю, - вяло отмахиваясь, по своему обыкновению, проворчал Фэлкон.
Волк отстал.
Он сел, с трудом продрав глаза.
- Ну и соня же ты, принц! – добродушно произнес Аллин. – А спишь-то как сладко…
Он мечтательно зажмурился.
Фэлкон покосился на него с неприязнью.
- Пасть захлопни, серятина, - пробубнил он, вставая и потягиваясь.
Аллин ничуть не обиделся.
- Я уже сходил на разведку и посмотрел, не заросли ли те тропы, по которым можно пробраться ко дворцу, - сообщил он, пребывая, впрочем как обычно, в прекрасном расположении духа. – Дальше ущелий не так много, можно идти спокойно. День сегодня будет теплый, но к вечеру может пойти дождь, так что нам лучше дотемна найти какую-нибудь пещеру.
Аллин повел носом, и направился к выходу из их укрытия. Фэлкон давно уже перестал удивляться познаниям волка в самых неожиданных областях. А уж в метеорологии звери наверняка смыслили получше, чем люди.
Он пошел вслед за своим серым спутником. Они шли по достаточно широкой тропинке, Аллин фальшивым хриплым соло запел какую-то походную песенку, то и дело, убегая вперед, чтобы половить горных бабочек. Через полчаса такого «концерта» у принца разболелась голова.
- Эй, серый! – окликнул он.
- М-мм? – волк довольно обернулся.
- Сделай мне одно одолжение, заткнись, а? – вежливо попросил принц. Голова кружилась немилосердно, а раны, полученные в драке с разбойниками, саднили и ныли. Он чувствовал, что вот-вот и потеряет сознание. И песенка Аллина тому только способствовала.
Как ни странно волк послушно замолчал. Через некоторое время он спокойно заметил:
- Я вижу впереди горный ручеек. И полянку с хилым деревцем. Можем сделать там привал, и я поймаю чего-нибудь нам на обед.
- Нам надо идти, - отрезал Фэлкон слабеющим голосом.
Солнце пекло немилосердно. Кто сказал, что в горах холодно? Ни черта подобного, только по ночам!
- Мы успеем, Фэлкон, - подбежав к нему и заглянув в глаза, заверил волк.
Принц скривился. Когда волк вот так заглядывал ему в лицо своими необыкновенными голубыми и совсем человеческими глазами, он ощущал себя как-то странно. Словно ему заглядывали в душу. Не тем взглядом, что выворачивает ее наизнанку, а ненавязчиво так, осторожно, но настойчиво и аккуратно. Словно в гости зашел и скромненько уселся на диванчик, насвистывая песенку.
- Ладно, ладно, сделаем привал, - быстро ответил Фэлкон, отводя взгляд.
Ну что за напасть?! Как, ну вот как, могли сочетаться в этих удивительных голубых глазах детская наивность и взрослая мудрость?!