Стажер магического сыска 2 (СИ)
Нужный дом с фонарями действительно оказался прямо через дорогу от библиотеки, как и говорил Глеб.
Выйдя из машины Анна вопросительно посмотрела на коллегу:
— Вы уверены, что стоит вторгаться в такой час?
— Видите вон те окна, на втором этаже? В них за шторками горит свет. Так вот это Аглая Петровна полуночничать изволит, наверняка опять зачиталась историей Рима или Шумерскими мифами, так что мы ее как минимум не разбудим, — с этими словами Глеб пошел вперёд и Анне ничего не оставалось, как следовать за ним.
На стук дверь открыл хмурый мужик с клочковатой бородой. Он уже открыл было рот чтобы прикрикнуть на ночных гостей, но заметив Глеба поклонился:
— Глеб Яковлевич, это вы, а я уж думал хулиганы какие стучат, ходят по ночной поре.
— А ты, Тишка, так сразу дверь бы не открывал, — поругал его Глеб. — Если злыдни, так и впрямь тюкнут по макушке, и вся недолга.
— А я ему говорила об этом и не раз, да разве он слушает! — из комнаты вышла пожилая женщина, кутаясь в цветастый платок. — Глеб Яковлевич, какая радость, так приятно, что вы не забываете о старой женщине.
— Вы молоды и прекрасны, — заверил ее Глеб целуя протянутую руку и считывая радость и удовольствие в чувствах, — но увы, сегодня я к вам по делу.
— Неужели вы же дочитали Историю науки Российской империи?
— Каюсь, весь в работе, не успел, — Глеб развел руками. — Но сейчас нас с Анной Витольдовной интересует несколько иная литература.
— Расскажете за столом, не люблю говорить о книгах в прихожей, — остановила его Аглая Петровна и повернувшись к слуге добавила: — поспешай-ка, Тишка, неси чаю.
Мужичок кивнул и удалился, а Глеб и Анна проследовали за директором библиотеки.
Аглая Петровна устроилась за круглым столом, укрытым шелковой скатертью с кистями на восточный манер, и сложив перед собой руки взглянула на Глеба:
— Ну говорите, что вас привело ко мне в полночный час. Уверена, это нечто необычайно любопытное.
— Даже очень, — ответила первой Анна, и вытащив лист бумаги с рисунком положила перед директором. — Вы знаете что это?
— Это знак или символ. — Аглая Петровна нахмурилась, рассматривая перечеркнутые вилы, — Но его значение мне неизвестно. Подождите-ка, я схожу за энциклопедией, есть у меня одна дома.
Едва хозяйка удалилась, как появился Тишка. На столе заняли свое место чашки с ароматным чаем, блюдце с медом и вареньем, а к ним сладкие булочки и мясная нарезка с ревельским хлебом.
Едва тарелки очутились на столе, как Глеб соорудил бутерброд и не дожидаясь возвращения Аглаи Петровны принялся жевать.
— Могли бы и обождать, — шикнула на него Анна. — К слову сказать, удивлена, что вы еще и знакомства водите, и книги читаете.
— Эх, Анна Витольдовна, я полон загадок, — заверил ее Глеб, беря еще кусок буженины. — Если бы вы меньше меня ругали, а больше слушали, так узнали бы, что я очень необычный человек, прямо не от мира сего, — хмыкнул он.
— В психиатрической больнице этого не скажите, а то там и останетесь, — съязвила Анна, на что Глеб только покачал головой.
Тут вернулась хозяйка, держа в руках пухлый том. Положив книгу на стол, она принялась листать страницы, приговаривая:
— Не то… Не то… Может это? Ах нет, снова неудача…
Когда книга почти закончилась, Анна не сдержалась:
— Нет подходящего символа?
— Увы, увы, — покачала головой Аглая Петровна, — но в данном томе нет. Что ж, господа, у меня есть еще одна идея, — и заметив вопросительный взгляд гостей добавила: — Отправимся в библиотеку. Там точно найдем ответ на вашу загадку.
— Вы читаете мои мысли, — улыбнулся Глеб. — Признайтесь, вы волшебница?
Аглая Петровна тихонько засмеялась:
— Куда там, я лишь пожилая женщина, которой не хватает огонька в жизни.
— Вы чудо, — заверил её Глеб и допив чай поднялся из-за стола.
Через четверть часа все четверо уже входили в библиотеку.
— Тишка, отведи гостей в секцию семиотики, а я меж тем посмотрю в закрытой секции.
Так и поступили. Разделившись, они принялись просматривать книги, пытаясь отыскать странный знак. Но не в «Мистицизме» Леграна, не в «Европейских знаках» Майера, не в «Русь посконная» Овечкина, ответа не нашлось. Впрочем, как и в ещё десятке книг.
Давно пропели первые петухи. Заводской гудок объявил о начале смены. А Анна, Глеб и Тишка всё ещё листали книги в надежде на чудо.
Когда круглые настенные часы показали без четверти семь, к ним присоединилась Аглая Петровна. В руках она держала тонкую книжицу в потрёпанном переплете, а в глазах читался восторг.
— Вот! — объявила она открывая книгу перед собравшимися. — Это символ защиты от иномирных сил!
— В смысле демонов? — уточнила Анна.
— Тут не совсем понятно написано. Это дневник одного ученого, книга попала к нам довольно давно, чернила местами расплылись, так что даже фамилию не прочесть. Разве что первые буквы наверное «Лу». Но эти строки вполне сохранны: «Защищающий тело духовное и тело земное от проникновение извне. Из иномирья блуждающих теней притянутых чужим чародейством», — прочла она и победно посмотрела на Глеба.
— Аглая Петровна, вы действительно чудо! — заверил ее тот и еще раз сверившись с книгой уточнил: — Мы можем взять этот дневник?
— Извините, Глеб Яковлевич, состояние его хрупкое, сами понимаете, время, но в любой момент приходите и читайте, сколько хочется, — пообещала директор.
— Что ж, вы нам очень помогли, — заверила её Анна взглянув на Глеба добавила: — Пожалуй, нам пора идти.
— Но вы хотя бы скажите мне, это связано с убийством? — женщина понизила голос до шепота.
— И возможно не с одним, — прошептал в ответ Глеб и подмигнув кивнул. — Моё почтение, нам и впрямь пора.
— Двери библиотеки и моего дома всегда открыты для вас, — одарила его улыбкой директор, после чего сыщики покинули библиотеку.
Город тонул в предрассветных сумерках. За ночь похолодало, и Глеб закурив поднял воротник пальто.
— Много ли нам дало это знание? — размышляла тем временем вслух Анна. — Некий сумасшедший считал, что он защищает от демонов из иномирья, и вот теперь этот же знак вы находите у мертвой художницы, а я у бедной Лизы.
— Не просто один знак. Даже амулеты выполнены идентично, если верить вашему описанию, а значит их сделал один человек, и что если он посчитал, будто данная защита не сработала?
— Хотите сказать, что некто решил, будто обе девушки одержимы и не придумал ничего лучше, как убить одну из них? — Глеб кивнул. — А как сюда вписывается Мельников? У него мы ничего похожего не нашли.
— Может лежит в ящике, а не на виду, мы же не обыскивали комнату. А отец не спешил нам содействовать. — Глеб дернул плечом и докурив добавил: — Едемте к Елизавете Михайловне. Теперь уже и мне за нее страшно, а не только вам.
Давешнего сторожа не оказалось на месте, видимо он дежурил лишь в ночную смену. На его месте сидела совсем юная девушка в форменном платье сестёр милосердия и занималась вышивкой.
— Доброе утро, — поздоровалась Анна. — Нам надо увидеть Марию, которая присматривает за пациенткой Шмит.
— Мария сейчас на обходе с врачом, вы подождите ее здесь. — Она указала рукой на стул.
— Простите, а могли бы мы ее подождать в палате Елизаветы Михайловны? — вставил Глеб. — Давние знакомые, крайне переживаем за ее состояние.
— Я госпожу проведу, а вы, сударь, не обессудьте, лучше останьтесь тут. Елизавета Михайловна не в том состоянии, чтоб молодых людей принимать. А зачем девушку смущать? Пусть она нынче и не в себе, понимаете?
— Что ж у вас всё так сложно. — Глеб пятерней провел по волосам. — Хорошо, буду ждать Марию тут, а вы, Анна Витольдовна, в палате.
— Я проверю как там Лиза и вернусь, — пообещала Анна и зашагала по коридору.
Молоденькая сестра милосердия вскочив поспешила за ней, а Глеб устало сел на предложенный ране стул и прикрыв глаза кажется задремал.
— Глеб Яковлевич. Глеб Яковлевич, да проснитесь же вы, не время сейчас и не место почивать, — голос Анны сверлом внедрился в мозг.